Жена серийного убийцы - Элис Хантер

– Привет, Люси. Все у нас тут сегодня в порядке? – спрашиваю я, влезая в фартук. Та стоит за прилавком, раскладывая по тарелкам свежую выпечку.

– Да. Хотя немного странно…

– А? В каком это смысле странно? – У меня возникает чувство, будто я и без того знаю ответ.

– Клиенты стояли в очереди! Ждали, когда я откроюсь. С чего это им так приспичило? И они не из Лоуэр-Тью. – Люси подозрительно прищуривается.

Так я и думала. Новости уже расползаются – любопытство растет. Туристы. Зеваки. И не думаю, что они здесь из-за местных красот или керамики. Вдруг резко подкатывает дурнота, и я хватаюсь за живот.

– Ну, любой клиент – это деньги в мой карман, – выдавливаю с принужденным смешком.

– Ну да… Просто будем надеяться, что они не станут ходить сюда как в цирк. Местечко у нас тут маленькое, уютное – местным вряд ли захочется, чтобы оно стало известно чем-то помимо своих живописных коттеджей и очаровательного паба, – отвечает она, прежде чем добавить с натянутой улыбкой: – И нашего гончарного кафе, естественно.

– Знаешь, Люси, этого мне тоже меньше всего хочется. – Не могу скрыть обиды в своем голосе. Люси работает у меня уже больше года, и мы всегда хорошо ладили. Очень не хотелось бы, чтобы это повлияло на наши рабочие отношения – я без нее как без рук. – Уверена, что все это скоро останется позади. Сегодня у меня встреча с полицией – надеюсь, это поможет хоть что-то прояснить. Том – хороший человек, – добавляю я, быстро вытирая рукавом непрошеную слезу.

– Ой, прости, Бет! Не хотела показаться бессердечной, особенно после таких плохих известий.

– Выходит, ты в курсе?

Люси обнимает меня и склоняет мне голову на плечо.

– Это деревня, Бет, – говорит она в качестве объяснения. Я вздыхаю, и Люси продолжает: – Мне нравится здесь работать, и мне нравится жить в Лоуэр-Тью. Наверное, иногда я немного перебарщиваю с местечковым патриотизмом.

– Знаю, подруга. И это прекрасно, что ты горой стоишь за родные места – вполне могу понять твои чувства. В конце концов, именно поэтому я и взяла тебя на работу. Все будет хорошо, обещаю.

Это обещание, о котором я сразу же жалею. Откуда мне знать, что все будет хорошо? Нет никакой гарантии, что по истечении срока временного задержания Тома освободят. Ни в чем нельзя быть уверенным.

Хорошенько встряхиваю себя, повторяя в голове одни и те же слова.

«Уверенность есть. Естественно, все будет хорошо».

У полиции не может иметься достаточно доказательств, чтобы предъявить ему обвинение – откуда? Мысли позитивно! Если не появится что-то противоречащее этому, надо постоянно демонстрировать окружающим, что все будет хорошо. На данный момент, ради себя и Поппи, следует исходить из допущения, что Том совершенно невиновен и что нет ни единого шанса, что его сумеют обвинить в столь страшном преступлении.

Правда обязательно восторжествует.

Глава 21

Бет

Сейчас

Последние полчаса сижу, в буквальном смысле слова маясь дурью. Не свожу глаз с часов. В томительном ожидании. Почему они так опаздывают? Потому что долго выбивали в суде разрешение продлить срок содержания Тома под стражей? Дома его нет, а тридцать шесть часов уже истекли, так что могу лишь предположить, что они в этом все-таки преуспели. А может, просто нарочно тянут время, чтобы заставить меня подергаться?

«Дыши!»

Съеденный утром завтрак все еще бурлит в желудке – пищеварение окончательно расстроилось. А если они не поторопятся, я еще и опоздаю забрать Поппи из садика. И без того чувствую себя достаточно виноватой, оставив Люси одну раньше обычного, – не хватало еще до кучи переживать и за ребенка.

«Господи, ну давайте же вы быстрей!»

Тяжелый стук в дверь заставляет меня застыть. Вот оно.

«Соберись, Бет… Все у тебя получится».

Несколько раз сжимаю и разжимаю кулаки, кручу плечами, чтобы расслабить их, делаю несколько глубоких вдохов и спокойно иду к двери.

– Миссис Хардкасл… – приветствует меня детектив-констебль Купер, вздернув подбородок. С трудом сглатываю, после чего приглашаю ее войти. Как раз в тот момент, когда я думаю, что мне повезло и что придется иметь дело лишь с одним сотрудником полиции, из-за угла появляется крупная фигура детектива-инспектора Мэннинга, который широко шагает в нашу сторону. Коротко поздоровавшись, он проходит вслед за своей коллегой в дом.

– Помните, наверное, вчера мы уже коротенько пересекались, – говорит она, как будто я могла такое забыть. – Я детектив-констебль Имоджен Купер, работаю с детективом-инспектором Мэннингом. Спасибо, что сумели сегодня уделить нам время.

Замечаю, как глаза ее бегают по всей комнате, фиксируя каждую мелочь. Разве у нее не было такой возможности еще вчера? Или это чисто для показухи? Ее поведение никак не способствует душевному спокойствию.

– Если вы не против пройти на кухню, то у меня там есть свежий кофе, и недавно я испекла печенье.

Запах моего печенья с лимоном, имбирем и белым шоколадом разносится по всему дому. Клиенты обычно от него в полном восторге, так что, надеюсь, детективов это тоже малость смягчит.

– Спасибо, – говорит Купер. Вроде как улавливаю намек на улыбку, но могу и ошибаться. Трудно сказать – выражение ее лица ничуть не изменилось с тех пор, как она вошла в дверь. Похоже, непросто мне с ней придется… Смотрю на инспектора Мэннинга и улыбаюсь. К счастью, он отвечает мне такой же улыбкой, и я позволяю своим разогнавшимся мыслям немного замедлить бег.

Они садятся бок о бок за наш деревенского вида стол, достают блокноты и ручки. Я же стараюсь сосредоточиться на том, чтобы не пролить кофе. Руки у меня дрожат, но ничегошеньки не могу с этим поделать. Конечно, разыгравшиеся нервишки – вполне обычное и ожидаемое дело в такой ситуации, так ведь? Вряд ли они сочтут это чем-то необычным, а мое волнение – подозрительным… Как бы мне ни хотелось растянуть этот момент, отложить неизбежные вопросы, понимаю, что не могу себе этого позволить.

– Держите. Лучшее печенье в «Поппиз плейс», – жизнерадостно объявляю я, ставя две тарелки перед детективами и поворачиваясь, чтобы принести поднос с чашками.

– «Поппиз плейс» – это ваше кафе? – уточняет детектив-констебль Купер.

– Да, это так называемое «гончарное кафе», где вы можете раскрасить любые приглянувшиеся керамические заготовки – тарелки, кружки, всякие фигурки и так далее – и выпить кофе с пирожными, пока этим занимаетесь. Затем ночью их обжигают в специальной печи, и готовые изделия можно забрать уже на следующий день, или же