Юность подарит первые шрамы - Стейс Крамер

Всю свою жизнь Диана следовала указаниям отца, безукоризненно выполняла его приказы, не смела выражать свое мнение, покорно наблюдала за тем, как отец тянет ее за ниточки, решая, в какую сторону ей шевельнуться. Да, Алэсдэйр материально не обделял свою дочь. Диана могла позволить себе все и даже больше. Но только смысла во всем этом не было. Она все равно оставалась пленницей. Всю свою жизнь Диана мечтала и упорно планировала вырваться из оков, стать независимой, подчиняться лишь сердцу и разуму.

И тут в ее жизни появился новый тиран – Джулиан Патридж. Внешность принца, душа дьявола.

Диану называли Королевой, но она считала себя рабыней. Хрупкая душа, у которой никогда не появится шанс на спасение.

– Проблемы, подруга?

Диана не заметила, как витая в своих мрачных мыслях, забрела на темную улицу, где у разбитого ларька сидел бродяга.

– Извините… – сказала Диана, медленно шагая назад.

– Чего шарахаешься? Неужели я такой страшный?

И правда. Самое настоящее зло ее с нетерпением ждало за столиком дорогущего ресторана. А это так, обычный бродяга, что сидел на ступеньках и наслаждался своим одиночеством.

– Что это? – Диана заметила в его руках бутылку с прозрачной жидкостью.

– Водка. Любишь водку?

– Пока не знаю.

Бродяга протянул ей бутылку, и Диана сделала то, на что в другой ситуации никогда бы не решилась. Она выпила из горла, абсолютно не брезгуя. Может, даже хорошо, если она чем-то заразится. Джулиан наверняка от нее отстанет, увидев ее гнойные язвы и отвалившийся нос.

– Ну как?

Солоновато-горький вкус заполнил всю ротовую полость. Диана наконец собралась с силами и проглотила. Ничего отвратительнее она в своей жизни не пробовала.

– …Отменно, – сказала Брандт, едва дыша.

– Словечки у тебя интересные. Ты из какого века?

Диана промолчала. Водка до сих пор жгла ее пищевод.

– Я Рекс, кстати.

– Можно еще?

Рекс вновь позволил ей сделать глоток.

– Что, хреновое свидание?

– Ужаснейшее.

– Так вали от него, чего мучаешься?

– Свалить – это слишком просто. Я привыкла действовать иначе.

– Как же?

Джулиан каждую минуту поглядывал на часы, затем на дверь, потом снова на часы. Диана исчезла на целую вечность. Он чувствовал и злость, и волнение. Не знал, как повести себя, когда она появится. Высказать свое недовольство или же попытаться отнестись к ней снисходительно?

– Ой! Извините, я вас перепутала кое с кем…

Джулиан обернулся и увидел Диану. Она столкнулась с одним из гостей ресторана, чуть не упала, споткнувшись на ровном месте.

– Диана…

– О! Джулиан, я тебя чуть не потеряла.

Патридж сразу почувствовал запах дешевого алкоголя. И, видимо, не только он. Все посетители «Ранчероса» уставились на Диану, скривив лица.

– Что с тобой? Ты пьяная?!

– Я не пьяная! Я – пьяненькая, – засмеялась она.

Джулиан решил немедленно отвезти Диану обратно в Мэф. Всю дорогу до «Греджерс» он думал, как оправдать себя, как объяснить состояние Дианы. Ему было чрезвычайно неловко. А Диане было хорошо. Даже очень. Она пела, громко смеялась, специально дышала Джулиану в лицо, чтобы увидеть его отвращение.

– Я обещал миссис Маркс доставить тебя целой и невредимой, – сказал Джулиан, сопровождая шатающуюся Диану.

– Расслабься. Я цела и невредима.

– Где ты так накидалась?

– Это все из-за Рекса.

Диана и Джулиан остановились у ворот школы. Теперь необходимо было дождаться Бертольфа.

– Какого еще Рекса?!

– Рекс… Бродяга, – улыбнулась Брандт. – Ты знаешь, мне с ним было гораздо интереснее, чем с тобой, несмотря на то что от него несло кошачьей мочой.

– Ты так ведешь себя, чтобы оттолкнуть меня?

– Я хочу показать тебе себя настоящую. Я вот такая! Пью, иногда курю, ругаюсь матом, в Бога не верю. Я неидеальная.

– …Да, ты неидеальная. И, может, именно поэтому ты и нравишься мне.

Ворота открылись. Диану и Джулиана встретили Бертольф и взволнованная Голди.

– Вы обещали вернуться к девяти, а уже без четверти одиннадцать.

– Миссис Маркс, прошу меня извинить. Я не рассчитал время, и еще мы попали в пробку…

Диана, поникшая и обессиленная, прошла за ворота.

– Диана, вы в порядке? – встревожилась Маркс.

Брандт медленно повернулась к ней. Резкие движения могли привести к тому, что слезы покинут ее переполненные веки, а она не желала демонстрировать свое отчаяние.

– Разве это имеет значение?

* * *

Перенесемся в тот момент, когда Диана уехала с Джулианом в ресторан. Пока Калли и Джел старательно выполняли домашнее задание, Никки бездельничала и безумно завидовала Диане, которой позволили кратковременную свободу.

Вдруг зазвонил ее телефон.

– Привет, узнала?

– Рокси! Конечно, узнала. Как дела? – мгновенно оживилась Никки.

– Отлично. Короче, есть новость: сегодня состоится матч – «Блэкстон» против «Вэст Контерлэй».

– Так…

– А после матча будет вечеринка наших футболистов. Будут праздновать победу или запивать проигрыш. Неважно. Есть возможность потусоваться с Арджи.

– Рокси, я тебя обожаю!

– Я заеду за тобой в шесть. Не опаздывай.

– Договорились.

Счастью Никки не было предела. Она наконец-то увидит Арджи Смита! А это значит, что ее охота возобновится.

Никки помчалась к хозяйственному корпусу. В руках она держала конверт, наполненный внушительной пачкой купюр. Никки была в полной боеготовности.

– Ого, сколько мусора! – сказала Никки, заметив кучу старого барахла у будки пса Бертольфа. – Откуда он здесь?

– Сам не знаю. Вероятно, Тесла нашел где-то дыру и теперь тащит с помойки всякую дрянь.

– Да уж… Бертольф, у меня есть для тебя подарок, – Никки потрясла перед лицом управляющего толстым конвертом. – Но ты получишь его, если согласишься помочь мне.

– Нет, Никки, – не раздумывая, ответил Бертольф.

– Ты даже не знаешь, что я хочу.

– Как же не знаю? Ты хочешь сбежать. В очередной раз. Ты забыла, как попалась в прошлом году? Меня из-за тебя чуть не уволили!

– Но ведь не уволили же!

– Если снова накосячишь, Голди больше не сжалится надо мной. Иди, Никки. Иди, не отвлекай меня.

Только благодаря многолетнему сотрудничеству с Бертольфом Никки могла покидать территорию школы в любой момент. Она сбегала на свидания, разные тусовки, и директриса ни о чем не догадывалась. Но все-таки все тайное становится явным, это железная истина. Однажды Никки вернулась утром в нетрезвом виде, как раз в тот момент, когда Голди приехала на работу. Был грандиозный скандал.

Но Никки Дилэйн не знала, что такое страх и стыд. Ей вновь захотелось нарушить правила, пойти против системы. И повод ведь был достаточно серьезный – охмурение Арджи Смита!

Вот только как теперь быть? Ее сообщник перестал ей помогать, а значит, на матч никак не попасть.

– Дилэйн, – сказала Бригида (ученицы между собой называли ее Фригидой) Ворчуковски, остановившись возле Никки. Бригида/Фригида была заместителем директора.

– Да, миссис Ворчуковски, – недовольным тоном ответила Никки.

– Что за носки на вас?!