Дым над тайгой - Станислав Васильевич Вторушин

В Андреевское девушки вернулись на следующий день к вечеру. За все это время Таня ни разу не вспомнила об Андрее. Только на подлете к аэродрому, увидев стоявшие на земле АН-2, она подумала о том, что так и не поужинала со знакомым пилотом. Подумала без особого сожаления. Хотя сегодня это было бы как нельзя кстати, потому что при одной мысли о гостинице на нее нападала тоска. В том, что редактор закажет ей там место, она не сомневалась.

Из вертолета к аэродромной калитке Таня шла, опустив голову. И вдруг почувствовала, что кто-то сгреб ее в объятья, притиснул к себе и, оторвав от земли, начал кружить.

— Что вы себе позволяете! — возмутилась Таня, подумав, что ее схватили по ошибке, уперлась руками в грудь не в меру шаловливого человека и увидела прямо перед собой сияющее лицо Андрея. Он поставил ее на землю и, радостно выдохнув, произнес:

— Я ищу вас два дня. Звонил в Таежный, но и там не нашел. Куда вы сейчас?

Таня пожала плечами:

— В гостиницу. Куда же еще?

Светлана, молча наблюдавшая эту сцену, отодвинула Таню рукой и, встав между ними, решительно заявила:

— Никакой гостиницы, Татьяна будет ночевать у меня.

Татьяна, уже смирившаяся с тем, что ей придется поселиться в гостинице, которая, по всей вероятности, ничуть не лучше никольской ночлежки, нерешительно посмотрела сначала на Андрея, потом на Светлану. Та нервно дернулась:

— Чего ты на меня так смотришь? В гостинице ни переодеться, ни выспаться как следует. Ночевать будешь у меня, — и, отвернувшись от нее, кивнула Андрею: — У тебя есть еще какие-нибудь вопросы?

Андрей, все еще находившийся в радостном возбуждении от встречи с Татьяной, сказал:

— Вопросов нет, есть душевная просьба. Пригласите меня в гости.

Светлана странно посмотрела на него, шевельнула губами, то ли пытаясь отказать, то ли о чем-то спросить. Татьяна так и не поняла. Но ей подумалось, что она неспроста так неприязненно отреагировала на этот порыв Андрея. Скорее всего, между ними что-то было. Но размышлять об этом не было времени. Она видела, что Светлана не хочет приглашать Андрея. Поэтому вмешалась:

— Только не сейчас. Нам надо привести себя в порядок.

— И сколько вам на это потребуется? — спросил Андрей.

— Часа два по меньшей мере. Ты как считаешь? — она посмотрела на Светлану.

Та пожала плечами, и это еще больше укрепило Татьяну в предположении, что новой ее подруге и Андрею есть что скрывать. Когда шли к Светлане, она прямо спросила об этом. Светлана отделалась туманной фразой:

— Андреевское — село небольшое, здесь каждый знает каждого. Андрей — парень видный, и у любой девчонки при встрече с ним кружится голова. А то, насчет чего ты думаешь, нет, в этом смысле ничего не было, — и, удивившись заинтересованности подруги, спросила: — А ты-то его откуда знаешь?

— Когда мы летели сюда, он меня просто спас, — ответила Таня. — Дал свой полушубок, чтобы я не замерзла.

Светлана посмотрела на нее, качнула головой и ничего не сказала. Но Таня прочитала в ее взгляде: быстро же ты разобралась во всех наших делах.

Когда пришли домой, Светлана, не торопясь, прибрала в комнате, повесила в шифоньер все лишнее, перестелила кровать. Потом они согрели в ведре воду и, насколько позволяла обстановка, ополоснулись. Андрей явился ровно через два часа. По всему было видно, что он спешил. Его взгляд светился, меховая летная куртка была расстегнута, из-под сбившейся набекрень шапки выглядывал русый чуб. Он прошел к столу, выложил из портфеля два кружка краковской колбасы, несколько консервных банок, коробку конфет, поставил на вышитую скатерть две бутылки шампанского.

— Надеюсь, хлеб у вас есть?

— Зря надеешься, — сухо ответила Светлана. — Откуда ему взяться, если нас двое суток не было дома? Надо было догадаться.

— В голову не пришло. Ладно, сам виноват, — он взглянул на часы. — До семи успею.

Пока Андрей бегал за хлебом, девушки накрыли стол. Порезали колбасу, выложили из консервных банок на тарелки импортную ветчину и печеночный паштет. Светлана сняла с гвоздя гитару и положила ее на кровать. Потом снова повесила. Тане показалось, что она хочет создать в комнате уют.

Вернулся Андрей, положил на стол буханку.

— Еле успел, — сказал, переводя дыхание. — Наши торгаши взяли моду закрываться за двадцать минут до срока.

Взял бутылку шампанского, раскрутил проволочку, раскачал пробку, вынимая из горлышка. Татьяна зажала уши:

— Не люблю, когда стреляют.

Пробка глухо хлопнула, Андрей быстренько разлил по стаканам пенящуюся жидкость. Поднял свой стакан и, переводя взгляд с Тани на Светлану, сказал:

— Давайте выпьем за то, чтобы нам всем было хорошо.

— Так не бывает, — заметила Светлана, покачивая в руке стакан, — чтобы всем хорошо...

— И все-таки за то, чтобы всем нам было хорошо, — поддержала Татьяна Андрея.

У самой Татьяны настроение было не просто хорошим, а радостным. И потому, что сегодняшний вечер, рисовавшийся скучным, неожиданно стал праздничным, и потому, что в ушах звучало признание Андрея: «Я вас искал два дня». Она чувствовала, что нравится ему, и ей было приятно находиться в его компании. И уже не случайным знакомым казался ей этот парень, а давним другом. Она не раз замечала это за собой. Иногда встретит человека впервые, а возникает такое чувство, будто они знакомы много-много лет и знают друг о друге буквально все. Еще не успели произнести несколько фраз, а между ними установилось внутреннее доверие. Может быть, для этого было достаточно обменяться взглядом или нечаянно прикоснуться друг к другу. Татьяна не знала, почему это происходит, но это было так.

Вторую бутылку шампанского пришлось пить при свече, в поселке погас свет. Светлана сняла с шифоньера подсвечник, пояснила Татьяне:

— Это у нас почти каждый вечер. Дизелю в обед сто лет, работает от ремонта до ремонта.

Андрей наполнял стаканы аккуратно, старался, чтобы пена не поднималась над ними шипящей шапкой.

— А мне наливай, чтобы шипело, — сказала Татьяна. — Когда шампанское шипит, будто что-то тебе шепчет...

Андрей наклонил бутылку, и над Таниным стаканом возникла пена. Таня припала к ней губами и засмеялась. Все подняли свои стаканы и выпили. Каждый произнес какую-то фразу, но вскоре разговор смолк. Светлана понимала, что он ведется не для нее, и стала нервничать. Татьяна, почувствовав это, сникла. За столом