Весна перемен - Катарина Херцог

— И что мне с ними делать? — Нейт поднял брови. — Пойти и закидать ими Альфи?

Шона не могла винить его за то, что он не воспринял ее появление всерьез. За последние два года она столько раз расставалась с Альфи, потому что тот не пропускал ни одной юбки, — и всегда возвращалась к нему. Но теперь с этим покончено. Несмотря на все его заверения.

«На этот раз я изменюсь. На этот раз по-настоящему. Прошу тебя! Прости меня еще раз. Я не могу без тебя, Шона». Она не могла сосчитать, сколько раз он говорил ей это. А потом Альфи написал: «К тому же мне нужно кое-что тебе показать».

Шона открыла банку пива и протянула ее Нейту.

— Предложение заманчивое, но в этом нет необходимости. Этот парень для меня умер, окончательно и бесповоротно. — То же самое она написала Альфи, попросив его больше никогда с ней не связываться. — Будет отлично, если ты предоставишь мне убежище на эту ночь, чтобы меня не было дома, если он объявится. Ну и напьешься со мной.

Нейт все исполнил, как и много раз до этого. Он всегда делал все, о чем она просила. «Почему Альфи хотя бы немного не может быть таким, как Нейт? — подумала она тогда. — Последовательным, всегда готовым помочь». Нейт никогда не разобьет ей сердце.

Но тем вечером Шона поняла и кое-что еще. В какой-то момент за последние несколько месяцев — совершенно незаметно для нее — Нейт стал по-настоящему привлекательным! Он вытянулся, его лицо и тело стали более угловатыми, более мускулистыми, от прежней упитанности не осталось и следа. А что касается застенчивости — должно быть, в какой-то момент он и ее преодолел.

Сначала Нейт целовал ее очень осторожно, словно фарфоровую куклу, но вскоре его поцелуи стали требовательнее и глубже, а затем и руки начали исследовать ее тело.

Тот вечер случился почти десять лет назад, но при воспоминании о нем пульс Шоны все равно учащался. Сердце сжималось от тоски. А потом совесть грозила разъесть все внутри. Потому что в какой-то момент, пока Шона и Нейт целовались и ласкали друг друга в его узкой постели, Альфи умер не только метафорически, но и по-настоящему!

Шона сглотнула, потому что горло жгло. Она должна отказать Нейту! Но не знала, как обосновать свой отказ. Она не могла говорить с ним обо всем этом. Не здесь, посреди кафе, на глазах у всех посетителей.

— Когда сможешь начать?

— Прямо сейчас?

Шона окинула взглядом его плечи и медленно покачала головой.

— Забудь! Возвращайся, как только выспишься и побреешься. Джинсы, где ткани больше, чем дырок, тоже не помешают.

Нейт осмотрел себя:

— Ты правда считаешь, что я настолько плохо выгляжу?

— Если бы я искала вышибалу, чтобы отпугивать клиентов, то и слова бы не сказала.

— По-прежнему предельно честна, да? — Он усмехнулся.

«Нет», — подумала Шона, но лишь пожала плечами.

— Я скучал по тебе, — сказал Нейт, и это прозвучало так внезапно, что Шона вздрогнула.

— Я тоже скучала, — тихо сказала она, немного придя в себя, и заметила, что ее голос дрожит.

Может, это был шанс. Не только чтобы благодаря помощи Нейта полностью сосредоточиться на создании самого красивого конкурсного торта всех времен, но и чтобы они оба начали все сначала — и каким-то образом исцелились вместе.

Глава 20. Шона

Десять дней спустя Грэм пригласил всех в «Читающего лиса». Совсем скоро книжный магазин перейдет в управление Элии, и Грэм хотел отметить свой уход. Прощальная вечеринка была уже в самом разгаре, когда — незадолго до семи — на пороге появилась Шона.

— Я думал, ты не придешь, — с укором поприветствовал ее отец. Он так до конца и не простил ей, что она не рассказала ему о планах купить дом.

— Я не могла пропустить прощальную вечеринку брата, но я женщина занятая. — Шона поцеловала его в щетинистую щеку. Она знала отца достаточно долго, чтобы понимать: за его ворчанием на самом деле скрывается страх одиночества.

Шона оглядела магазин. Ей было немного жаль, что в марте Грэм вернется к работе редактором и перестанет управлять «Читающим лисом». В отличие от остальных членов семьи, она не питала страсти к чтению, однако долгие годы этот магазин был неотъемлемой частью ее жизни. Шоне нравилось время от времени заглядывать сюда в перерывах, устраиваться в одном из удобных кресел и пить чай. Неизвестно, сохранит ли она эту привычку, когда Элия станет арендатором.

Все же он не хотел грандиозных перемен в магазине. Это было бы печально! Хотя в Суинтоне имелось еще десять букинистических магазинов, «Читающий лис», несомненно, был не только старейшим и самым известным, но и самым красивым. Сеть разветвленных, почти бесконечных коридоров тянулась от большого вестибюля вглубь, за что жители Суинтона ласково прозвали это место «Лисьей норой». Повсюду можно было найти что-то интересное: мрачные пейзажи на стенах, старый фарфор и ностальгические будильники на полках, а в музыкальной комнате с потолка свисал настоящий скелет. Вики как-то в шутку предположила, что бедняга болтается там, потому что не смог найти выход из лабиринта коридоров.

Грэм стоял за огромным глиняным котлом с половником в руке и разливал пунш.

— Отличный наряд! — поприветствовала его Шона, указывая на бумажную шляпу на голове брата и гирлянды на шее.

— Финли и Герти подарили в честь праздника. — Грэм закатил глаза. — Хочешь фруктового пунша?

Шона кивнула. И ей нужно было что-нибудь съесть. Она взяла поднос с кусочками тартара из копченого лосося и яйцами по-шотландски, который стоял на стойке рядом со старым кассовым аппаратом.

— Разве Нейт не собирался прийти? — Грэм окунул половник в пунш.

— Нет. Ты же знаешь, у него книга. Он должен сдать ее до конца мая.

— Жаль. Мне так интересно! О ней до сих пор нет никакой информации, а я так надеялся, что пара бокалов пунша развяжет ему язык. — Грэм ухмыльнулся. — А тебе что-нибудь известно?

Шона покачала головой. Хотя Нейт работал в «Сладких штучках» уже десять дней, все их разговоры крутились вокруг кафе. Даже если бы Шона захотела, у нее просто не было возможности. Нейт приходил ровно к началу смены, обедал у родителей и