Весна перемен - Катарина Херцог

Но даже если бы им удалось найти время для беседы, Нейт точно не стал бы говорить о своей новой книге. В этом плане он был даже более закрытым, чем старая касса Грэма. Нейт в принципе не любил рассказывать и о первой книге. Шона совершенно этого не понимала. Она обожала рассказывать о своей работе и могла часами болтать о рецептах изысканных тортов.

Грэм продолжил обслуживать гостей, и Шона начала искать, к кому бы ей прибиться. Выбор был огромный — казалось, в «Норе» собралась половина Суинтона. Даже Джек Пебблз пришел, хотя владелец единственного в деревне продуктового магазина обычно никогда не появлялся на светских мероприятиях. Его наверняка притащила Рози, потому что она стояла рядом с ним и болтала, пока он, сохраняя привычную мрачную мину, жевал сэндвич с огурцом. Увидев Шону, Рози подозвала ее:

— У меня для тебя кое-что есть. — Из своей огромной сумки Рози вытащила папку. — Жена моего кузена — талантливый кондитер. Я принесла тебе фотографии ее тортов. За последний она даже получила приз.

— Спасибо, очень мило с твоей стороны! — сказала Шона, принимая папку. — Мне сейчас очень нужно вдохновение. — Ее проект для конкурса был далек от завершения, хотя до ярмарки оставалось всего три недели!

— На кой тебе вдохновение? — Пебблз нахмурил кустистые брови. В отличие от Рози и почти всех остальных в Суинтоне, он явно ничего не знал о конкурсе. — Хочешь наконец-то предложить местным нормальной еды?

Шона сделала глубокий вдох и выдох, мысленно призывая себя к терпению. Даже на открытии кофейни он ругал новомодную ерунду, которой сыт не будешь. Как это часто случалось при встрече с Пебблзом, Шона задумалась, что же пошло не так в его жизни. По словам отца, в молодости он был очень милым и веселым парнем.

— Не обращай внимания на этого старого ворчуна! — пришла на подмогу Рози. — Спокойно посмотри фотографии дома. Может, они натолкнут тебя на какие-нибудь идеи.

Шона поблагодарила Рози и направилась к Сильви и Айви, которых заметила у стола с закусками.

— Как вы здесь оказались? — поприветствовала она сестер. — Айви, надеюсь, ты не садилась за руль?

Поджав губы, та покачала головой:

— Нет, нас привез Хью. Клаудия забрала мои водительские права перед переездом.

— Мы так обрадовались, когда твой брат нас пригласил! — защебетала Сильви. — Так приятно снова быть среди людей. И я очень рада, что Элия берет на себя управление книжным магазином. Грэм с неохотой отдал бы «Нору» незнакомцу, как и мы — наш маленький домик.

Шона и так немного нервничала, когда Рози вручила ей папку, но теперь при мысли о конкурсе ее охватила настоящая паника. Она уже накидала около сотни вариантов тортов, но в какой-то момент все они показались ей банальными. Как, например, первая задумка с коттеджем «Бэйвью». Шона сильно сомневалась, что судьи будут в восторге, если она вырежет из марципана холмистый пейзаж и поместит внутрь старый покосившийся домик. Даже в виде эскиза это уже выглядело глупо.

Шона обрадовалась, когда с галереи ей помахали Вики и Энн. Они тоже держали в руках бокалы с пуншем. Заметив их веселые, слегка румяные лица, Шона заподозрила, что это далеко не первая порция.

— Что это у тебя? — спросила Энн.

— Рози принесла мне фотографии тортов своей родственницы для вдохновения. — Шона открыла папку и, увидев первую же фотографию, прыснула. На ней был торт в виде деревянной бочки, из которой в стакан лилось виски.

Вики тоже хихикнула:

— Если представишь такое на «Сотвори торт», наверняка найдется множество мужчин, которые решат, что ты идеально уловила тему конкурса.

— Почему? — недоуменно спросила Энн.

— Тема — «Там, где живет любовь», — объяснила Вики, и теперь Энн тоже рассмеялась.

— Ты уже придумала, как будешь воплощать эту тему? — спросила она.

— Увы, это сложно, — вздохнула Шона. — Мне ничего не приходит в голову. Где же, собственно, должна жить любовь?

— Для меня она живет в коттедже «Жимолость». — Вики откинула прядь светло-русых волос со лба. — Моя квартира в Мюнхене была прекрасна, но мне там всегда было одиноко. Я настолько много работала, что даже не могла завести кошку. Но в коттедже «Жимолость» всегда кипит жизнь. Иногда настолько бурно, что приятно сбежать и побыть с Грэмом наедине. — Она скорчила рожицу. — Но как бы ни был красив коттедж «Жимолость», не думаю, что он подходит для декора торта.

Шона покачала головой. Нет, как и коттедж «Бэйвью».

— Где же живет любовь для тебя, Энн? — спросила она, уже приходя в отчаяние.

— Нигде. Я бы восприняла тему конкурса скорее как метафору. — Энн мечтательно улыбнулась и покрутила тонкое золотое обручальное кольцо, которое до сих пор носила на пальце, хотя они с Колином уже давно расстались. — Для меня это чувство — во всех моментах, которые я пережила. И они так глубоко запечатлелись в моем сердце, что я никогда их не забуду.

Глава 21. Шона

Вечеринка завершилась только за полночь. Шона задержалась до конца, чтобы помочь Грэму, Вики и Элии убраться в «Читающем лисе», и только когда был вымыт последний стакан, она попрощалась. Возвращаться в Хиллкрест-хаус пока не очень хотелось, поэтому Шона решила немного прогуляться по деревне. Лучшие идеи всегда приходили ей в голову во время прогулки, и ее музе пора бы уже выйти из зимней спячки! Времени оставалось мало.

Шона пошарила по карманам пальто в поисках шапки. Днем было достаточно тепло, но с наступлением сумерек зима давала понять, что приближающейся весне придется немного подождать. Теплое дыхание Шоны сгущалось в холодном воздухе маленькими облачками. В детстве в такую погоду они с Альфи и Нейтом часто притворялись, будто курят сигарету и выдыхают дым. Шона отогнала это воспоминание. Почему ей так тяжело позволить прошлому остаться в прошлом?

Шоне вспомнилось письмо, полученное несколько недель назад. «Замухрышка» писала «прекрасному незнакомцу». Шона не могла понять, почему девушка так его назвала, ведь, судя по письму, они были друзьями, а порой, возможно, и чем-то большим. Письмо вышло довольно сумбурным — таким же сумбурным, как и их отношения, отметила его автор, — но один отрывок все-таки хорошо запомнился Шоне:

Наверное, поэтому так трудно отпускать друзей: в отличие от романтических отношений, у дружбы нет ни начала, ни конца. Нет точки отсчета и нет фразы «Все кончено».

Неужели именно эта незавершенность мешала ей отпустить Нейта?

Шона подняла воротник и поглубже засунула руки в карманы пальто. Лишь стук ее каблуков по асфальту нарушал тишину Мэйн-роуд. Было