Путешествие на Запад. Том 4 - У. Чэнъэнь

Тесть государя поспешно вооружился своим посохом, извилистым, как дракон, и бросился навстречу Сунь У-куну. Ну и бой разыгрался между ними!

Вот послушайте:

Большая палица

     И посох, как дракон,

Скрестились яростно

     В клубах палящей серы.

Был оборотнем тесть правителя.

     И он

Лисице облик дал

     Прекраснейшей гетеры.

Правитель падок был

     До сладостных утех,

Он истомил себя

     Порочною любовью.

А оборотень – тесть,

     Собрав малюток всех,

Упиться захотел

     Младенческою кровью.

Но на свою беду

     Колдун не разгадал,

Кто перед ним стоял,

     Какой герой могучий,

Не знал, что Сунь У-кун

     Врагов уничтожал,

Спасая всех друзей

     От смерти неминучей.

Железной палицей

     Взмахнув над головой,

Бьет Сунь У-кун врага,

     Дыша могучим жаром.

Но оборотень злой

     Вращает посох свой,

Отводит в сторону

     Удар он за ударом.

От грозной палицы

     Летят огонь и дым.

Бледнеют жители,

     Бегут, дрожа от страха,

А демон-чародей

     Оружием своим

Вздымает до небес

     Туман и клубы праха.

Придворные дрожат.

     Дрожит весь двор царя.

Трясутся воины,

     И, взяв пример с улиток,

Попрятались кто где,

     Уже не говоря

Про всех придворных дам,

     Наложниц, фавориток.

Сам неразумный царь

     От ужаса дрожал,

Закрыв глаза, бежал,

     И, позабыв молитвы,

Укрылся в глубине

     Дворцовых тайных зал

И в страхе ожидал

     Конца ужасной битвы.

А палица меж тем

     В руках у силача

Рычала, словно тигр,

     Носясь над головами,

Резвилась, прыгала

     И рушилась сплеча

На темя колдуна,

     Сверкая ободками.

Хоть злого колдуна

     Порой бросало в дрожь,

Сражался бодро он,

     С врагом в проворстве споря.

Он посохом разил,

     И посох был похож

На змея, всплывшего

     Из огненного моря.

Большой переполох,

     Великая беда

Случилась в этот день

     В прославленной столице.

Ее правителям

     И жителям тогда

Немало довелось

     Узреть и подивиться.

Колдун не избежал

     В тот день своей судьбы,

Бежал он,

     Словно рысь, в последний раз ощерясь.

Но ясно стало всем

     Свидетелям борьбы,

Где зло и где добро,

     Где истина, где ересь!

Раз двадцать, а то и больше, сходился злой оборотень с Сунь У-куном, но не мог устоять против его волшебного посоха с золотыми обручами. Наконец он сделал ложный выпад и превратился сразу же в холодный луч, метнувшись во внутренние покои дворца. Там он схватил подаренную им деву, вывел ее за ворота дворца, обратил ее в холодный луч и вместе с ней исчез.

Сунь У-кун прижал край облака книзу, спустился у самого входа в тронный зал и, войдя в него, обратился к находившимся там многочисленным сановникам:

– Ну и хорош ваш тесть государя! Нечего сказать! Сановники принялись разом отбивать низкие поклоны и изъявлять благодарность мудрому монаху. Но Сунь У-кун остановил их:

– Нечего кланяться! Идите ищите вашего неразумного правителя!

– Когда начался бой, он так испугался, что бросился бежать со всех ног, и теперь мы не знаем, в каком из дворцов он укрылся.

– Ступайте, найдите его, только живее! – приказал Сунь У-кун. – А то Прекрасная государыня утащит его куда-нибудь.

Тут все чины вместе с Сунь У-куном бросились во дворец Прекрасной государыни, но там было пусто: ни правителя, ни его любимицы. Тем временем к Сунь У-куну явились все жены и наложницы царя, обитательницы главного женского дворца, восточного и западного дворцов и шести палат. Все они хором благодарили Великого Мудреца, земно кланялись ему.

– Прошу вас, встаньте! – велел им Сунь У-кун. – Пока еще рано благодарить! Идите лучше и ищите своего повелителя!

Вскоре из дворцовых покоев появилось несколько евнухов, которые вели под руки своего неразумного государя. При виде повелителя все сановники и прочие чины повалились ему в ноги и разом воскликнули:

– О повелитель наш! Как мы признательны сему святому монаху, прибывшему сюда, в нашу страну; он открыл нам, где правда, где ложь. Ведь тесть государя, который исчез, оказался злым оборотнем. С ним исчезла также и Прекрасная государыня.

Услышав эти слова, правитель тотчас же пригласил Сунь У-куна в парадный зал дворца, где низко поклонился ему в знак благодарности, и промолвил:

– Почтеннейший! Почему это ты так сильно изменился? Когда ты прибыл сюда, у тебя был очень благообразный вид.

Сунь У-кун рассмеялся.

– Не стану скрывать от тебя государь, – ответил он. – В первый раз у тебя был не я, а мой наставник, Сюань-цзан, названый брат Танского императора. Я же только его ученик. Зовут меня Сунь У-кун. У наставника еще есть два ученика: Чжу У-нэн и Ша У-цзин. Все они находятся сейчас на постоялом дворе при почтовой станции. Узнав, что ты послушался злого оборотня и замыслил приготовить из сердца и печени моего наставника отвар, чтобы запивать снадобье, я принял облик своего наставника и явился сюда лишь за тем, чтобы привести в покорность злого чародея.

Правитель выслушал Сунь У-куна и приказал самому великому сановнику Тай-цзаю17 отправиться на почтовую станцию и пригласить Танского монаха и его учеников пожаловать ко двору.

Между тем, узнав о том, что Сунь У-кун принял свой первоначальный облик и вступил в бой со злым оборотнем, Танский монах до того перепугался, что душа у него, как говорится, едва не покинула тела. К счастью, рядом с ним были Чжу Ба-цзе и Ша-сэн, которые утешали и подбадривали его. Кроме того, наставника томил и мучил зловонный запах глины, налепленной ему на лицо, и как раз в тот момент, когда он испытывал особое неудовольствие, вдруг за дверьми раздался голос:

– Наставник! Я – Тай-цзай, и явился сюда по приказу моего повелителя просить тебя пожаловать ко двору, где тебе будет воздана благодарность за совершенное благодеяние.

Чжу Ба-цзе не удержался от смеха:

– Наставник! Не бойся! Не бойся! На этот раз тебя приглашают не за тем, чтобы вырезать у тебя сердце; видно, наш Сунь