Вестсайдская история - Ирвинг Шульман

– Это надолго?

Он пожал плечами, глядя на наручные часы.

– На столько, сколько потребуется.

– Я не задержусь. – Мария отвернулась от Шренка, чтобы он не видел ее умоляющих глаз, устремленных на Аниту. – Ты подождешь меня в аптеке? Я не задержусь.

– Подожду. И, может, Док не закроется до твоего прихода, – ответила Анита и повернулась к Шренку. – Обращайтесь с ней помягче. Ей сегодня и так досталось. А я девушка Нардо, – дерзко добавила она.

– Была, – поправил Шренк.

– Прошу вас, вы хотели задать вопросы мне, – попыталась отвлечь его Мария.

– Не задать. – Шренк спускался за ней по лестнице, морща нос от иноземных запахов. – Я же говорил, там была ссора из-за парня.

– Тоже приезжего, из моей страны, – без колебаний сказала Мария.

– Как его зовут?

Она посмотрела на Шренка.

– Хосе.

В квартале от аптеки Анита причесалась, вытерла лицо влажным носовым платком и выбросила его. Не пользуясь зеркалом, заново накрасила губы и разгладила юбку. Она в Америке, а американцы скорбят тихо, словно стыдятся оплакивать открыто, а она ничем не хуже них.

Однако, войдя в аптеку, она замешкалась, потому что двери обеих телефонных кабинок открылись, и в напряженном молчании на нее уставились А-Раб и Дизель.

– Я хотела увидеть Дока, – медленно произнесла она.

А-Раб переглянулся с Дизелем и покачал головой.

– Его здесь нет.

– А где он? – спросила Анита, метнув взгляд на дверь за прилавком.

– Ушел в банк. – А-Раб поковырялся в зубах. – Финансовая ошибка в его пользу.

– Забавно, – сказала она. – Особенно при том, что банки не работают по ночам. Так где же он?

– В банке, – ответил Дизель. – Ты же знаешь, какой Док тощий. Он протиснулся в прорезь банкомата.

– И застрял на полпути, – поддержал А-Раб, выходя из телефонной кабинки. – Поэтому невозможно сказать, когда он вернется.

Он открыл дверь и с поклоном указал на улицу.

– Буэнас ночес, сеньорита. Может, по пути домой заработаешь пару баксов.

Анита бросилась к прилавку. А-Раб захлопнул дверь, подскочил к девушке и схватил ее в тот момент, когда она почти добралась.

– Ты куда?

– Туда. – Она попыталась вырваться. – Я хочу видеть Дока.

– Если ты залетела, приходи завтра. – Дизель зашел за прилавок и заслонил дверь. – Ты глухая? Мы же сказали, что его здесь нет.

– Слух у меня не хуже вашего, – заявила она и почувствовала, что щеки обожгло жарким румянцем.

Эти парни опасны, и ей не понравилось, какие взгляды они бросают на ее грудь. Ей захотелось, чтобы грудь была меньше и затянута в простой лифчик.

– Я хочу убедиться сама.

– Скажи «пожалуйста». – Предложение Дизеля прозвучало как предупреждение.

– Пожалуйста. А теперь позволите мне пройти, пожалуйста?

А-Раб поднялся на цыпочки, чтобы было удобнее заглядывать ей в платье.

– Таких черномазых мы не пускаем. Эй, ты что, не носишь лифчик?

– Пошляк, – сказала она.

– Ну и фигурка… Как вас таких делают… в Пуэрто-Рико? – рассмеялся А-Раб.

Анита задрожала и вцепилась в сумочку, чтобы использовать ее как оружие.

– Нет, – предупредила она негромко.

– Пожалуйста, нет, – поправил Дизель и подмигнул А-Рабу, чтобы тот продолжал приставать – у А-Раба получалось ужасно прикольно. – Пожалуйста, нет.

– Пор фавор, – передразнил А-Раб. – Нон компренде, латиноска? – Он рассмеялся и опять встал на цыпочки. – Латиноска, ты не говоришь по-английски? Очень плохо. Поэтому сначала я научу тебя всем неприличным словам.

– Послушайте, я должна передать сообщение вашему другу. Мне нужно сказать Тони…

– …которого здесь нет, – резко сказал Дизель и жестом велел А-Рабу пока прекратить. – Дуй отсюда.

– Я знаю, что он здесь. Неважно, от кого сообщение, – умоляюще обратилась она к Дизелю. – Позволь передать Тони.

– А почему не мне? – А-Раб прижал ее к полкам и начал об нее тереться. – Как насчет потанцевать мамбо?

– Отвали от меня! – Анита попыталась его ударить. – Свинья!

А-Раб вырвал у нее сумочку и швырнул прочь.

– Я хочу остановить Чино! – крикнула она. – Прекрати, свинья!

– Сама свинья, – проворчал А-Раб. – Ты потаскуха Бернардо, золотые зубы, серьги в ушах, от тебя несет чесноком, лживая свинья. Если ты собиралась подставить Тони для Чино, то для тебя есть более подходящая работенка.

А-Раб вдруг пришпилил руку Аниты и опрокинул ее на спину. Она ощутила под собой прилавок, а он почувствовал, как напряглись мышцы ее ног, когда он начал двигать на ней животом, а свободной рукой рвать платье.

– Давай, А-Раб, – галдел Дизель. – Покажи ей американские скачки! Пусть расскажет об этом Чино!

– Расслабься крошка, – А-Раб дал ей пощечину, – тебя сейчас изнасилуют, так что расслабься и получай удовольствие…

Он почувствовал, что две руки вцепились в его рубашку, и услышал, как Дизель пытается его остановить.

– Это Док, он только что поднялся сюда.

Тяжело дыша, А-Раб неохотно выпрямился и позволил Аните встать. Док уставился на нее, разинув рот, а потом начал кричать на парней, что они гниды, хуже, чем гниды, и что они заплатят за то, что натворили.

– Ты в порядке? – спросил Док.

Она закусила губы, пытаясь сдвинуть края разорванного платья.

– Бернардо был прав. – Силясь сдержать слезы, она глянула на А-Раба, который ковырялся в зубах. – Если кто-нибудь из вас будет истекать кровью на улице, я только плюну и пройду мимо.

– Иди домой, – мягко посоветовал Док.

– Не отпускай ее! Она скажет Чино, что Тони… – А-Раб протиснулся мимо Дока и бросился к двери. – Она отсюда не выйдет!

Она набросилась на Дизеля и А-Раба.

– Послание для вашего приятеля-американца! Скажите убийце, что Мария к нему никогда не придет! – Она победно рассмеялась, увидев, что Дизель с А-Рабом посторонились. – Скажите ему, что Чино узнал о них и застрелил ее!

Дверь за Анитой захлопнулась, а Док рухнул на прилавок.

– Помоги мне боже, я должен ему сказать. Убирайтесь! – закричал он на Дизеля с А-Рабом. – Убирайтесь и поищите какую-нибудь церковь, которая не запрет перед вами двери!

Дизель пихнул А-Раба локтем.

– Я сматываюсь.

– Куда?

– Куда скажешь, – ответил он, стоя в дверях. – Куда угодно: на север, на юг, на запад, лишь бы отсюда.

Глава 10

В отчаянии и тоске он выскочил из аптеки и бежал, не разбирая дороги. Ее больше нет, она никогда не вернется. Его вина породила другую вину, и еще ничего не кончено. Чино еще есть чем заняться.

Он не знал, что собирается делать Чино, зато знал, что сам задумал для Чино. Он найдет Чино, и Чино придется его убить.

Есть только один способ покончить с этим, и ему не терпелось покончить, потому что он больше не хотел жить.

На улицах были люди, и, быстро шагая по тротуару, он слышал людей, сидящих на верандах, идущих по тротуарам, прислонившихся