Проект «Замуж» - Ольга Тиханова

Проблема подбора подарков стала еще острее, теперь надо было не только придумать, а придумать что-то хорошее, но не слишком, чтоб он, в свою очередь, смог подарить тебе потом равнозначный или лучше.

Удачно лавировать в морях подобных тонкостей Марине помогала собственная работа, а также родительская установка, усвоенная с манной кашей: «Не смотри по сторонам, следи за собой».

Ей было с Олегом хорошо, а остальное не волновало.

– Мне предложили делать сайты, – поделился он задумчиво. – Халтурка.

– И?

– Думаю…

– А это сложно? Ты сможешь совмещать с работой?

– Конечно! Там стандартные шаблоны в основном. Лепи только. Платят хорошо.

– И что тебя смущает тогда? Условия хорошие, ты это умеешь, почему нет? Новый опыт.

– Наверное так. Но это время… Нервы наверняка.

– Не понравится – откажешься.

– То есть ты считаешь – надо брать?

– Конечно! – громко и твердо, но потом спохватилась и добавила: – Но решать, конечно, тебе.

А Олег очень не любил принимать решения ни глобально, ни по мелочам, возможно, сказалась привычка работать по техзаданию и указке заказчика. Так сказать, профессиональная деформация. Или надо поискать подходящий термин у психологов в разделе «Детские травмы».

С того самого разговора что-то в их отношениях изменилось. Правда, подумала об этом Марина уже сейчас, после расставания. Скорее всего, ее «конечно» прозвучало слишком категорично, было воспринято как давление. А мужчины же так не любят, когда на них давят! Тем более у Олега и без того хватало поводов для неуверенности. Одним словом, не прошло и полугода, как Марина была готова понять мотивы бывшего и даже признать в чем-то свою вину.

Но бежал Олег не только от неуверенности, но и за подтверждением своей весомости, явным и ежедневным.

Бывают вспыльчивые люди, когда мелочи достаточно для грома и молний, а бывают те, кого неприметные для других детали приводят в состояние высочайшего радостного изумления. Про таких говорят – он не разучился удивляться, и часто в тостах на день рождения желают виновнику не терять этого качества.

Мэри обладала им в полноте. В ней вызывали неподдельный восторг хорошая погода, шутки друзей, красивые наряды, увлекательная книга, интеллект ведущего телепрограммы, душевные качества знакомых. И Олег.

– Олег работает в сфере айти!!! – с гордостью презентовала она его друзьям. – Представляете?! То есть он разбирается во всех этих шифрах, шрифтах…

– Кодах, – поправил Олег.

– Вот! О чем я и говорю! Это такую голову надо иметь! В общем, как в силиконовой долине.

– Совсем нет. Просто сетевое администрирование в компании, ничего особенного.

– Не слушайте его! Он просто скромный!

Олегу было неловко и пронзительно хорошо. Он переносился в детство, снова ощущал за спиной дыхание и тепло мамы. И был бесконечно благодарен Мэри за это чувство. Подобные приливы нежности случались все чаще, и он понял, что влюбился.

Хотя Олег, будучи по натуре человеком стабильным, честно не планировал никаких романов. Да, спустя пять лет жизни с Мариной он стал с пугающей периодичностью ощущать себя слишком обычным, среднестатистическим. Да, в этом было стыдно признаться даже самому себе, но ведь от этого пустота не уходила, ничего не менялось.

И вот появилась Мэри. Смотрела с обожанием, ловила каждое слово, взяла инициативу в свои руки – сама звонила, предлагала встретиться, не скрывала того, что Олег ей нравится, чем окончательно подкупила его.

– Мы с ней даже внешне похожи. И у нее точно такие же глаза, как у меня. Цвет один. Глубокий серый, – рассказывал он про свою новую любовь друзьям.

Но все эти взаимные восторги существовали где-то вне реальности Марины, проходили мимо, за кадром, зато сообщения в социальных сетях и пропущенные звонки на телефоне ворвались очень явно.

Никогда раньше Олег не проявлял такой настойчивости, не брал ее в осаду, что вызывало упоительное чувство победы: значит, не смог забыть, не нашлось замены. Так стирались прежние обиды, исчезали, как призраки на солнце.

И все же, увидев его машину у выхода из офиса, Марина сильно удивилась. Была уверена, что дальше бравады и «угроз» Олег не пойдет.

– Тебе сложно ответить на звонок?

Он очень хотел предъявить претензию, но не вышло, голос звучал почти умоляюще.

– Я работаю. И не хочу с тобой разговаривать. Зря приехал.

– Марин. Ну, подожди. Я вот очень хотел тебя увидеть.

– Увидел?

– Выпьем кофе? Полчасика. Пожалуйста.

– Мне нельзя…

– Кофе?

– Не важно.

– Елки… ну что, это так сложно? Чего ты все злишься… Ну что, мы не можем как люди?

Марина согласилась. Он так необычно, по-новому, заглядывал в глаза, смотрел, слушал… не хотелось лишать себя этого удовольствия так быстро.

Незаметно «кофе» переросло в ужин, довольно приятную беседу и вечер, как когда-то. Олег шутил, уместно делал комплименты. Подвез до дома, а прощаясь, поцеловал. Тоже как когда-то.

– Ты что? У тебя же невеста… платье выбирает…

– А если я понял, что ошибся? Что тогда?

В висках застучало. Даже без кофе. Ей это вредно.

– Мариш. Я… слушай… не знаю, что говорить! Е-мое. Мне эта свадьба… не хочу! Я к тебе хочу. Как раньше. Чтоб мы жили вместе. Помнишь?

– Отлично помню! И как ты ушел почти втихаря, тоже помню! Так. Все. Иди к своей… пока!

На следующий день звонки и сообщения продолжились. Марина даже решила уйти с работы пораньше, чтоб не столкнуться с ним у выхода, но… не ушла. Не смогла уйти. В голове со вчерашнего вечера роились воспоминания о том, «как было раньше, как они вместе жили».

Но Олега на выходе из офиса не оказалось. В груди сразу резко похолодело – «Вот дура!».

Олег ждал у подъезда дома: «Сегодня без кафе… Тебе же нельзя кофе».

Марина даже не пыталась спрятать счастливую улыбку.

Он приехал и на другой день, и еще.

У него изменился взгляд. Это был взгляд человека, нашедшего вдруг дорогую потерю, когда уже не ждал. И теперь он, переполненный благодарностью судьбе за такое чудо, решил стать вдруг максимально искренним:

– Слушай. Давно хотел извиниться за тот дом. Помнишь, я тебе показывал планировку и просил еще подумать над дизайном?

– Помню конечно. Не за что извиняться. Мне было приятно об этом думать. Ты же знаешь…

– Да, только вот он был не мой. Дом этот. Друга. Матвея. Прости. Ну очень хотел произвести на тебя впечатление.

– Обманул то есть?

– Не со зла. Правда. Прости. Ну ты такая вся… все есть, все получается… а мужик у тебя рядом невнятный какой-то, ну вот, думаю, покажу тебе