Плач умирающих звёзд - Стейс Крамер

– Да просто так!.. Что, не ожидала услышать такой банальный ответ? Я люблю заходить в дорогие магазины, рассматривать витрины, любоваться, мечтать. Потом я ухожу, возвращаюсь в свою грязную реальность. Вот и к тебе отнесся с той же привычкой. Тяга к прекрасному есть даже у такого гада, как я. Тебе это не понять, Диана. Ты всегда получаешь желаемое, стоит только захотеть. Моя жизнь – это мрак, и ты стала ярчайшей вспышкой в нем. Понимаешь теперь, почему я так поражен?

– Когда Калли вернется, ты еще раз скажешь ей, что не будешь с ней встречаться, – приказала сердито Диана. Все так же стояла она неприступной скалой, якобы слова его никак не повлияли на нее, а внутри же, в самой сердцевине, в каждом атоме ее все уже переменилось, зажглось и переродилось в свежее чувство. Оно расползлось червячками по огромной, заскорузлой любви к Джерабу и стало яростно глодать его.

– И не подумаю, – выделанно-нахальным тоном ответил Савьер.

– Что?!

– Разве я похож на дурака? Такую возможность упускать никак нельзя. Теперь я специально буду встречаться с ней и слезно молить, чтобы она брала тебя с собой на каждую встречу. Отныне мне больше не нужно бегать за тобой, ты и так ко мне придешь! И я даже могу поговорить с тобой. Это же счастье!

– Недолго продлится твое счастье! Я сама во всем признаюсь Калли!

– Полагаешь, это разумно? Калли влюблена в меня катастрофически. А влюбленная девушка – существо бестолковое. В лучшем случае она просто не поверит тебе и посмеется, в худшем же – подумает, что ты тоже влюбилась в меня, приревнует, разозлится. Ей проще тысячу раз убить тебя, чем один раз бросить меня. Такова женская дружба.

– А с чего же ты так уверен, что я приду на следующие встречи? – усмехнулась Диана.

– Уверенности нет никакой, поэтому я прибегну к шантажу. Смотри, какая жуткая закономерность: мучая меня, ты и Калли мучаешь, потому что я буду мучить ее за то, что ты мучаешь меня… Запутанно, да? Ничего. Когда доберемся до практики, ты все поймешь. Ради того, чтобы добиться тебя, Диана, я не то что по головам пойду, я отрублю эти головы и выстелю ими дорогу к своей мечте.

Диану прошибло потом. Она угодила в капкан…

– Изверг! Зверь!

Она кинулась на него с кулаками. Савьер же схватил ее за запястья так, что она больше не посмела дернуться. С минуту они просто смотрели друг на друга, ни малейшего зазора не было между ними. Диана чувствовала, как все его тело с силой прижимается к ней, всей кожей своей ощущала в нем неутоленную, жаркую страсть и почему-то получала от этого наслаждение.

– Прости, я больно схватил тебя? Не хочу причинять тебе боль. – Руки Савьера разжали хватку, скользнули, едва касаясь, вниз, к ее талии. – Наоборот, мне хочется показать тебе, что зверь может быть ласковым и нежным, если его приручит особенный человек, – страстным шепотом сказал он.

– Отпусти… – бессильно попросила Диана.

– А я и не держу тебя уже. Ты сама ко мне приросла. Это ведь что-то значит…

Диана отскочила от него, вся липкая и горячая.

– А вот и кофе! – прискакала Калли. – Держи, Савьер. Диана, я взяла нам с тобой еловый. Ну, как вы?

– Мы поговорили и многое узнали друг о друге, – ответил Бейтс, самодовольно посмеиваясь.

– Правда? – еще больше возвеселилась Калли. – Обошлось без кровопролития? – адресовала она вопрос Диане.

– Да. Все прошло… сносно, – сделав над собой чрезвычайное усилие, выговорила Диана. – А теперь я вынуждена откланяться. Счастливо оставаться!

– Но?.. Так быстро? Диана, мы даже не погуляли! – обиженно заворчала Калли.

– В другой раз, ладно? – Диана стала пятиться спиной вперед, стыдливо обхватив себя руками, точно на ее теле сохранились следы короткой, упоительной близости с Савьером. Никак ей не унять это чувство стыда перед Калли, что доверяла ей без оглядки.

– Другой раз состоится в следующую субботу. Я уже позвал Диану. Мы все вместе отпразднуем Хэллоуин, – объявил Савьер, испытывая Диану не терпящим неповиновения взглядом.

– Отлично! Я сама хотела это предложить, – искренне возликовала Калли.

– Диана, ты же не разочаруешь свою подругу? – хитро спросил Бейтс, заставив таким образом Диану вспомнить его угрозу: «Я буду мучить ее за то, что ты мучаешь меня…»

* * *

Нешуточные страсти творились и в управлении по борьбе с преступностью. Фордж заблагорассудил лично заявиться в кабинет Власты, чтобы обсудить с ней тему, будоражащую умы всех сотрудников местной полиции:

– Как же ты пережила столь досадное обстоятельство?

– Вы о чем, Фордж?

– О твоем поражении, – ехидно поддразнил Фордж. – Демартини настроен очень решительно. На будущем заседании он добьется освобождения Никки. Я уверен, что судья будет с ним солидарен. – Тут нужна небольшая ремарка: Фордж не сомневался в виновности Никки. Скажу больше, он очень удивился, когда пошла молва о том, что Дилэйн могут скоро отпустить. Тогда почему же он так обрадовался «поражению» Власты, спросите вы? Тут большую роль сыграло личное отношение Форджа к инспектору. Пэкер многих раздражала неуемным упорством в отстаивании своего мнения, пристрастием к крючкотворным мелочам и низкопоклонством перед высшими чинами. Не обладая блистательным умом, но имея маниакальное стремление как можно скорее подняться по карьерной лестнице, Власта могла с легкостью подставить своего товарища по работе, дабы заполучить его место – это лишь малая доля преотвратительнейших заслуг Пэкер. Неуспешность дела Никки Дилэйн стала просто долгожданным поводом для Форджа, чтобы приструнить Власту. – Ты инкриминируешь девчонке жесточайшее преступление, но при этом за столько времени не выяснила мотив, не нашла орудие убийства.

– У меня есть свидетель… – старалась выгородить себя Власта.

– И больше ничего.

– Я слышала ее признание!..

– Слышала! – Фордж захохотал во все горло. – Она призналась на допросе? Подписала показания?! Власта, ты сама себе затягиваешь петлю на шее. Ты снова явишься к судье с пустыми руками на потеху публике.

– Я вас попрошу удержать ваши чувства, – отпарировала ему смело Власта. – Если бы на моем месте был мужчина, вы бы выражались иначе. Ну что, разве не так? Развейте мои сомнения. А если у меня припрятан козырь в рукаве? Вы об этом не подумали?

– Смешная ты девчонка, Пэкер. Твое место в цирке, а не в полиции.

После этого Фордж удалился. Власта нависла над своим рабочим столом, уперевшись в него кулаками. Она яростно скрежетала зубами, задумавшись о том, что еще ей можно сделать, дабы выйти победителем в этой схватке. Никакого спасительного «козыря» у нее не было, расследование зашло в тупик. Другой бы человек, оказавшись в положении Власты,