У подножия Копетдага - Ата Каушутов

Да, было от чего придти в уныние. Где взять денег, да немедленно, потому что этот дотошный бухгалтер может появиться в любой день. Десять баранов — это не шутка! И приятеля не следует сердить. Не поехать — будет обида, но с пустыми руками туда и показываться нечего. А тут еще Чары и Хошгельды на него косо поглядывают. И свадьба с Бахар того гляди окончательно расстроится.

Не далее как вчера в правление пришла доктор Громова и предъявила предписание из района — немедленно предоставить ей жилье.

— До каких же пор я буду стеснять чужих людей? — сказала она. — Меня Пальвановы приютили из любезности, а я уж сколько времени у них живу.

Спорить с Громовой он не стал, она ведь в хороших отношениях с секретарем райкома. Сахатов, бывая в колхозе, всегда ее навещает. Пришлось предоставить ей квартиру недавно уехавшего на курсы ветеринарного фельдшера. На днях она переедет, и тогда всем, в том числе и Бахар, станет ясно, что Хошгельды и не думал жениться на докторше.

Словом, кругом не ладилось, и события последних дней привели Заманова в состояние крайнего беспокойства. Больше всего его тревожила ревизия. В прошлый раз удалось спастись только чудом. Но чудеса не повторяются. Что же предпринять?

Подчеркнуто энергичной походкой он вошел в правление, шумно приветствовал поглядевшего на него поверх очков неутомимого Акмамеда-ага и, не дав ему времени ответить, осведомился:

— Меня кто-нибудь спрашивал?

— Нет, пока никто.

Елли снял свою каракулевую шапку, стряхнул с нее снег и стал аккуратно отряхивать шинель.

— Из города тоже не звонили?

— Ночью ветром провода оборвало, до обеда связи не будет.

— Так… — постоял в раздумье Елли. — И Вюши не был? Я ведь ему приказал пораньше явиться в правление. Что же он, свинья такая, не идет! — выругался он, направляясь в комнату башлыка.

Но Акмамед-ага остановил его:

— Погоди-ка, Елли. Тут с нарочным пришел срочный пакет из района. — Он протянул конверт и добавил. — Я его не решился вскрыть, потому что он на имя Покгена.

— Ну и что же такого? Наверно, какое-нибудь очередное распоряжение, — нетерпеливо ответил Елли. — Ты же сам видишь, Акмамед-ага, что мне некогда. У меня сейчас важное дело… — раздраженно закончил он.

— Может, у тебя и важное дело, но только на этом пакете написано "весьма срочно". Сейчас никого из членов правления нет. Решай сам, как поступить, — обеспокоенно говорил Акмамед-ага, стоя в той же позе, с протянутым к Елли конвертом.

— Ладно, давай сюда. Я потом скажу, что делать.

Елли схватил пакет, прошел в другую комнату и закрыл за собой дверь. Сев на стул башлыка, он осторожно, не надрывая, вскрыл конверт и пробежал глазами содержание бумаги.

Уже собираясь вложить ее обратно, он неожиданно спохватился и даже привстал от волнения. Прочитав бумагу еще и еще раз и твердо уяснив ее содержание, Елли глубоко задумался. Наконец, придя к какому-то решению, он вложил письмо обратно и попытался снова заклеить конверт, чтобы вернуть ему прежний вид. Однако это оказалось не так легко сделать.

Елли поискал глазами клей, но в этот момент дверь отворилась и в кабинет со словами приветствия вошел Вюши.

Елли невольно вздрогнул. Он поспешно сунул пакет под бумагу на столе и, приветливо улыбаясь, сказал:

— А, Вюши!.. Ну, как дела?

От взора Вюши не укрылось беспокойство в глазах Заманова. Входя в комнату, Вюши заметил, как Елли вздрогнул. Заметил и мелькнувший у него в руках конверт. На память мгновенно пришли похищенные письма, о которых когда-то рассказывала Бахар. Все это выглядело подозрительным. Но подобно тому, как иной раз испытывает-стыд не тот, кто ворует, а тот, кто случайно обнаруживает это, Вюши смутился.

— Дела ничего, — ответил он. — Вы меня зачем-то вызывали?

— Да, вызывал… — рассеянно подтвердил Елли, словно обдумывая что-то. — Вызывал… Да! Вот какое дело, Вюши. Помнишь, — это еще летом, кажется, было, — ты пришел сюда в правление и сообщил, что в колхозе появился вор. Виноградник обэбрал, еще что-то. Помнишь? Покген тогда распорядился тебе ружье выдать.

— Ружье и сейчас у меня, — с гордостью заявил Вюши.

— Ну вот, значит, помнишь! А поймали тогда этого вора?

— Нет, не поймали. Но только после того, как я стал по ночам ходить с ружьем, кражи прекратились.

— Ты думаешь, прекратились?

— Да, с тех пор что-то не слышно больше.

— Но ведь вора так и не поймали? Может, он и крадет, а мы не знаем?

— Как же это может быть? — недоумевал Вюши. — Если бы кражи были, сразу хватились бы. Ведь у нас все добро на учете. — Этот разговор совсем сбил его с толку. Он не понимал, зачем вызвал его Елли и куда он клонит.

— Ну, не скажи, бывает, что сразу и не хватишься… Вот что, Вюши, — перешел Елли на деловой тон. — Необходимо сообщить следственным органам, что у нас в колхозе имеется неразоблаченный вор, что он систематически производит хищения на виноградниках, на складе и на ферме, что ты в свое время напал на его след, но обнаружить пока не сумел. В районе об этом должны знать, и в твоей самоотверженной защите социалистической собственности тоже пора их известить.

— Так ведь я его не поймал! — попробовал возразить Вюши.

— Ну и что ж, что не поймал? Еще поймаешь! — с уверенностью в голосе произнес Елли. — А поставить власти в известность о твоем героическом поведении необходимо. — Он открыл свою полевую сумку и вытащил оттуда два листа бумаги. — Вот тут обо всем подробно рассказано, все факты изложены. Надо, чтобы ты и Нурберды-ага подписали оба экземпляра. Он ведь тоже вора выслеживал?

— Он-то первый и хватился.

— Ну, вот видишь. Значит, вы оба подпишите и кладовщику тоже дайте, а потом верните мне! А я уже перешлю бумаги в район и со своей стороны сделаю все, чтобы вас прославить. Теперь ведь это дело знаешь как поставлено? За бдительность награды дают…

Вюши все еще недоумевал. Он охотно взял протянутые ему бумаги и вяло произнес:

— Ну, что ж, надо будет посоветоваться…

— Здесь и советоваться нечего, — энергично убеждал его Елли. Он, очевидно, куда-то торопился, потому что, не дожидаясь конца беседы, встал из-за стола и теперь поспешно застегивал свою полевую сумку. — Подпишите все трэе и сегодня же принесите обратно…

— Так ведь как же?.. — тянул свое Вюши, теребя в руках бумаги. — Как-то оно непонятно…

Неожиданно зазвонил телефон. Видимо, связь восстановили раньше, чем предполагалось. Елли бросил злобный взгляд на все еще озадаченного Вюши, который словно и не думал уходить