История Глории - Стейс Крамер

Но я ничего не могла с собой поделать.

Я еще раз посмотрела на тот жалкий клочок бумаги, что Ванесса вручила мне с призывом о помощи, и в следующее мгновение разорвала его на мелкие кусочки.

18

Вернувшись в Америку, я решила хоть на несколько часов погрузиться в обыденную жизнь без Темных улиц, «Абиссаль» и Север, без бесконечной спешки и необъяснимой тревоги. Захотелось примерить образ обычного человека, тот образ, что я уже стала понемногу забывать в своей насыщенной криминальной жизни.

А почувствовать себя нормальным человеком я могла лишь тогда, когда уделяла время Нэйтану. Мы ездили на самые интересные детские площадки, исследовали детские магазины, планово ходили к доктору, и я ловила себя на мысли, что мне нравится быть матерью. Что именно в такие моменты я живу, радуюсь мелочам, не думаю ни о чем плохом. В Нэйтане было столько чистоты, столько простой искренности и наивности. Я понимала, что мой сын – единственная маленькая, но чертовски важная частичка света и настоящей любви в моей жизни.

После посещения педиатра мы с Нэйтаном остановились у корпуса женской консультации. Джей и Миди как раз в тот день были там. Ожидая их, я снова пребывала в воодушевленном настроении: я и мои близкие друзья пошли вместе в клинику. Вот я дождусь их, и мы пойдем в кафе, где будем делиться впечатлениями, что подарил нам этот обычный день.

Они вышли с улыбкой на лице, держась за руки, и что-то тихо обсуждая.

– Такие довольные. Что-то случилось? – спросила я.

– Да, случилось. Мы сегодня узнали пол малыша, – ответила Миди.

– Да ладно? И кто же у вас будет?

– Девочка! – радостно ответил Джей.

– Как круто! Поздравляю!

Мы с Джеем обнялись, затем я аккуратно обняла Миди, у которой уже был небольшой животик.

– Ты всегда хотела дочку.

– Точно, – прошептала она.

– Ребята, я так за вас рада. Хотя бы у вас все хорошо.

– Ну на самом деле не все так хорошо, как хотелось бы, – возразил Джей. – Миди не хочет госпитализироваться.

– А зачем тебе госпитализация?

– …Помнишь, я говорила тебе про некоторые трудности с моей беременностью? Так вот, доктор настаивает, чтобы я легла в клинику и он мог ежедневно наблюдать за мной.

– И почему же ты отказываешься?

– Потому что я хочу провести этот незабываемый период рядом со своей семьей, а не проторчать большую часть беременности в больничных стенах. К тому же я себя прекрасно чувствую, не вижу поводов для беспокойства, а этим врачам лишь бы денег с нас содрать.

– Да плевать на деньги! Я заплачу сколько угодно, лишь бы с тобой и малышкой все было хорошо, – не выдержал Джей.

– Милый, позволь спросить, когда ты успел стать миллионером? Ты видел, какой счет они нам предъявляют?

– Видел. И я могу себе позволить перекрыть еще сто таких счетов.

– Откуда у тебя столько денег? Ты не мог столько получать, работая на Крэбтри.

– Так, подождите, это сейчас не важно, – вмешалась я. – Миди, ты должна лечь в больницу, ведь речь идет не только о тебе, но и о ребенке.

– Я клянусь вам, если я вдруг почувствую малейшее ухудшение своего состояния, то я сама побегу в клинику. Договорились?

– Эх, красотка, надеюсь, ты не будешь такой же упрямой, как твоя мамаша, – сказал Джей, гладя живот Миди.

– Вообще-то у нее уже есть имя.

– Ничего себе, какие вы быстрые. Уже и с именем определились, – поразилась я.

– Да, мы решили назвать ее Белль. Как принцессу, – сказала Миди.

Я рассмеялась от умиления.

– Мы сначала хотели назвать ее феей Динь-Динь, но потом подумали, что Белль гораздо лучше, – сказал Джей.

– Ой, Джей просто никак не может простить меня за то, что я вдребезги разрушила его мечту назвать нашу дочь Миреллой.

– А что плохого в имени Мирелла?

– Оно звучит как название какой-то бактерии.

– По-моему, оно очень даже красивое, и вообще…

– Так! Кто не рожает – тот молчит!

Я продолжала смеяться над этой неугомонной парочкой.

Миди и Джей в тот день решили показать мне малоизвестное заведение с очень хорошей кухней. Мы шли по центральной улице Манчестера, где одно удовольствие было наблюдать за размеренной, будничной жизнью горожан. Мы будто выбрались из темной-темной пещеры. Какое же неописуемое счастье видеть солнечный свет, слышать смех людей, вернуться к жизни хоть на самый жалкий миг.

– Как у вас дела со Стивом? – спросила Миди.

– …Никак.

Как же мне не хотелось говорить о нем.

– Я думаю, что ссоры для вас стали развлечением, – подключился Джей. – Когда вам скучно, вы начинаете трепать друг другу нервы.

– А я думаю, что это не ваше дело.

– Ошибаешься, – остановилась Миди. – Мы – одна семья. И если у вас не хватает мозгов, чтобы поговорить и решить проблему, то мы вам поможем.

– О боже… Что вы придумали? – запаниковала я.

– Узнаешь, когда зайдешь за угол, – ответил Джей. – А мы пока с Нэйтаном пойдем на аттракционы.

Мы находились у высокой железной ограды. Я не понимала, что происходит.

– Послушайте, мы сами со всем разберемся, – резко сказала я.

– Конечно, сами. Уж в этом мы вам не помощники.

– Увидимся дома, – напоследок сказал Джей.

Они забрали Нэйтана и уверенно пошли вперед, бросив меня одну. Я понимала, что должна довериться им, ведь ребята желают мне только добра. Но сердце мне подсказывало, что я совершаю ошибку.

Я с опаской повернула за угол, как мне сказал Джей, и увиденное, поразило меня. Кинотеатр под открытым небом. Огромный экран, в нескольких метрах от которого стоял старый, очень красивый кабриолет, рядом с ним стол, а на нем фрукты и вино. Все это находилось под охраной Стива. Он не сводил с меня глаз, на его лице была моя любимая ухмылка.

– Кажется, у нас самые лучшие друзья, – сказал он.

Я подошла к нему, стала разглядывать машину и все вокруг.

– Не поспоришь.

– Мы будем смотреть «Римские каникулы». Ты же любишь старые фильмы.

– Еще я люблю выпить.

Я дала бутылку Стиву, чтобы он открыл ее. Я чувствовала, что наш разговор с ним будет сухим, как вагина умирающей бабки, поэтому нам необходимо было выпить.

– Главное – не напиться, – сказал Стив.

– Можно и напиться.

Стив подал мне наполненный бокал, я подождала, пока он нальет себе, и мы одновременно сделали глоток.

– Как прошла поездка?

– Безрезультатно.

– Куда она могла уехать?

– …Не знаю.

– Вкусное вино.

– Да, неплохое.

– Самое дорогое, что было в ресторане «Грандезы».

– Быстро же ты привык к богатой жизни.