История Глории - Стейс Крамер

– Ты забыла, с кем разговариваешь?

– Уж не знаю, что должно произойти, чтобы я забыла, с кем я разговариваю. Зачем ты приехал?

– Ты игнорируешь наш договор.

– Это не так. Просто у меня нет важных новостей.

– А разве исчезновение дочки Боуэна не является важной новостью?

Моя уверенность тут же пропала без вести. Я врезалась в Исайю глазами, а тот зловеще улыбнулся, осознав, что ему наконец-таки удалось выбить землю из-под моих ног.

– Откуда ты знаешь?

– Не ты одна на нас работаешь. И в отличие от тебя этот человек нам сливает абсолютно все.

– Вот как? И кто же это?

– Скоро сама узнаешь.

Мне внезапно полегчало. И я не могу объяснить, с чем связано это облегчение. Может, из-за того, что все это время я на себе тащила этот неподъемный груз и теперь появился некто, кто взял часть гнусного предательства на себя, и я могла отдышаться.

– Также, – продолжал Исайя, – мы все еще ждем твоего ответа.

Он намекнул на новое предложение о сотрудничестве, от которого я отказалась в прошлый раз.

– …Я уже все сказала. На меня можете не рассчитывать. И вообще не понимаю, зачем вы меня в это втягиваете, если у вас есть еще один информатор, который удовлетворяет всем вашим требованиям?

– К сожалению, этот человек не имеет такой власти в «Абиссаль», какой обладаешь ты. Так что советую тебе хорошенько подумать, прежде чем еще раз нам отказать. Глория, это мое последнее предупреждение.

– А я вам советую найти еще одну крысу, чье положение будет равным моему. Оставьте меня в покое. Если у тебя все, Исайя, проваливай из моего дома. Надеюсь, больше ты сюда не заявишься.

Исайя немедля встал из-за стола, подошел к двери, но открывать ее не спешил.

– Я больше сюда не приеду, это я тебе обещаю. Ведь очень скоро ты сама приползешь ко мне.

После разговора с Исайей я ходила напряженная несколько дней. Я прокручивала в голове его слова. Эти слова то наводили на меня страх, то вызывали безудержный смех. Он был так твердо уверен, что я приду к нему и попрошу о пощаде. Но что он сделает? Что задумала Север? Это очередная уловка, вот и все. Я поступила правильно, она должна понять, что я ее не боюсь и не буду выполнять беспрекословно все ее приказы.

А если я ошибаюсь? И пока брожу со своими парнями по нашим улицам, моих близких мучают и пугают смертью…

– Привет, Арес.

Знакомый голос прервал мои размышления. Я как раз проходила мимо «Грандезы», и мне «посчастливилось» встретить Хлою.

– Я Хлоя.

– Я знаю, кто ты.

– Арес, я хотела извиниться за тот случай на моей вечеринке. Это было грубо с моей стороны.

– …Я ворвалась на твой праздник, это с моей стороны тоже неправильно. Так что все справедливо.

Я могла бы, конечно, начать злорадствовать, но так бы Хлоя поняла, что ей удалось меня задеть, а мне не хотелось показаться уязвимой.

– Вот и отлично! А то мне та ситуация покоя не дает.

– Тебе понравился Манчестер? Ты уже довольно долго здесь находишься.

– Да, моя командировка затянулась… Этот город очень притягивает, люди тут такие необычные. Особенно Реджи.

– Приятно слышать.

– Мы с ним стали друзьями. Часто встречаемся…

– Хлоя, ты извини, я тороплюсь, – не выдержав очередной провокации, сказала я.

– Он страдает. Ты не даешь ему любви, ласки. Он не заслуживает к себе такого отношения.

– Это тебе все Реджи рассказал?

– Да, я же говорю, мы с ним очень сблизились.

Теперь понятно, где он пропадал. Как же гадко! Я держалась из последних сил, а Хлоя продолжала:

– Реджи такой классный парень. Красивый, добрый, веселый. Я без ума от его шуток! А еще он жутко обаятельный.

– Хлоя, зачем ты мне все это говоришь?

– Затем, чтобы ты поняла, что ты ему не пара. Посмотри на себя! Я вообще не понимаю, как он может с тобой встречаться? Как он ложится с тобой в постель… Мне кажется, от тебя всегда воняет уличным смрадом.

Злость во мне кипела. Я себя ощущала просыпающимся вулканом. Но в то же время меня останавливало прямо противоположное чувство. Чувство жалости. Мне было жаль Хлою, ведь она, глупая, не понимает, что творит. Не осознает, на что я способна.

– То ли дело я… У меня есть красота и много-много любви, которой я хочу поделиться с Реджи. Так что отступи назад, Арес. Реджи скоро сам тебя бросит, и чтобы не было слишком больно, прояви инициативу первая.

Хлоя надменно смотрела на меня и все ждала моей ответной реакции.

А мое терпение было на исходе. Мне все еще было ее жаль, и я помнила про закон, что людей, не принадлежащих Темным улицам, трогать нельзя. Как минимум это нечестно, ведь они совсем беззащитны. Но разве честно было с ее стороны так нападать на меня? Вдобавок я вспомнила про угрозы Исайи, лицемерие Валери. Фитиль зажегся, взрыва не миновать.

– Ты права… У тебя есть красота, – сказала я.

Хлоя расплылась в улыбке. Представляю, насколько ей было приятно убедиться в своем превосходстве.

– …А у меня есть власть, – добавила я.

Я кивнула парням из «Абиссаль», что все это время стояли в нескольких шагах от меня, ждали, когда мы продолжим работу, и были свидетелями нашего с Хлоей разговора. Парни среагировали без промедления. Двое схватили напуганную до чертиков Хлою, двое встали позади нее.

– Помогите!!! – закричала Хлоя.

Улица была оживленная, и, разумеется, на отчаянный крик Хлои откликнулись люди.

– Хотите оказаться на ее месте?!

Толпа стала рассеиваться. Трудно найти человека, который не знал бы, что люди с перевернутой А на шее правят в этом месте, и встать у них на пути равнозначно самоубийству.

Хлоя не верила своим глазам. Лишь она не понимала, почему меня все слушаются и боятся.

– Отпусти меня, Арес, – сквозь слезы молила Хлоя.

– Обязательно отпущу. Но сначала я тебе немного расскажу о своем районе. Раз тебе так понравился Манчестер, и ты не хочешь его покидать, то тебе, должно быть, интересно знать, что этот район особенный. Он самый опасный и влиятельный в Манчестере. На моих улицах не важно, кто ты, сколько у тебя денег, кто твой папаша, и всем насрать на твою красоту. Ведь самое главное – это душа и твое отношение к людям. И сейчас ты узнаешь, как в Манчестере поступают с теми, кто под красивой оберткой скрывает гниль.

Сколько страха было в ее глазах! И этот страх неистово возбуждал меня.

– Приступайте, – сказала я.

Те,