Сестры из Сен-Круа - Дайни Костелоу

Снова поежившись, на этот раз действительно от холода, Молли проговорила:

— Сара, — она впервые без подсказки назвала Сару просто по имени, — дождь льет вовсю. Пойдемте в дом.

Первоначальное удивление, вызванное таким решительным тоном горничной, быстро улетучилось. Сара улыбнулась:

— Вы правы. Мы уже у цели. Готовы?

Молли кивнула, и они вместе подошли к двери. Сара с силой потянула за шнурок железного колокольчика. Тут же зарешеченное окошко в двери открылось, и в него выглянуло чье-то маленькое лицо.

— Чем я могу вам помочь? — спросило лицо по-французски.

— Нас зовут Сара Херст и Молли Дэй, — как можно четче выговорила по-французски Сара. — Мать-настоятельница ждет нас.

Послышался лязг отпираемых засовов, дверь распахнулась, и показалась крошечного роста монахиня. Она стояла в дверях, пряча скрещенные руки в длинных рукавах серой рясы, а на голове у нее был белый накрахмаленный головной убор — вроде платка со свободно ниспадающими широкими концами.

— Добро пожаловать в монастырь Пресвятой Девы Марии, — сказала она. — Меня зовут сестра Мари-Бернар. Входите, пожалуйста.

Она провела их в маленькую комнатку, всю обстановку которой составляли стол, два стула с прямыми спинками и аналой в углу. Пол был каменный, на стенах никаких украшений, если не считать большого распятия над аналоем. Монахиня попросила их подождать и исчезла, неслышно затворив за собой дверь. Молли опасливо огляделась. Внутреннее убранство здания, кажется, вполне соответствовало его мрачному наружному виду.

Прошло почти десять минут, прежде чем дверь снова отворилась и вошла высокая, статная монахиня, одетая точно так же, как и первая.

— Сара? — Она неуверенно переводила взгляд с одной девушки на другую, и тогда Сара шагнула вперед, протянула руки и сказала:

— Тетя Энн!

Они неловко обнялись, а затем Сара представила Молли. Тетя Энн пожала ей руку и сказала:

— Рада познакомиться с вами, Молли. Я сестра Сен-Бруно, тетя мисс Сары. Вам здесь будут очень рады.

— Мы решили отказаться от «мисс», тетя Энн, — торопливо вставила Сара. — Мы приехали сюда как подруги, и обе готовы к какой угодно работе.

— Вот и прекрасно, — воскликнула тетушка. — Тогда я для начала покажу вам, где вы будете жить, а потом оставлю вас распаковывать вещи и приводить себя в порядок. Позже, когда вы переоденетесь, я зайду за вами и представлю вас матери-настоятельнице. К сожалению, обед уже закончился — он у нас в двенадцать часов, но не волнуйтесь, мы найдем для вас что-нибудь на кухне.

Она провела их в главную часть монастыря, а оттуда по винтовой лестнице в каменный коридор, который, очевидно, тянулся вдоль всего здания. Остановившись у первой двери, распахнула ее и ввела девушек в комнату, похожую на тюремную камеру. Две узкие кровати были втиснуты вплотную друг к другу в тесное пространство, предназначенное только для одной. Почти все остальное место занимал комод, на котором стояли большой кувшин с водой и таз для умывания. Больше ничего не было, только вездесущий аналой в углу за дверью и распятие на стене над ним. Тетя Энн указала на несколько крючков на двери и сказала:

— Здесь вы можете повесить свои пальто. Боюсь, вам будет немного тесновато, но едва ли вы будете проводить здесь много времени — только спать ночью.

Сара оглядела крошечную комнатку и улыбнулась тете.

— Не волнуйтесь, тетушка, мы прекрасно разместимся.

Тетя Энн с облегчением сказала:

— Ну что ж, распаковывайте вещи и устраивайтесь. Я приду за вами через полчаса. Думаю, вам захочется умыться и переодеться. В кувшине уже есть вода, но после вам придется набирать ее из-под крана в конце коридора.

Оставшись одни, девушки посмотрели друг на друга и рассмеялись.

— Хорошо, что мы обе не очень толстые, — сказала Сара, бросая чемодан на одну из кроватей. — Эти кровати стоят так близко друг к другу, что мне между ними не пройти!

Она обошла кровать с другой стороны, кое-как протиснувшись между ней и комодом.

Молли неуверенно оглядела комнату.

— Вы правда не против, чтобы я жила здесь с вами, мисс Сара?

— Сара, — поправила ее Сара. — Конечно же, нет, Молли. Мы должны держаться вместе. — Она огляделась вокруг и сказала: — Вещи сложить некуда, кроме этого комода. Я займу два верхних ящика, а вам остаются два нижних.

Она сняла пальто и положила его на кровать, намереваясь позже повесить на дверной крючок, когда будет выходить. Молли взяла его и повесила на крючок, а свое рядом. Затем она открыла чемодан, вынула темно-серую юбку и белую блузку, купленные в Англии, и положила на кровать. Сара выглянула в крошечное окошко возле своей кровати.

— Поглядите-ка, Молли, — сказала она, вытягивая шею, чтобы лучше разглядеть. — Там внизу какие-то лачуги. Как вы думаете, это часть госпиталя или опять какой-то лагерь?

Молли тоже подошла к окну, и Сара подвинулась, чтобы ей было видно. Молли пригляделась. Внизу стояло несколько деревянных лачуг, втиснутых в какой-то маленький внутренний дворик. Вид у них был ветхий, над каждой была жестяная крыша и изогнутая труба, выпускающая дым в холодный осенний воздух. Окна, симметрично расположенные в деревянных стенах, были, кажется, закрыты, зато двери в каждой лачуге распахнуты настежь. Как раз тогда, когда Молли подошла посмотреть, из одной двери торопливо вышла какая-то монахиня и скрылась, по-видимому, в главном здании монастыря.

Лачуги окружала высокая каменная стена — очевидно, граница монастырского сада, и в ней Молли разглядела старенькую деревянную калитку. За стеной, в некотором отдалении, виднелись крыши больших палаток, которые они уже видели раньше.

— Вон тот лагерь, который мы видели, за оградой, — сказала она Саре и в свою очередь отодвинулась в сторону, чтобы Сара могла снова выглянуть в окно.

— Да, так и есть. Полагаю, это все часть госпиталя, — сказала Сара. — Должно быть, он так разросся, что не помещается на территории монастыря. Спросим у тети Энн.

Она снова повернулась к чемодану и, распахнув крышку, вытряхнула все его содержимое на кровать.

— Боже мой, — удрученно проговорила она, глядя на свои вещи. — Мне ни за что на свете не уместить это все в два ящика!

Молли, которая уже аккуратно складывала свою одежду, чтобы убрать в комод, засмеялась.

— Почти все поместится, если сложить как следует, — сказала она. — А остальное придется оставить в чемодане и задвинуть под кровать.

Кровати были металлические, на высоких ножках, и под ними было пусто, если не считать единственного ночного горшка.

— Да, Молли, конечно, — сказала Сара и начала складывать одежду. Это выходило у нее неважно, и Молли, снова засмеявшись, взяла блузку из ее рук.

— Вот так, смотрите. — Она положила блузку на кровать