Чтобы ахнули - Лариса Каневская

На следующий день Андрей очнулся на том же диване. На столе — немытые тарелки и бокалы. Кислый запах нестерпимо бил в нос. Осмотревшись, Андрей приметил Юрца, свернувшегося уютным клубочком в маленьком кресле. Больше никого в комнате не было. Андрей потряс приятеля за плечо, никакой реакции, тогда, набрав в рот воды из горлышка, прыснул Юрцу в лицо.

— Идите в пень! Андлюха, ты — дятел!

— Хватит вянуть и тянуть резину, пора приступать к сбыче мечт.

— Чччё?

— Сейчас разбежимся по хатам за баблосом, потом на Птичку, за товаром…

— За товаром? Какая еще птичка?

— Не тупи! Птичий рынок.

— Аааа… тот, что на Таганке?

— Уже нет, Птичка улетела за МКАД. Раньше у нас по соседству, на Калитниковской улице, был. Мы с отцом часто ходили по воскресеньям поглазеть. Мать всегда отнекивалась, не хотела: ей животных в клетках жаль, особенно котят и щенков. Дед рассказывал, что Таганка когда-то была окраиной Москвы и крестьяне торговали там домашней птицей, ну, курами, утками, гусями…

— Ну, и чё?

— Ничччё, через плечо! Не поедешь — фиг с тобой, один рвану, у меня пятьсот баксов отложено: в Турцию собирался одну телку свозить, да лучше попугая куплю…

— А у меня тлиста есть, как думаешь, Диня, хватит на аквариум?

— Выше крыши! Рыбки недорого стоят, не то что говорящий попугай. Мой отец мечтал завести голубей, построить во дворе голубятню — дедовскую-то сломали, когда напротив новый дом начали строить. У деда в середине прошлого века знатная голубятня стояла, отец рассказывал: со всех дворов сбегались мальчишки и разновозрастные дядьки поглядеть, как дед Семен свистом поднимает в небо голубей. И каких только у него не было: однотонных, пестрых, венценосных, веероносных. Отец тоже хотел голубей, но не получилось. Для голубятен в Москве теперь нет места — улицы машинами заставлены да ларьками. А попугай Вовчик жил у соседа дяди Валеры, такой прикольный: всех «дусями» звал, лаял, мяукал и семечками пулялся. Куплю себе такого Вовчика, научу говорить: «Бабы — дурры…»

Приятели фыркнули и осеклись, переглянувшись, но никто не отозвался — очевидно, еще спали. Андрей с Юрцом почувствовали себя лишними на этом празднике любви и согласия. Решили уйти, не прощаясь.

Через пару часов счастливый Юрец уже прижимал к груди небольшой аквариум с двумя золотыми рыбками:

— Буду их разводить. Постлою на кухне аквалиум во всю стену, пусть плавают.

Затем они с Андреем прочесали все торговые ряды. Попугаев — тьма, но какой-то у всех туповатый вид, вряд ли их можно чему-нибудь научить. Один мужик, услышав, что нужен говорящий, дал телефон заводчика:

— На рынке говорящие попугаи молчат из-за стресса: слишком шумно и народу полно. Езжай на квартиру к Максу в Измайлово, он подберет, что надо.

Андрей позвонил заводчику, выяснилось, что какаду есть на любой вкус, стоят попугаи от пятисот до десяти тысяч долларов, в зависимости от породы, возраста, словарного запаса и прочего. Юрец отправился с аквариумом домой, а Андрей рванул в Измайлово, хотя бы взглянуть на свою мечту. Дверь открыл сам Макс — сурового вида, крепкий, приземистый мужик лет пятидесяти, волосы забраны в хвост аптечной резинкой. «Экзот, — подумал Андрей, разглядывая зеленые штаны из змеиной кожи, замшевую бежевую жилетку с бахромой на голое тело и белые мокасины. — Тормознул на шестидесятых годах, хиппи несчастный…» В огромной трехкомнатной квартире все стены были уставлены клетками с попугаями. Стоял такой дикий гвалт, что Андрей невольно присвистнул:

— Ого, как вы это выдерживаете?

— Ну-у, как… люблю я их, — улыбнулся заводчик, — хотя ужиться с этим поп-коллективом невозможно, потому я ночую в соседней квартире, а сюда прихожу пообщаться. Для души, так сказать.

— Но их ведь нужно поить-кормить, убирать в клетках…

— Естественно, но для этого, молодой человек, есть специально обученные люди. Давай, парень, ходи, смотри, выбирай, но не долго: у меня мало времени.

Андрей сначала рассматривал только белых. Он рассказал Максу про мечту детства.

— Странная кличка — Вовчик, — хмыкнул заводчик, — так породистых попугаев не называют, разве что твой сосед брал какаду не у заводчика…

— Да, верно, сосед служил моряком на торговом судне и сам привез его птенцом откуда-то.

— Тогда понятно. Впрочем, клички какими только не бывают. Ты, кажется, хотел болтливого? Тогда бери Афанасия Ивановича, он у нас самый разговорчивый, честно говоря, даже жаль отдавать. Я с ним болтаю вечерами.

Афанасий Иванович — розовый какаду с алым хохолком.

Андрей слегка поморщился:

— Цвет какой-то… девчачий.

— Эх, молодежь, молодежь, ничего не разбирает, не понимает, а туда же! Не розовый он, а цвета благородного лосося, или розового жемчуга, или нежного восхода над морем, или заката в пустыне, или…

— Ладно-ладно, — сдался Андрей, — раз белых нет… а что этот Афанасий говорит?

— Сейчас. — Макс подошел к клетке и открыл дверцу. — Афанасий Иванович, как дела, мой друг?

Попугай подозрительно покосился на Андрея:

— А это ктооо?

— Я — Андрей. Пришел за тобой.

— Он ктоооо? — снова обратился попугай к Максу.

— Это — Андрей. Пришел выбирать друга.

— Я — ктоооо?

— Ты — друг, умница, Афанасий, хорошая птичка. — Макс вытянул руку в сторону. — я — друг, иди ко мне.

Афанасий Иванович наклонил набок голову, тряхнул хохолком, еще раз покосился на Андрея и важно вышел из клетки. Потом взмахнул крыльями, взлетел на плечо Максу.

— Споем? — предложил Макс попугаю и начал, притоптывая, напевать бодрую песню группы «Любе» «А ну давай, давай наяривай, гитара семиструнная…».

Попугай подумал, размялся, поприседал на плече у Макса и ворчливо глухо отозвался:

— Давай, давай наливай…

— Класс! Браво, Афанасий! — Андрей зааплодировал. — Беру.

— Полторы тысячи баксов.

Андрей не удивился: предполагал даже, что выйдет дороже.

— У меня с собой столько нет, только пятьсот…

— Штукарь в качестве аванса, конечно, лучше, ну да ладно. На неделю переставлю Афанасия Ивановича в дальнюю комнату, не буду подходить, чтобы отвык от меня.

Он соскучится, будет рад любому собеседнику. Я стараюсь с подопечными особо не дружить, иначе трудно расставаться, к Афанасию вот привык.

— Спасибо, я приеду с деньгами через неделю.

— Пока не за что. И вот еще: жду до субботы. Если не принесешь всю сумму, залог остается мне. Понятно?

— Неплохо.

— Да, таковы мои правила.

— И многие не приходят?

— Всякое бывает, — уклончиво ответил Макс.

Недостающую тысячу Андрей попросил у отца:

— Дай взаймы, я устроюсь на работу и верну тебе…

Мать, услышав, возмутилась:

— С ума сошел? Такие деньги платить за птицу, которая будет орать и гадить по всей квартире?!

— Почему по всей квартире? У попугая клетка будет… в моей комнате.

— Андрюша, ты в