Без памяти - Вероника Фокс

Я резко нажимаю Enter и замираю.

Ноутбук приветствует своего владельца и демонстрирует рабочий стол. Я мгновенно теряюсь, не зная, куда в первую очередь залезть, чтобы хотя бы унять свое любопытство. Звук воды до сих пор доносится из ванной, и я подмечаю, что у меня есть приблизительно минут десять. Залезаю в первую попавшуюся папку, но не нахожу ничего интересного. Впрочем, я до конца и не понимаю, что именно ищу. Или хочу найти.

Внутри стойкое ощущение дежавю – когда-то подобное со мной уже случалось. И я никак не могу отделаться от этой мысли. Она, как заноза, засела в голове, въелась глубоко под кожу без возможности с легкостью избавиться от нее.

Но время терять нельзя.

Я залезаю в следующую папку и натыкаюсь на фотографии. Папка без названия, но женщину на фотографиях я узнаю. Это Кейт Мартин, мэр нашего города. Миловидная женщина. Припоминаю, как Джек с гордостью рассказывал о том, что она похвалила его за проделанную работу. Я открываю фотографии и быстро просматриваю их. Кейт в кафе, Кейт в машине, Кейт на прогулке с детьми, Кейт со спины, перед Кейт открывает дверь какой-то мужчина…

И тут перед глазами вспышка. Я вспоминаю, как меня озаряют всполохи камер, а кто-то при этом тянет меня за руку. Я не могу разглядеть его лицо, но помню аромат парфюма. И он до скрежета в сердце кажется мне знакомым. Меня заталкивают в машину, и мужчина на водительском сиденье со мной здоровается. Его имя… На языке вертятся буквы, которые я не могу собрать в имя. Но еще мгновение-другое, и я вспоминаю, что его зовут Шон.

Продолжаю листать фотографии, на которых теперь Кейт с кем-то разговаривает у кого-то дома. Я увеличиваю фотографию, но все равно не получается разглядеть, с кем она беседует. Отстраняюсь от экрана и пролистываю фотографии дальше.

И останавливаюсь на ужасающей фотографии, на которую не могу смотреть ни секунды больше. До меня медленно доходит осознание того, что Кейт, мэр Мейджора, мертва. Подступающий ужас сдавливает горло, отчего я ощущаю противный скользкий комок. Он словно душит меня, не давая вдохнуть полной грудью.

– Что ты делаешь? – внезапно раздается голос Джека, который вышел из ванной в одном полотенце.

Я вздрагиваю от его внезапного появления и осознаю, что прослушала момент, когда вода перестала литься. Джек замирает в проеме, поправляя полотенце, и внимательно осматривает меня, сидящую на коленях у кровати с его ноутбуком. Я не знаю, что ему сказать, потому что меня поймали с поличным. Не закрывая ноутбук, отодвигаюсь назад и встаю на ноги.

– Мия, – вновь говорит Джек, только уже раздраженным тоном, – что ты делаешь?

– Мэр мертва? – пищу в ответ, поправляя свой халат.

Джек делает пару шагов вперед. Его татуировки чернеют в свете ночника, мускулы на руках перекатываются. Муж останавливается около кровати, преграждая мне путь. «Вот мудак», – мысленно ругаюсь я, размышляя, какой выбрать план действий. Но четко и ясно понимаю одно: находиться рядом с Джеком опасно. Вспышки из прошлого дают мне понять: все, что сейчас происходит, – это один неразборчивый клубок, который необходимо распутать как можно скорее. Однако как это сделать, я без понятия.

– Мия, тебе говорили, что брать чужие вещи без спроса – дурной тон?

– Что ты от меня скрываешь?

Я стараюсь не слушать и не слышать его, потому что теперь вижу, как он умело манипулирует мной. Джек напрягается, распрямив плечи и поставив руки на талию, и размеренно дышит.

– Мия, мы уже обсуждали это.

– Обсуждали что? Фотографии мэра, которая…

Я замолкаю. Ощущаю, как подступают слезы, но стараюсь их сдержать.

– Которая что? – провоцирует меня Джек – неясно, для чего.

– Она мертва, – выпаливаю в ответ.

И вроде бы мне должно было стать легче, но нет. Я еще сильнее ощущаю неподъемный груз лжи и предательства, которых не замечала до недавнего времени.

Джек лишь тихо вздыхает и делает еще один шаг вперед. Я понимаю, что он хочет меня успокоить, используя свои методы. Глазами ищу предмет, которым смогу отбиться и дать себе шанс сбежать. Но ничего, кроме ноутбука, не нахожу.

– Мия, тебе не стоило залезать в ноутбук, – мурлычет муж, давая понять, что не причинит мне никакого вреда. – Ты сегодня пила таблетки?

«Таблетки, таблетки, таблетки – Джек то и дело говорит о таблетках. Он не в курсе, что я перестала их пить», – мимолетная мысль проскальзывает в голове.

– Ты не ответил на вопрос! – невольно повышаю голос, не контролируя себя. Но отступать некуда. – Что ты от меня скрываешь?

Вместо ответа Джек дергается вперед, стремясь навалиться на меня. Я резко захлопываю крышку ноутбука, беру его в руки и начинаю бить им мужа. Он старается смягчить удары, выставляя ладони вперед, однако я нацелена не сдаваться. Вновь и вновь ударяю им по телу Джека, но неожиданно он выбивает ноутбук из моих рук. В его глазах мелькают искры ярости и гнева. Он пыхтит, раздувая ноздри, как бык. В мгновение ока Джек набрасывается на меня, стараясь цепкой хваткой обхватить мои плечи и руки. Но каким-то чудом мне удается увернуться, и мне ничего не остается, как прямым ударом ноги заехать ему в пах. «Да, это подло, но что я могу еще сделать? Я боюсь этого человека. Я боюсь находиться с ним рядом», – бьется в голове стыдливая мысль. Джек складывается пополам и цедит сквозь зубы неразборчивые ругательства. Я поднимаю ноутбук и со всей силы ударяю им Джека по голове, затем отбрасываю его в сторону и срываюсь с места. Лечу по лестнице чуть ли не кубарем, на ходу впихиваю ноги в мокасины и выбегаю на улицу.

* * *

Освежающий воздух ударяет в лицо. Оглядевшись по сторонам, я бегу налево по улице, которая должна вывести меня из этого района. «Что делать дальше? Куда бежать?» – задаюсь я вопросами, ускоряя бег. Фонари тускло освещают маленькие кусочки пешеходной дороги, из окон некоторых домов льется на зеленые лужайки теплый свет. Я бегу, не оборачиваясь, куда глаза глядят. В голове образовался неразрывный комок мыслей, который тяжелит разум.

В конце улицы развилка, и я вновь задумываюсь, куда свернуть. Останавливаюсь на перекрестке, вертя головой. По обеим сторонам ужасающая пустота, словно район полностью вымер. Немного помедлив, решаю, что стоит бежать направо. Так я смогу добраться до главной дороги и, быть может, позвать кого-нибудь на помощь. «Наверное, самое лучшее