Случайности не случайны - Владимир Иванович Иванов

– Если бы с нами был Анатолич, мы бы и трети не обошли. – Володя усмехнулся. – Порой мне кажется, что он знаком не только со всеми работниками, но и с членами их семей.

Почему-то вспомнил о Райтнере. Любопытно, скольких менеджеров кредитного отдела он смог бы назвать по имени? А на вопрос, сколько в банке операционисток, с какой попытки ответил бы правильно? Мою задумчивость Володя истолковал пресыщенностью новой информацией, поэтому сказал, что «на сегодня, пожалуй, хватит».

После вернулись в кабинет Тарасова. Володя погрузился в текущие вопросы. Я же записал в рабочую тетрадь вопросы, на которые потом буду искать ответы. Например, почему избыточное тепло сбрасывается в градирнях, а не направляется на отопление хотя бы ближайшего района города. Или, почему сырье из одного цеха в другой перевозят на погрузчике, хотя можно было поставить транспортер. Это старая привычка ещё со времен студенческой практики. Случалось, несколько раз в жизни извлекал пользу, хотя в подавляющем большинстве дальше записи вопрос дело не продвигалось. Покончив с этим, взялся за просмотр различных обзоров, пачкой лежавших на журнальном столике в углу кабинета.

– Слушай, – Тарасов оторвался от своего монитора и внезапно обратился ко мне, – всё хочу тебя спросить, где ты этого старика нашел.

Конечно же, Володя был в курсе и проверки службы безопасности, и моего разговора в парке с Кармазиным. Что я мог ответить? «Честность – лучшая политика».

– Где, где? В парке! Сидел себе в обеденный перерыв, хомячил свой хот-дог, а старик подсел ко мне на лавочку. – Улыбнулся, всем своим видом показывая, что правды от меня он не услышит. – Слово, за слово, так и познакомились. – Усмехнулся.

Но Тарасов остался серьёзен.

– А как его из Германии к нам занесло?

– Из Австрии. – Убрал улыбку со своего лица. Расспрос нужно было прекратить. – Вов, больше я тебе про старика ничего не скажу. Это не моя тайна.

– Ладно, – невозмутимо согласился Тарасов, – а свадьба у тебя когда? – Резко изменил тему. – Пригласишь?

Замешкался на мгновение. Объяснять ускоренную регистрацию необходимостью усыновления Иржи не входило в мои планы. А на пирушку через неделю-другую чету Тарасовых не пригласишь – не их уровень.

Но тут в кабинет постучали, и вошла Бойко.

На этот раз на ней был деловой костюм с юбкой карандаш нежного кремового цвета и туфли в цвет костюма на высоком каблуке. Никаких украшений, кроме коллекционных часов. На лице, как всегда, блуждающая улыбка.

– Хорошо, что вы оба тут!

Мне показалось, что Тарасов внутренне напрягся. Что-то недоброе промелькнуло в его взгляде. Похоже, на командную работу с ними рассчитывать не приходится. И тут же следующая мысль буквально поразила меня. Чьи поручения для меня, как советника директора, должны быть в приоритете: зятя директора, который, очевидно, говорит от его имени, или финансового директора, которая придерживается согласованной с директором политики? И, что существенно важнее, как поступать, если их поручения будут хоть в малой степени противоречить друг другу. Да, уж. В банке было проще. Там меня под свою опеку сразу взяла Татьяна. Здесь вхождение в ближний круг и статус неприкасаемого нужно будет заслужить. Вопрос: у кого?

– Что-то вы, ребятки, какие-то заторможенные. – Ольга Николаевна, не дожидаясь приглашения, прошла и села за стол для посетителей, жестом руки приглашая меня занять место напротив.

– Володя провел для меня экскурсию по заводу. – Слегка оправдывающимся тоном начал я, садясь за стол. – Вот, перевариваю …

– Только что закончились переговоры с банком. – Прервав мой лепет, перешла сразу к делу Бойко. – Разругались вдрызг!

Повисла тишина.

– Виктор Анатольевич настоял на том, чтобы убрать банк из акционеров СП с немцами, – хлопнула по столу, – теперь только мы и они. Пятьдесят на пятьдесят! – Дальше Ольга Николаевна продолжила без эмоций. – Разработку инвестпрограммы оплатить, конечно, придется. Но саму программу выбросим в мусорное ведро. Кто будет разрабатывать новую, пока ясности нет.

Вторая задача, – Ольга Николаевна сделала паузу, – перейти на обслуживание в другой банк. Переходный период не определен, но затягивать нельзя.

Тарасов встрепенулся. Для него эта новость, как гром среди ясного неба. Допсоглашения к договорам с заменой реквизитов – мелочь, о которой и упоминать не стоит. Но, что делать с аккредитивными, факторинговыми и прочими документарными операциями, завязанными на этот банк. Как отреагируют партнёры. Сколько ещё подводных камней обнажится в процессе.

– Вопрос сложный, понимаю. – Бойко встала со своего стула. – Прямо с понедельника приступим к его решению. А сегодня вечером – банкет, по случаю подписания договора. Отпразднуем! – Она улыбнулась. И уже перед дверью, повернувшись ко мне. – Крюков, наверное, свадьбу планируешь? Путешествие? – Выдох сожаления. – Придется планы подкорректировать. До нового года никаких отпусков! Работы – выше крыши.

Ольга Николаевна ушла. А мы ещё пару минут хранили молчание. Потом Тарасов молча встал и вышел из кабинета.

– Да уж, попал ты! – Сказал я сам себе вслух.

«Давайте будем лучше!»

Ну, давайте…

Не засоряя воздух лишними словами,

Примером личным нас, ленивых, вдохновляйте.

А мы немного погодя последуем за вами.

22

Принялся рассматривать кабинет Тарасова. Странно, но в нем совсем не было вещей, говорящих о его хозяине. Ни дипломов, ни грамот на стенах, ни подарочных статуэток на полках, ни каких-то милых безделушек, привезенных из путешествий или подаренных сотрудниками на день рождения, новый год, день химика, или любой другой праздник. Из фотографий присутствовала лишь одна на столе: Володя с женой Викой и дочкой Полиной. Подозреваю, что эта фотография была поставлена лишь в качестве напоминания посетителям о родственной связи с директором завода. Или для самого директора, если он случайно навестит зятя в его кабинете. Книжный шкаф с литературой по широкому кругу вопросов от химии до бухгалтерии в одном углу и большой горшок с неприхотливым фикусом в другом углу делали кабинет ещё менее уютным. Единственным «светлым пятном» был настенный трёхблочный календарь, на постере которого поместили фотографию излучины нашей реки с прилегающими холмами, сделанную ранней осенью.

Прошелся по кабинету. Постоял у окна, вид из которого мне тоже не понравился. Решил, что подожду ещё минут пять, и, если Тарасов не вернётся, уеду. Потом решил подождать ещё пять минут. К исходу третьей пятиминутки Володя пришел.

– О! А ты что тут делаешь? – Было его первой реакцией, увидев меня.