Любовь в Сочи, мопс и белые ночи - Женя Онегина

Следующий час мы шли вдоль берега, время от времени пересекая ее в брод. Занятие это было веселое, волнующее и связанное с некоторым риском. Каждый раз, когда передние колеса квадроцикла резко уходили вниз, я мысленно готовился оказаться в воде по пояс. Но Владимир отлично знал трассу, позволив себе только пару шуток. И снова привал. Теперь уже отдых требовался не только машинам, но и нам. Плечи гудели от избыточной непривычной нагрузки. Я стащил с головы шлем и почти залпом осушил литровую бутылку воды. Иван без сил рухнул на покрытую травой полянку. Гарик попинал его для порядка и пошел на фотоохоту один.

– Если сейчас заберем чуть левее, то где-то через километр будет небольшой овраг, – сказал Владимир, прикуривая сигарету, и этим немедленно напомнил мне Анатолия Федосеева. – По нему и спустимся к ручью и дальше пойдем по его руслу вплоть до места стоянки. По моим подсчетам это еще около часа.

Я рассеянно кивнул. Мои мысли волшебным образом перенеслись в Карелию, и я полез в карман за телефоном, чтобы написать Алисе сообщение. Связи не было.

– Нет сигнала, – сообщил я вслух и сделал соответствующую пометку на карте.

– Дальше будет, – успокоил Владимир. – Мы сейчас близко к границе подошли.

Почему-то от невозможности связаться с Алисой резко упало настроение.

Так, Ремизов! Не раскисать!

Мы все-таки потерялись и не сразу нашли нужный овраг. Недавно прошли дожди, размыв тропу, и ко всему прочему я чуть было не завалился на бок. Гарик ругался, перекрикивая гул моторов, а Ваня откровенно смеялся над моим промахом. Когда мы наконец выбрались к ручью, солнце уже клонилось к закату. А к месту стоянки мы пришли за час до наступления темноты.

Разбор полетов проходил при свете костра. Владимир четко отработал все наши промахи, я пытался записывать, но страшно хотелось спать. Сказывалась бессонная ночь накануне. Первым не выдержал Иван, широко зевнул и заявил, что сил его больше нет, и вообще он три дня не спал и очень устал.

– Иди уже, – милостиво отпустил его Владимир. – Завтра чтоб был бодр и весел.

– Буду, – заверил Оленев и полез в палатку.

– Завтра утром нужно будет выяснить, реально ли здесь разбить глэмпинг, – напомнил Гарик. – И потом только двигаться дальше. Мы же все с собой забираем?

– С собой, – ответил я. – Во время тура кто-то из инструкторов постоянно будет находиться здесь, но сейчас это роли не играет.

– Давайте-ка, ребята, спать, – сказал Владимир строго. – Завтра день тяжелый.

– Но хотя бы рано не вставать, – зевая, произнес Гарик.

Пока друг устраивался в нашей палатке на ночлег, я отошел от лагеря и набрал сообщение Алисе:

“Валюсь с ног. Гарик уже спит. Не скучай”.

Связь здесь, как и обещал Владимир, была. И я уже успел написать и ей, и маменьке, и Шараповой, что до стоянки мы добрались без приключений.

Почти без приключений.

Спали мы как убитые. Наверное, в этом был виноват чистый горный воздух, но скорее всего все дело было в банальной усталости. Просто здесь, вдали от цивилизации организм снова требовал простых радостей – всего лишь горячей еды и сухого тепла.

Второй день прошел в напряженной дороге. В лесу царил сумрак, и среди мерцающей игры света и тени было сложно разобрать тропу. Крутые подъемы сменялись затяжными спусками, спина ныла от постоянного напряжения, к тому же начала болеть голова. Видимо, обещанная гроза все-таки приближалась. В горах время текло иначе, день казался бесконечным в том числе из-за постоянных остановок. В мрачной низине по самый бак завяз в грязи Иван, пришлось тащить его на тросе. Моторы перегрелись, и Владимир скомандовал привал. До луга, на котором можно было встретить лошадей, мы пока не добрались, и обедать было рано, но есть хотелось ужасно. Я достал из рюкзака энергетический батончик, сжевал его, потянулся за термосом с чаем.

– Воду бережем, – напомнил Владимир строго.

Я кивнул.

Связи не было. И местность вокруг казалась вымершей.

– Вот где нужно постап снимать, – хмыкнул Гарик, меняя объективы на камере. – Иван, хватит прохлаждаться! Марш работать.

– Больше я с вами никуда не поеду, – буркнул парень, поднимаясь.

– Подожди, он еще сделает тебя звездой! – усмехнулся Владимир.

– Зря смеетесь, – обиделся Гарик. – Я вчера выложил несколько кадров, думаю, за нашим небольшим путешествием уже следят.

– Звучит угрожающе, если честно, – заметил я.

– По коням, парни! – скомандовал Владимир. – Нам еще нужно добраться до каньона, отметить контрольные точки и вернуться до темноты на стоянку!

И все-таки лагерь пришлось разбивать почти на ощупь. Со стороны моря пришел порывистый ветер, небо затянуло низкими тучами. Костер удалось разжечь далеко не с первой попытки.

– На побережье шторм, – сообщил Гарик после сеанса связи с женой. – Маринка сказала, над морем смерчи видели.

– Может, стороной пройдет, – без особой надежды в голосе пробормотал Иван.

– Это вряд ли, – произнес Владимир, глубоко затянулся и закашлялся. Сигареты у него были крепкие, злые. – Надо как следует укрепить палатки. Не погода, а черт знает что.

Спустя еще час каждый из нас получил сообщение о штормовом предупреждении. Позвонили ребята с базы внизу и настойчиво рекомендовали вернуться. Но дорога и в светлое время суток заняла бы не менее двух часов, а в темноте – гораздо больше.

– Что делать будем? – спросил Гарик, задумчиво глядя на тяжелые свинцовые тучи. Ему только что снова позвонила супруга, и он бодро отрапортовал, что у нас все отлично и грозы не предвидится.

– Я за то, чтобы переждать непогоду здесь, – сказал Владимир. – Если не успеем вовремя спуститься на базу, дороги размоет, и мы застрянем.

– Я за то, что вернуться сейчас, – возразил Гарик. – Чем ближе мы к “Микаэле”, тем больше шансов на помощь. Если ускоримся, то можем проскочить.

– Река поднимется, Гарик, – напомнил я.

– Но мы можем успеть, – поддержал друга Ваня.

– Или оказаться зажатыми между руслом и скалами.

– Мужики, у нас есть полчаса не больше, – поторопил Владимир.

Но и этого времени не оказалось. Порыв ветра обрушился на лагерь, сорвав с места нашу с Гариком палатку. Громыхнуло. На мгновение стало светло как днем.

– Не успеем, – пробормотал Владимир, прикуривая новую сигарету.

И в тоже мгновение лагерь накрыла мощная стена дождя.

Глава девятая

Алиса

Прошли почти сутки с тех пор, как Игорь и Святослав последний раз выходили на связь. Маринка сама звонила мужу последний раз накануне вечером, и тот сказал, что погода нормальная. Примерно в то же время Свят написал, что они вернулись в лагерь и у них