Когда налетел норд-ост - Анатолий Иванович Мошковский

Отец беспокойно озирался, потом спросил у проходившего мимо рыбака:

— Приятель, где тут Игорь?.. Игорь Стрижевский? Не знаешь?

Белоголовый парень в распоясанной рубахе чуть придержал шаг:

— Утром все вертелся здесь… Спросите в той хате.

Отец быстро зашагал в домику под камышом, с крылечком и длинным дощатым столом под окнами. «Ого, — подумал Павлик, — отец уже не скрывает нетерпения!»

Наконец Павлик дождался своей очереди и последним сошел на причал.

Глава 5

ИГОРЬ

И побежал к домику. Сердце у него замерло. Потом забилось. Так забилось, что, наверно, Марька, возле которой он пробегал, слышала. Толкнув сухую в трещинках дверь, очутился в сенцах: на полу подстилка — кусок старой сети, у стены — бочки и обшарпанные весла.

Постучался — он не привык входить без стука.

Изнутри не ответили. Там раздавались чьи-то голоса и смех.

— Толкай-толкай, чего стесняешься, — в сенях появился Филат с двумя кошелками и двинул плечом дверь.

Павлик шагнул за ним и очутился в огромной комнате с голландкой у стены и двумя рядами железных коек. Крепко пахло рыбой, застоялым мужским бытом. На гвоздях висели грязные, прямо-таки черные полотенца, простыни были ненамного белей их, на одеялах свалена драная одежда.

Несколько рыбаков сидели и лежали на койках, а отец стоял посреди комнаты, необыкновенно нарядный и свежий по сравнению со всем, что здесь было, и приглаживал свои темные, с голубоватыми переливами седины волосы.

— А вы у Альки спросите, где он, — проговорил вдруг лежавший на койке парень в черной сатиновой рубахе и носках с продранными пальцами.

— У какой Альки? — Лицо отца стало серьезным.

— У Бобровой.

— А кто она такая?

— Поммастера. Рыбу принимает. На пункту. Вчерашняя практикантка.

— Спасибо, — с ледяной вежливостью сказал отец. — В каком доме она живет?

— В третьем отсюдова. Возле него Тамона увидите, деда с такой вот бородой, напарника его, — крючки он сейчас точит.

Не замечая Павлика, отец вышел из дома.

Павлик, сконфуженный и неловкий, двинулся следом.

«Что сейчас творится с ним! — думал он. — Ведь отец думает, что Игорь, что Игорь… Даже как-то неловко это произносить… Он думает, что его старший сын… Короче говоря, что он женился или собирается это сделать в самое ближайшее время, потому что уже совершеннолетний и имеет по закону такое право».

Вот будет номер! Даже Павлик испугался, услышав недобрые речи парня в сатиновой рубахе.

Отец рывком поднял с земли чемоданы, и, твердо, даже как-то остервенело, шагая, двинулся к дому, где жил Игорь. Шли по узким мосткам — три доски на столбиках. Доски стонали и прогибались под отцом, вдруг утратившим легкость и изящество шага.

Уже позади остался домик с вывеской «Ларек», огромный приземистый сарай с навесом и причалом — видно, это и был рыбоприемный пункт; вот прошли мимо строящегося дома — каркаса из жердей и камышовых стен, мимо домиков с причалами и лодками.

— Где здесь у вас живет Тамон? — спросил отец у низенького, с небольшим горбом человека в темной рыбачьей рубахе.

— Вона, через дом отсюдова…

Павлик молча шагал за отцом, тихий, переполненный ожиданием, с напряженно-радостным лицом. На одном плече он тащил рюкзак, то и дело спотыкался, потому что смотрел не под ноги, а вперед, хотя отцова спина все время заслоняла открывающееся пространство. Потом вдруг с этой спиной что-то сделалось: она как-то ссутулилась, ослабла. Павлик выглянул из-за нее и…

И увидел Игоря.

Брат стоял у двери хибары — высокий, длиннорукий, в старой стеганке внакидку. Стоял и смотрел куда-то в сторону. Потом заметил их, и лицо его, до того спокойное, даже сонное, вдруг испуганно, ошалело-радостно вспыхнуло.

Он дернулся к ним, но что-то удержало его, и он остался стоять, как-то странно улыбаясь — никогда не улыбался он так раньше. В этой грубой одежде, в заляпанных грязью сапогах, загорелый, рослый, раздвинувшийся в плечах, он мало был похож на того, каким был дома.

Все на Игоре было не его, все было чужое. Но глаза не изменились, они светились Павлику, и даже в сумерках вечера было видно, что они очень светлые, почти прозрачные.

— Игорь! — закричал Павлик.

И совсем уже по-мальчишески прыгнул к нему, обнял, прижался к плечу. Брат тоже обхватил его своей ручищей, легонько оторвал от земли, приподнял и потом уже сказал:

— Здорово, — сунул ручищу в его руку и деланно-сердито заметил: — Ты чего это вперед отца лезешь, субординацию нарушаешь? — и кинул отцу руку: — Здравствуй, пап… Как добрались?

Кожей всего тела чувствовал Павлик замешательство отца, и это чувство подтвердилось, когда отец не очень естественно, преувеличенно бодро воскликнул:

— Прекрасно! — И через мгновение: — Ба! Да тебя и не узнать. — Он крепко пожал Игореву руку и шумно похлопал по спине. — Матерый какой стал! А рост, а сапожищи! В Москве бы встретил — не признал за своего.

Вокруг них, посмеиваясь, стояли собравшиеся откуда-то рыбаки.

— А здесь признаешь?

— А то как же! Вот и конец странствиям. Сколько дней гоняюсь за тобой с младшим отпрыском, да никак на хвост наступить не могу.

Игорь засмеялся.

— Что это вы вдруг? Вместо дачи на поправку или как?

— Командировка.

— Твор?

Отец кивнул.

Рыбаки между тем один за другим стали поспешно расходиться, оставляя отца с братьями.

— Ясно, — сказал Игорь. — Здесь есть что рисовать.

— Вижу. Ну как ты? Жив-здоров? Полный порядок? Говорят, не скучаешь здесь?

«Ага, выясняет обстановку после слов того парня!» — отметил Павлик.

— Кто говорит?

— Да один здесь… ваш рыбачок. К какой-то девушке по имени Аля посылал меня. Говорит, у нее можно навести точные справки о всех подробностях твоего местонахождения и бытия.

Игорь засмеялся:

— Ох и трепачи!

Павлик насторожился.

— Ничего девушка? — легкомысленным тоном ровесника спросил отец. — Сильно врезался?

Игорь покраснел.

— Да так… Слегка. — И тут же перевел разговор: — Где б вам лучше с жильем устроиться? У нас в хате исключено.

— Что так? — спросил отец.

— Потом увидишь. Придется в дом для приезжих.

— Мне говорили в колхозе. Места-то для нас хоть забронировали? А то вот в Измаиле…

— Пошли. — Игорь взял чемоданы и минуты через три привел их к большой хате. Пожилая женщина, босая, в цветастой кофте, мыла крыльцо.

— К вам гости, тетя Кланя, — сказал Игорь и обратился к отцу с Павликом: — Директор отеля, прошу знакомиться. Ванны и телефона установить не успели, все остальное есть…

Он быстро отнес в хату чемоданы и вернулся:

— Занял лучшие койки, а теперь пойдем посидим, что ли?

Говоря обо всем