Лепестки Белладонны - Джулия Вольмут

– Ким, жду тебя в моем номере. И принеси черную краску для волос.

Глава 11

В этом доме, где я выросла,

С уютными креслами и разбитыми кружками,

Воспоминания достают до потолка.

Могут ли они рассказать, что я чувствую?

© Marina Kaye, Homeless

Джека осмотрели металлоискателем и попросили отдать ключи.

– Зажигалка? Газовый баллончик? Колюще-режущие предметы? – устало спросил охранник. Он наверняка повторял эти вопросы миллион раз.

– Нет, – качнул головой Джек. – Ничего из перечисленного.

Охранник кивнул, и Льюис смог пройти в коридор.

Джек сразу заметил Эльмиру: переминаясь с носков на пятки, она вертела головой, и черные короткие волосы били ее по щекам. Мира дотронулась до обоев, провела пальцами по подоконнику, сжала край штор. Она изучала детский приют, словно приехала впервые, но Джек знал: Белладонна выросла в этих стенах. Но, возможно, за пять лет дом изменился.

– Мне чуть в трусы не залезли, – усмехнувшись, проворчал Джек.

Мира обернулась. Без каблуков ей пришлось задрать голову, чтобы на него посмотреть. Она никак не отреагировала на шутку, только удивленно прищурила глаза, будто и вовсе забыла, что Джек приехал с ней. Тогда он вновь попытался пошутить:

– Мы точно в гости к детям, а не к президенту?

– Произошел несчастный случай, и теперь особенно заботятся о безопасности, – рассеянно ответила Мира. Она замолчала и затеребила пряди каре – не привыкла к новой прическе? Джеку ее смена имиджа понравилась. В белом парике Белладонна казалась ему вульгарной. – Идем, – направилась к лестнице, – директор нас ждет.

На подоконниках второго этажа цвели орхидеи, стены украшали картины, а по углам стояли ящики с игрушками. У приюта хорошее финансирование. Не Миры ли это заслуга? Пока они в молчании шли к кабинету директора, Джек с улыбкой вспомнил, как оказался здесь.

Утром он отправился на пробежку, но не успел спуститься с крыльца, как к воротам отеля подъехал спортивный автомобиль. Когда тонированное стекло опустилось, Джек увидел за рулем Белладонну. Льюис не мог сказать, чему удивился сильнее: певица умеет водить, у нее новая прическа, она в девять утра ест буррито и слушает немецкий рэп.

– Запрыгивай! Тебе я тоже взяла. – Белладонна указала на буррито.

«Мира, – поправил себя Джек. – Запомни ее имя».

Мира оглядела его, застывшего на ступеньках, выключила музыку и добавила:

– Обещаю, верну вас, мистер Джек Льюис, целым и невредимым!

Он уловил привычные для нее нотки флирта, словно в номере ничего не произошло, и пусть Джек не поверил в историю о «репетиции поцелуя», он решил отпустить ситуацию. Мало ли что у девчонки в голове? Ей всего двадцать три! Она авантюристка и любит трепать всем нервы. Только с ним ее фокусы не пройдут – Джек верен Лиззи. И надеялся, Мира урок усвоила. Что бы она ни читала о нем в прессе, сейчас он другой человек и не собирался рушить свою жизнь ради сиюминутного удовольствия с симпатичной певичкой. Оставалось верить, что получится общаться на дружеской ноте и работать как профессионалы.

Джек оглядел ветровку и штаны, пожал плечами и сел на переднее пассажирское сиденье. Мира была одета просто: куртка-бомбер, на вид мужской, футболка, джинсы, кроссовки. Отсутствовали макияж и парик. Ничто не выдавало в ней рок-звезду, поэтому Джек не удивился отсутствию телохранителя. В салоне была только Мира, а в воздухе витал аромат ее сладких духов вперемешку с резким запахом вредной еды.

Одобрительно взвизгнув, Эльмира вжала ногой педаль газа. Льюис поспешно пристегнулся. «Надеюсь, у девчонки есть водительские права! Так, стоп, сегодня мы опять не приступим к съемкам клипа?» – пронеслось в голове, когда он заметил на навигаторе маршрут, отдаляющий их от центра города. Джек спросил:

– А твой менеджер…

– Франк в курсе. И поездки, и прически. Он занят новым подопечным. – Мира смешно поморщила нос. – Так что сегодня вместо съемок я решила взять машину и уехать в пригород. – Мира улыбалась, а ее глаза блестели, словно в зрачках танцевали десятки чертенят. – Пусть побесится, когда не найдет нас на площадке!

Льюис покачал головой. Какой же она порой ребенок!

– Куда мы едем?

– Это сюрприз!

Джек засмеялся, но возражать не стал. Ему хотелось подыграть, ведь она искренне наслаждалась происходящим: чуть высовывала язык, когда перестраивалась в другой ряд, хмурила брови, когда кто-то пытался ее подрезать, ругалась на немецком, когда не успевала проскочить на светофоре, – и наблюдать за ней было умилительно.

Белладонна сегодня не похожа на взбалмошную рок-звезду. Она была девочкой, которая смотрела с Джеком бокс и заснула на его плече, девочкой, которая смущенно благодарила его за приезд сюда. Девочкой, которую он хотел узнать лучше.

– Der Teufel! [39]

– Что за новый подопечный? – поинтересовался Джек в попытке остановить ее ругательства на водителя впереди. – Я с ним познакомлюсь?

Мира затормозила на светофоре.

– Сегодня вечером мне нужно быть на ужине с этим… Выскочкой, Франком и Грегори Келлером – это мой продюсер. И Выскочки, наверное, тоже… Не хочу идти! – Она стукнула кулаком по рулю. – А я обязана, чтобы герр Келлер был доволен, чтобы папарацци получили новые снимки… Меня это бесит! – Теперь Мира стукнулась о руль лбом и застонала.

– Новый подопечный Франка так ужасен? Что он сделал? – хохотнул Льюис. – Не узнал в тебе звезду? Эй, зеленый!

Эльмира смерила Джека недовольным взглядом, явно не оценив шутку, и вновь поехала. Ей на такой скорости лучше не отвлекаться.

– Можем не говорить о нем, если тебе неприятно.

– Он меня узнал, – запоздало ответила Мира. – Узнал, и от этого еще хуже. Лыбился мне, как чертов голливудский актер! Я видела его один раз, а бесит он меня, будто знаю его сто лет! Чертов Ханс Биттнер.

– Могу составить тебе компанию за ужином, – пожал плечами Льюис. – Мне интересно посмотреть на этого паренька. – Раз Ханс вызывает у Белладонны такие яркие эмоции, на него стоит взглянуть!

Мира дернула плечами, показывая, что разговор окончен. Судя по указателям, она ехала в сторону Витгенсдорфа [40]. Остались позади высокие дома, а парки сменились бескрайними полями. Из-за холодов деревья вдоль дороги давно попрощались с листьями и покрылись слоем инея. Мира молча вела машину, а Джек разглядывал пейзаж и ел буррито. Маленькие, словно вылепленные из пластилина домики, загорелые фермеры, домашний скот. Джек видел подобный пейзаж в родном Техасе и, впав в ностальгию, не сразу заметил: Эльмира припарковалась у пятиэтажного каменного здания, окруженного высоким забором.

– Где мы?

– Ну и память у тебя, Джек Льюис! –