Когда наступит никогда - Барбара Дэвис

– Пока нет, но я склоняюсь к кабинету. Подумываю снова взять в работу несколько издательских проектов. Скучаю по своим писателям. И, честно говоря, теперь, когда работа магазина налажена, а ремонт почти закончен, у меня слишком много свободного времени.

Мисси достала два бокала для шампанского и разлила апельсиновый сок.

– Может, следует занять его чем-нибудь приятным? С папой работает один парень, бухгалтер. Симпатичный. В разводе. Без детей.

Кристи-Линн выразительно посмотрела на нее.

– Может, пообедаем?

Мисси игриво нахмурилась.

– Хорошо, поняла. Пора сменить тему.

– Именно. – Кристи-Линн вытащила из холодильника салат с авокадо и направилась на веранду. – Кстати, о детях: где сегодня твои мальчики?

– В походе с соседскими детьми. – Мисси вручила Кристи-Линн бокал и устроилась на стуле. – Почему мальчики так любят спать в палатках?

Кристи-Линн улыбнулась.

– На этот вопрос я ответить не смогу, но, наверное, приятно побыть одной.

Мисси задумалась, потом пожала плечами:

– Наверное, но на самом деле я скучаю по маленьким чудовищам. Когда их нет, дома слишком тихо, и я не знаю, куда себя деть. Знаю, звучит безумно, но мне нравится носиться как угорелая. Ради детей я готова бросить все, видимо, это приходит с их рождением.

– Не всегда, – сказала Кристи-Линн чуть мрачнее, чем собиралась.

Выражение лица Мисси смягчилось.

– Ты имеешь в виду свою мать?

Кристи-Линн отмахнулась.

– Забудь. Я не хотела сентиментальности. Просто в последнее время плохо сплю.

Мисси подозрительно прищурилась.

– Подозреваю, не из-за запойного просмотра последнего сезона «Игры престолов».

Кристи-Линн хотела сменить тему, но поняла, что ничего не выйдет.

– Кое-что… выяснилось.

– Что именно?

– Маленькая девочка, – поспешно выпалила Кристи-Линн, словно срывая пластырь. – У Стивена и Хани есть маленькая дочь.

Мисси замерла, потрясенно переваривая новость.

– Ну… – наконец сказала она. – Он и правда был ублюдком, да? Как ты узнала?

– Я ее видела – у Ретты. Меня как громом поразило. На меня будто смотрели Стивен и Хани одновременно.

– Господи, – выдохнула Мисси и потянулась к руке Кристи-Линн. – И ты переживала все это в одиночку. Почему? Ты ведь знаешь, что я всегда рядом? И ты можешь рассказать мне что угодно?

Кристи-Линн кивнула. Она знала. Но все три недели, которые она знала о существовании Айрис, она не могла заставить себя о ней рассказать. Разумеется, кроме Уэйда, который застал ее врасплох в момент слабости.

– Думаю, я осознавала, – наконец сказала Кристи-Линн. – Непросто узнать, что у твоего мужа ребенок от другой женщины, которого он умудрился скрывать от тебя три года. И, если бы машина не упала с моста, я бы не знала до сих пор.

Мисси так тяжело выдохнула, что задрожала челка.

– Слушай, милая, я знаю, ты расстроена, но ты имеешь на это полное право, тут совершенно нечего стесняться.

Кристи-Линн уныло пожала плечами. Она хотела верить словам подруги. Но хотеть и верить – разные вещи. Стивен не был святым. Кристи-Линн это понимала, но со временем научилась закрывать глаза на дурные черты его характера. Ее вполне устраивал статус-кво, она скрывалась за ложным чувством безопасности и в блаженном неведении не замечала измены – и рождения маленькой девочки, чье детство причудливым образом напоминало ее собственное.

Мисси смотрела на Кристи-Линн, дожидаясь конца истории, ведь она прекрасно чуяла, что есть продолжение. Словно ищейка. И все вырвалось наружу – мучительный миг, когда Кристи-Линн впервые увидела Айрис, чек, который Ретта не принимала из чувства гордости, и ужасные слова Рэя Роулингса, назвавшего племянницу мерзостью.

Когда Кристи-Линн закончила, Мисси все еще качала головой:

– Господи. Маленькая девочка без родителей и бедная женщина, которая вынуждена в таком возрасте растить ребенка. Честно говоря, я даже не знаю, кого мне жальче.

– Ужасно. Их дом выглядит так, словно рухнет от любого ветерка. Ни двора, ни телефона, ни соседей. Но самое худшее – брат Хани отказывается забирать Айрис, если что-то случится с Реттой. Девочка может оказаться в приемной семье.

Мисси задумчиво расправила льняные брюки.

– Милая, я знаю, это ужасно, но это не твои проблемы. Виноваты ее родители, и разбираться должна ее семья.

Кристи-Линн опустила взгляд, скатав салфетку в комок.

– Он называет ее мерзостью, Мисси. Рожденной во грехе мерзостью. Ее родной дядя. – Кристи-Линн нервно сглотнула, задетая несправедливостью. – Айрис ни в чем не виновата, но отвечать придется именно ей.

Мисси глубоко вздохнула.

– Ты глубоко увязла в этой истории, верно?

Кристи-Линн кивнула, хотя в глубине души понимала: ее сердце болит не только из-за Айрис. По какой-то ужасной, безумной причине судьба свела ее с маленькой девочкой, ставшей неприятным напоминанием о детстве, которое Кристи-Линн пыталась забыть много лет. И теперь пути назад не было.

– Да, – наконец признала она. – Так и есть. Я сумасшедшая?

– Да, – без колебаний ответила Мисси. – Не знаю ни одной женщины, которой не было бы глубоко плевать на рожденного любовницей ребенка ее мужа. Но тебе не все равно. Что собираешься делать?

– Не знаю. Это капля в море, но я уговорила Ретту обналичить чек. Она звонила пару дней назад – сообщила, что у нее наконец есть телефон, и снова поблагодарила. Я никак не растолкую ей, что эти деньги во всех смыслах принадлежат Айрис.

– Дорогая, не хочу тебя расстраивать, но многие люди видят ситуацию иначе.

Кристи-Линн молча сделала глоток газировки, раздумывая, стоит ли продолжать. Если Мисси уже считает ее ненормальной, что она подумает, услышав остальное?

– Я подумываю сделать трастовый фонд, – выпалила Кристи-Линн. – Для Айрис.

Мисси изумленно вытаращила глаза.

– Серьезно?

– Ты же знаешь, меня изначально смущали эти деньги. Они просто лежат и копятся, месяц за месяцем. Почему не отдать их ей?

– Что? Все?

– Не знаю. Большую часть. У нее появятся средства на врачей, учителей – черт подери, на нормальную крышу над головой.

Мисси печально покачала головой:

– Сейчас – возможно. Но, как ты сама сказала, Ретта вряд ли надолго задержится в этом мире, а дяде девочка не нужна. Сейчас деньги могут пригодиться, но это временная мера. Звучит ужасно, но, возможно, приемная семья – лучший вариант для нее. За бедняжкой хотя бы присмотрят, и она окажется в счастливом доме.

«В счастливом доме».

Кристи-Линн отвела взгляд. Мисси рассуждает так спокойно, словно приемная семья может стать решением. Но она и не может знать реальности – и ужаса, – к которым может привести такое будущее. Людям, выросшим со щенками и качелями, никогда не понять систему приемных семей, которая, несмотря на благие намерения, быстро становится ужасом для всех, кто в нее попадает. А для ребенка вроде Айрис, с кошмарами и проблемами в