Почти 15 лет - Микита Франко

Слава никогда его не брал, только отдавал. И Лев ложился с ним в постель, точно зная, что ночь не закончится этим. Слава бы не притронулся ко Льву, зная, что он пьяный. Это правило номер три. Номер три – сразу после «спросить согласия» и «остановиться, услышав «Нет». Почему другие мужчины не знают этих правил?

Лев, разжав футболку, опустил руки, расстегнул ремень и вытащил его из петель. Поднёс к запястью и сравнил ширину ремня с красными линиями на руках.

Они совпадали.

Почти 15 лет. Слава [28]

Детское неврологическое отделение располагалось на втором этаже. Ваню перевели из реанимации через неделю после выхода из комы: к этому моменту он начал реагировать на окружающих, разговаривать (заикаясь и проглатывая слоги) и питаться обыкновенным человеческим способом – через рот, а не через трубки в венах. С последним, правда, возникали сложности: Ваню тошнило от любой еды. Врачи объясняли, что желудок должен заново привыкнуть к прежнему способу питания, а Ваня объяснял, что ему «просто невкусно».

Всё это, прохаживаясь по коридору с наушниками в ушах и мобильным в руке, Слава пересказывал Льву: начиная от истории, как их плачущего сына чуть не закололи транквилизаторами, и заканчивая последними новостями – Ваня начал называть Славу «папой». Лев время от времени кивал, говорил: «Ясно» или слегка приподнимал уголки губ, изображая улыбку. В подобной отрешенности Слава наблюдал мужа уже не первую неделю, и каждый раз объяснял себе состояние Льва по-разному: «Может, он устал на работе»

«Может, он ревнует, что Ваня не называет его папой»

«Может, он скучает по детям»

И тут же: «А может, он правда не любит детей?»

Но о последнем Слава думал не всерьёз: казалось бы, для Льва нет ничего проще, чем избавиться от детей – просто перестать звонить. Ну, на всякий случай сменить номер, чтобы они тоже не звонили, да и всё. Но нет же – он интересуется, спрашивает, переживает…

Слава решил спросить прямо:

- У тебя всё в порядке?

Лев подвис на секунду, посмотрел в камеру и неожиданно ответил:

- Нет.

Слава даже растерялся: он ожидал от Льва горделивого отрицания проблем и перевода темы, а не прямой откровенности.

Опасаясь спугнуть честность мужа, Слава аккуратно спросил:

- Хочешь рассказать?

Лев помолчал, будто собираясь с силами, и – Слава был уверен – он обязательно бы рассказал, но из Ваниной палаты выскочил Мики и, в секунду оказавшись рядом, сообщил:

- Ваню опять стошнило.

Слава чуть не отмахнулся от него: «Подожди, не сейчас». Но, оглянувшись на палату, мигом переставил приоритеты в голове, и сказал Льву:

- Я перезвоню через несколько минут, хорошо?

Лев кивнул и отключил вызов первым.

По мнению Вани, манная каша в больнице – «тошнотина» (из всех слов, он произносил это четче других), вот поэтому его и тошнит. Но ничего, кроме каш и бульонов, ему не разрешали. Пока санитарка уносила из палаты недоеденный завтрак (на подносе) и вытошненный завтрак (в тазике), Слава напомнил Ване, что раньше тот ел манную кашу и не жаловался.

- Она у них с к-к-к-к…

- С комочками, - подсказал Мики.

Ваня кивнул и продолжил объяснять:

- Я хочу как д-д-дома. Без к-к-к-к…

- Комочков! – снова встрял Мики.

Ваня опять кивнул.

- Как папа д-д-делал.

Слава улыбнулся: вот и Лев превратился для Вани в «папу». Жаль только, что больше некому готовить кашу без комочков.

- Папа не может сделать тебе кашу без комочков, - вторил Мики Славиным мыслям. – Он в России зарабатывает тебе на сыр с плесенью.

Ваня шутку брата не поддержал, ответив всерьёз:

- Мне н-н-нельзя сыр с п-п-плесенью.

Слава слушал этот разговор, подставив плечо под голову ослабшего Вани, улыбался, ерошил сыну волосы и даже что-то отвечал, но мыслями был не здесь, не в палате. Он был в пяти минутах до и нескольких минутах после – в звонке, который прервался, и в звонке, который он обещал возобновить.

Когда Ваня заснул, а Мики, попрощавшись, отправился домой «учить уроки» (Слава сделал вид, что поверил), он выскользнул в коридор, чтобы ещё раз позвонить Льву. Но, как и боялся, момент оказался упущен: Лев просто отмахнулся от его беспокойства: - Проблемы на работе, - соврал он. – Не бери в голову, не хочу тебя грузить.

- Ты не грузишь, - попытался возразить Слава.

- Нет, правда, ерунда. Не парься.

Черепашка на секунду высунула голову из панциря и тут же спряталась обратно. Слава так и не смог её приручить.

Сразу после позвонил Макс – спросил, нужно ли что-нибудь привезти. Слава ответил: «Нет» (еда, апельсиновый сок и сигареты – всё самое необходимое – у него были с собой). Макс переспросил: «Уверен?» и Слава задумался. Он приоткрыл дверь палаты, посмотрел на спящего Ваню и, поразмыслив секунду-другую, прошептал в динамик телефона: - А ты умеешь готовить манную кашу без комочков?

Макс ответил не очень уверенно:

- Я… э-э-э… да.

Слава засмеялся, но Макс повторил уже уверенно:

- Да. Конечно. Умею.

- Сможешь привезти?

Макс приехал в больницу через полтора часа. В течение этого времени он непрерывно консультировался со Славой о Ваниных предпочтениях: «Сладкая или соленая? Густая или жидкая? С фруктами или без?», а Слава отвечал наугад – не помнил, как делал Лев.

Макс поднялся на второй этаж (Слава ждал его у дверей детской неврологии), и, коротко поцеловав мужчину, сбросил рюкзак и вытащил зеленый контейнер для еды. На крышке контейнера блестели буквы: «Minecraft» и в ряд стояли квадратноголовные запикселенные герои-коробки с арбалетами и мечами.

Слава удивился:

- Ты где такой взял?

- Купил, - скромно пожал плечами Макс. – Увидел в супермаркете возле дома.

Слава осторожно взял в руки контейнер, как редкое сокровище. Тут же почувствовал тепло в ладонях – каша была горячей.

- Откуда ты знаешь, что он любит Майнкрафт?

- Ты упоминал.

- И ты купил его специально для Вани?

- Ну да. А что? Это же просто контейнер.

Кажется, Макс на полном серьёзе не осознавал глубины своего поступка, и от того, как Слава удивлялся и переспрашивал, тушевался, будто сделал что-то не так.

Опомнившись, Слава несколько запоздало произнёс:

- Спасибо, - и ещё раз поцеловал Макса в губы.

- Всё в порядке? – осторожно уточнил парень.

- Да. Это просто очень трогательно.

Проснувшись, Ваня сначала расстроился, что Слава