Домик под скалой - Шэрон Гослинг

– Я даже не уверена, что права, – сказала ему Анна, перекрикивая ветер, когда они поднимались по ступенькам, ведущим к тропинке на скале.

– Лучше перестраховаться, милая. Мы должны проверить, – крикнул в ответ Фрэнк, поднимая веревку, которую попросила его взять Анна. Он сказал, что понесет ее сам. Пэт попыталась убедить их, что лучше позвать на помощь Дэвида и Гленн, и Анна пожалела, что эта мысль сразу не пришла ей в голову. Узнав, в чем дело, Фрэнк был непреклонен. Он пойдет с ней, он понесет веревку – и точка.

Быстрым шагом они шли по тропе, почти не разговаривая и сосредоточившись на том, чтобы не поскользнуться на раскисшей земле. Дождь хлестал по лицу. Анна искала место, где она свернула с тропинки в тот раз, когда впервые пришла сюда одна. Они наткнулись на куст дрока, перегородивший дорогу.

– Осторожно, – предупредила она Фрэнка. – Похоже, тут были еще оползни.

– Наверное, вчера ночью. Один сошел прямо над деревней. Насыпал земли на гостевой домик. И на дом Дугги. Такие вот дела.

Море по-прежнему с силой обрушивало свои волны на берег, рассыпая кружева из бледных сине-зеленых завитков. Дождь утих, но Анне пришлось прикрыть глаза ладонью и прищуриться, чтобы разглядеть скалы внизу.

– Ничего не вижу, – крикнула она. – Не думаю, что он…

Ее взгляд наткнулся на какой-то предмет в волнах прибоя, и слова застряли у нее в горле. Предмет перевернулся, исчез из виду, снова вынырнул на поверхность.

– О боже! Это… это лодка?

Бирюза вперемешку с ослепительной белизной – на волнах качалась разбитая лодка, «Серебряное сокровище», маленькая, почти незаметная на бурной поверхности Мори-Ферт.

На лице Фрэнка Анна увидела отражение собственного ужаса.

– Нет. – Его лицо стало смертельно-бледным. – О нет. Нет.

Анна осторожно двинулась вперед, пытаясь разглядеть полоску пляжа внизу. Из-под ног летели камни и земля. Теперь она хорошо видела остатки ялика – маленькая лодка, верой и правдой служившая Брен, разбилась вдребезги. Вероятно, волна ударила ее о скалы.

«Живых там быть не может», – немея от ужаса, подумала продрогшая до костей Анна. Но она продолжала спускаться, оскальзываясь на каждом шагу и хватаясь за кусты.

– Анна! – крикнул Фрэнк. – Это опасно. Возвращайтесь! Вот…

Оглянувшись, она увидела, что он обматывает веревку вокруг куста дрока. Завязав узел, Фрэнк бросил ей моток.

– Возвращайтесь, милая, – настаивал он. – Тут мы ничего сделать не сможем.

Анна ухватилась за веревку. Ноги все время скользили. Фрэнк прав: они уже ничем не помогут. Она представила лицо Роберта Маккензи, вспомнила тень страдания, мелькнувшую на его лице в тот вечер, когда они познакомились, и задохнулась, словно от удара в грудь. Как он это переживет? Как вообще такое можно пережить?

– Анна! – снова позвал ее Фрэнк.

Поворачиваясь к нему, она краем глаза уловила слабое движение. Прямо под ней как будто что-то мелькнуло. Анна снова посмотрела вниз, но ничего не увидела.

– Анна, – не унимался Фрэнк, – боюсь, этот куст не выдержит. Возвращайтесь.

– Подождите. – Она обращалась скорее к себе, чем к нему. – Я должна. Дайте мне минуту.

Держась за веревку, она сместилась чуть ниже и, надеясь, что куст выдержит ее вес, наклонилась вперед, насколько хватило смелости. Снова что-то мелькнуло, вплотную к скале, прямо под каменным козырьком, на котором стояла Анна.

Что-то желтое.

Анна закричала. Это были не слова, просто отчаянный вопль.

– Что? – спросил Фрэнк, увидев, что она стала спускаться по склону.

– Он здесь! – крикнула в ответ Анна. – Он здесь. Роберт здесь!

– Анна, подождите!

Она оглянулась на Фрэнка:

– Нельзя оставлять его тут одного! Я не вижу, что с ним! Вызывайте спасателей! Кого-нибудь! Я спускаюсь.

– Анна!

Она не слышала, что говорил Фрэнк, осторожно продвигаясь вниз, и перед ней постепенно открывался пляж. Крошечная фигурка Робби в желтой ветровке прижималась к скале.

– Робби, – крикнула она. – РОББИ!

Мальчик поднял голову и откинул капюшон. Увидев, что он встает, Анна едва не разрыдалась от облегчения. «Он может двигаться», – сказала она себе, испытывая невыразимое облегчение. Даже царапин на лице не видно.

– Анна!

Она протянула руку, и Робби попытался достать до нее, но расстояние было слишком велико. Веревка оказалась короткой. Ноги Анны снова заскользили, и она тщетно пыталась найти опору.

– Стой там! – крикнула она мальчику.

Когда Анна спрыгнула на берег, Робби бросился к ней. Она крепко обняла его, и они замерли, прижавшись друг к другу и плача.

– Я думал, море успокоилось, но оказалось, что нет, и я не смог повернуть назад, чтобы плыть домой. – Робби всхлипнул. – Привел «Серебряное сокровище» сюда и поставил на якорь, но потом волна разбила его о камни, и я тут застрял. И уронил свой телефон! Папа всегда следит, чтобы в шлюпке была сигнальная ракета, но ее смыло в море, а когда я пытался забраться на скалу, то все время соскальзывал вниз, и мне стало страшно. Я думал, меня никто тут не найдет. Я… я… я не знал, что делать.

– Все хорошо. – Анна не выпускала его из объятий. – Фрэнк кого-нибудь вызовет. Они приедут и заберут нас. Все хорошо. Ты цел? Головой не ударился?

– Нет. – Роберт снова заплакал. – Но я так замерз!

– Пойдем.

Анна сняла куртку и втиснулась между большим камнем и скалой. Потом усадила мальчика на колени. Робби свернулся клубком, прижимаясь макушкой к ее подбородку; мокрый капюшон его ветровки холодил ей горло. Анна подоткнула куртку под ноги и набросила на Робби, полностью закрыв мальчика. Потом крепко обняла его, чувствуя, как он дрожит.

– Все хорошо, – повторила она. – Скоро за нами придут. Все будет хорошо.

Спина и ноги у нее мерзли, но Робби постепенно согрелся и перестал дрожать. Анна не хотела, чтобы он заснул, и пыталась отвлечь его разговорами.

– Расскажи о распродаже выпечки, – попросила она. – Мы с тобой в последний раз виделись, когда пекли пирожные.

– Я их все продал! – В дрожащем голосе Робби явно проступили нотки гордости. – Все до одного! Выручил девять с половиной фунтов!

– Здорово! – сказала Анна. – Молодец. Хотя чему удивляться – пирожные получились что надо.

– А знаете, что лучше всего? – заговорщически прошептал Робби. – У Королевы Виктории в конце дня остались две булочки, хоть они и были в сахарной пудре!

– Ага. – Анна заставила себя улыбнуться. – Сдается мне, что на этот раз она проиграла.

– Да, – решительно заявил Робби. – И ей это не понравилось. В следующий раз она будет стараться еще больше. Вам снова придется мне помочь.

– С огромным удовольствием. – Анна крепче обняла его, понимая, что нисколько не кривит душой.

Потом она засыпала его вопросами о