Проект 9:09 - Марк Х. Парсонс

В конце концов я оторвался от мотоцикла. Ко мне подошла Асси.

– Что думаешь? – тихо спросила она.

– Надо признать, ничего лучше мне, скорее всего, не найти. Я посмотрел на другой, полностью восстановленный, но за него просят семь с половиной тысяч.

Асси глянула на меня:

– Если хочешь, я могу одолжить тебе немного, и, может быть…

– Спасибо за предложение, но нет. К тому же для отца половина удовольствия заключается в реставрации.

– Значит, ты хочешь взять этот?

– Думаю, да, – кивнул я. И вдруг понял, что так и есть.

– Тогда предложи две семьсот.

Так я и сделал – с условием, что байк заведется и нормально поедет, – и хозяин согласился. Мы выкатили мотоцикл во двор, чтобы опробовать, и я заметил первое серьезное отличие от «судзуки» Николь: отсутствие электрического стартера. Владелец вставил ключ и произвел сложную последовательность действий: нажал тут, потянул там, что-то покрутил и в конце концов несколько раз топнул по кикстартеру – и мотоцикл ожил.

Асси тут же протянула ко мне руку и, перекрикивая рев двигателя, потребовала:

– Давай ключи от машины.

Я протянул ей ключи.

– Скоро вернусь! – сказала она и была такова.

Хозяин заглушил двигатель.

– Нужно бумажки подписать, – кивнул он в сторону выставочного центра.

Мы вернулись, оформили документы, и я отдал деньги. А когда со всеми формальностями было покончено, попросил:

– Научите меня его заводить.

Мужчина выдал мне совершенно непонятные инструкции о подкачке топлива, толкателе клапана и верхней мертвой точке, а затем, увидев мое недоумение, просто сказал:

– Когда доберешься до дома, посмотри на «Ютубе», там куча видео о том, как заводить таких старичков.

– Если не заведу его сейчас, то вообще домой не попаду.

– Так ты без грузовика?

Я покачал головой:

– Домой возвращаюсь на мотоцикле.

– И куда едешь?

– В Виста-Гранде.

– Да ты, парень, надо признать, не из трусливых. – Мужчина вздохнул и ткнул пальцем в сторону выхода. – Пойдем.

Завести мотоцикл оказалось куда сложнее, чем газонокосилку, – единственный двигатель, который я когда-либо заводил вручную. Мне понадобилось немало времени, чтобы освоить процесс, но я не отпускал от себя бывшего владельца, пока не завел мотоцикл дважды. После третьего раза он, отсалютовав мне двумя пальцами, сказал:

– Пойду обратно к своим байкам, – и ушел.

Я решил прокатиться по парковке, прежде чем ехать искать остальных. И тогда осознал, что британцы не только ездят по неправильной стороне дороги, но и педали размещают неправильно! Рычаг переключения передач и педаль заднего тормоза поменялись местами! А поворотников и вовсе не было.

Когда мне все же удалось уговорить правую ногу не тормозить, а переключать передачу, то выяснилось, что у этого мотоцикла не шесть скоростей, как у «судзуки» Николь, а всего четыре – и расположены они гораздо дальше друг от друга.

Ох ты ж черт, по дороге домой мне предстоит многому научиться…

И тут из задних дверей выставочного центра вышла Асси. Она держала в руке мой шлем, который, должно быть, забрала из машины. А в другой руке у нее был второй шлем. Заметив, что я смотрю на него, Асси объяснила:

– Только что купила на выставке. Я еду с тобой.

– Не стоит. Я толком не знаю, как работает эта штуковина, и с трудом могу ее завести, а переключатель передач и тормоз перепутаны местами.

– В таком случае мне точно нужно поехать с тобой.

– Спасибо, но будет лучше, если ты вернешься домой с Олли и Сетом, потому что…

– Они уже отчалили, – перебила она. – Я им велела выезжать, как только отдала ключи от машины. Сказала, что увидимся сегодня вечером у Сета. – Асси подняла свой шлем и ухмыльнулась. – Поехали!

Глава 31

Нужно использовать камеру так, словно завтра вы внезапно ослепнете.

Доротея Ланж

ПОНАЧАЛУ ПРИСУТСТВИЕ АССИ ЗА СПИНОЙ ПРИВОДИЛО меня в ужас. Я никогда раньше не ездил с пассажиром, и мне понадобилось время, чтобы приноровиться к лишнему весу. А еще меня пугали повороты – пока я не сообразил, что могу просто прибавить газу и наклониться в нужную сторону, как обычно. Однако все неудобства легко компенсировало то, что Асси, сидя позади, крепко меня обнимала. Уж к чему, к чему, а к этому я привык моментально. Только вот лететь по 101-му шоссе в одной футболке было совсем не уютно. Асси не взяла ничего теплого, и я отдал ей свою куртку. Так что обнимашки приносили вполне реальную пользу.

Отдельное удовольствие добавляла жесткая подвеска: я не ожидал, что мы будем чувствовать каждую кочку на дороге. А еще мотоцикл трясло. Слева у него было зеркальце, но на скорости за двадцать миль в час все начинало так вибрировать, что отражение превращалось в неясное цветное пятно.

Пока мне оформили документы, пока я научился заводить мотоцикл, времени прошло немало, поэтому выехали мы поздно. Примерно через час пути солнце зашло и стало холодно.

Я включил фары – и выяснил кое-что новое: электрика до современных стандартов недотягивала. Чем быстрее я ехал, тем ярче светила передняя фара, но стоило сбавить газ, и оставалось лишь тусклое желтое свечение. К счастью, двигаться приходилось довольно быстро, чтобы не отставать от потока машин на шоссе, и на полной скорости я почти видел дорогу.

Пока не начался дождь.

Сначала лишь слегка накрапывало, и я решил, что он скоро закончится, поэтому не стал останавливаться. Ну, можно смело вычеркивать синоптика из моего личного списка возможных профессий, потому что чем дальше мы ехали, тем сильнее лило, и в итоге дождь превратился в ливень. К тому же двигаться по шоссе становилось все труднее. И не потому, что машин прибавилось, просто теперь чуть ли не половину из них составляли большие грузовики.

– Плохо дело! – крикнула Асси сзади.

Я кивнул, но мы ехали черт знает где – в темноте, под дождем, – и никакого укрытия было не видать. Мне показалось, единственный вариант – продолжать путь, высматривая заправку, закусочную или еще что – лишь бы там получилось спрятаться от дождя.

Мы были в конце длинного спуска, я ехал в правом ряду, держась в паре сотен футов от фуры впереди, так как из-под ее колес с мокрой дороги летело все подряд.

Слева от нас двигался еще один большой грузовик – с кузовом, закрытым брезентом. Может, у машины зеркала были неисправны, или водитель не заметил нашу тусклую фару под дождем, или он был пьян, или еще что – но грузовик вдруг начал съезжать на нашу полосу. И не просто слегка пересек разделительную линию, а прямо-таки вперся в наш ряд, будто нас там вообще не было! Все произошло очень быстро. Я не успел нажать на тормоза – возможно, это спасло нам жизнь, потому что сзади ехала машина, – и просто свернул с дороги, чтобы этот придурок нас не снес. На скорости шестьдесят миль в час.

На грунтовой обочине мотоцикл дико затрясло по кочкам. Мне ничего не оставалось, кроме как держаться за руль, Асси же мертвой хваткой вцепилась в меня. Я вообще не видел, куда летит байк. Мы проскочили через глубокие рытвины и пару кустов, прежде чем мне удалось справиться с управлением и остановиться.

– Ты в порядке? – заорал я, перекрикивая ливень.

Асси кивнула.

Я показал на дорогу впереди.

– Это эстакада?

– Не знаю. Вполне может быть.

– Ладно, держись.

Дождавшись момента, когда позади не было видно света фар, я выехал обратно на дорогу. Под эстакадой мы остановились, и я снял шлем.

– Ну охренеть! – Прийти в себя у меня пока не получилось. – Уверена, что ты в порядке?

– Все нормально. – Асси слезла с мотоцикла и посмотрела на меня. Спереди моя одежда промокла насквозь. – Да ты же весь продрог!

Пока я пытался придумать остроумный ответ, она достала телефон.

– В трех милях отсюда есть мотель. Нам нужно добраться до теплого и сухого места.

Спорить желания не было: я так замерз, что не чувствовал ни рук, ни ног.

– Постарайся взять комнату рядом с прачечной, – сказала Асси, когда мы нашли мотель. Она кивнула в сторону небольшого торгового центра рядом. – Кажется, там есть аптека… Схожу куплю кое-что. Тебе ничего не нужно?

– Гм, чистая пара трусов не помешала бы –