Сердце на холсте - Арина Малых

– Хорошо.

– Пиши, если что.

– Ты тоже.

Арсений встал, поднял с травы Асю за руку и крепко обнял. Уложил тетрадь в этюдник, надел ремни и устроил его поудобнее на спине. Повернулся и быстрым шагом отправился в сторону леса.

– До встречи! – крикнула Ася.

Он оглянулся и помахал рукой.

Ася подмигнула Акселю и сказала:

– Что ж, попробуем?!

Она взяла белую краску, самую толстую кисть и принялась закрашивать пространство вокруг себя. Небо и солнце, поляна и лес, горы и водопад, замок и дорожка – все исчезло. Рядом с Асей остался только маленький белый Аксель.

– Так. Теперь черная краска, – объявила Ася. – Знаешь, дружочек, чтобы тебя не потерять в темноте или в белоте… Хм, прикольно я назвала, белота… Так вот, чтобы тебя не потерять, я засуну тебя в карман толстовки. Он большой, и в него точно поместится такая маленькая собачка.

Она сунула руку в просторное нагрудное отделение толстовки и переложила мобильный в задний карман джинсов.

– Вот. Чтобы у тебя не было соблазна его погрызть. Сиди тихо и не отвлекай меня. Понял?

Аксель тявкнул. Ася подняла щенка и аккуратно спрятала в кенгуру. Взяла кисть и уверенно макнула в черную краску.

– Сначала потолок, потом пол, – приговаривала она, делая размашистые движения. – Скоро доберусь до стен. Так, надо пристроить этюдник на спину, чтобы не упустить его из виду в темноте…

Постепенно вокруг все почернело. Пространство стало густым. Художница ничего не видела. Достала мобильный и на ощупь включила. Ася пустила в ход фонарик и осветила место, в котором оказалась. Художница висела в невидимом плотном воздухе.

– Что дальше? – вопрос прозвучал глухо, словно из закрытой банки. В голове всплыли слова Маревны Андревны. Асе даже показалось, что она слышит ее голос:

– Хочу тебе сказать, что ты можешь писать не только то, что видишь или видела когда-то. Но и то, что ты хотела бы видеть.

– То, что хотела бы видеть… – повторила Ася. – Я хотела бы видеть заросли нашего академического сада и дерево, на которое я положила тогда фонарик. Поэтому… дверь… должна быть прозрачная!

Ася направила фонарик в пустоту. Осветила пространство перед собой и стала рисовать дерево, заросшую дорожку и разбитую плитку. Густые зеленые листочки на переплетающихся ветвях и стеблях растений. Ствол и пушистые лапы ели. Еле заметные огоньки подсветки вдали, пробивающиеся сквозь заросшую часть сада. Все это постепенно начинало просматриваться через изображенную прозрачную дверь с едва уловимыми бликами на стекле.

Глава 34

24 ноября. Реальность

Милана радостно вытащила мобильный и быстро набрала сообщение: «Демьян, Ася написала, что будет пробовать вернуться. Приезжай скорее. Я тоже еду в академию и иду к этой стене». Отправив послание, она закрыла дневник, быстро допила чай и вышла из комнаты общежития. Звякнуло сообщение от Демьяна: «Еду». Милана вызвала такси и убрала телефон в карман.

Добравшись до академии, она поздоровалась со знакомым охранником. Поднялась на второй этаж и постучала в кабинет Маревны Андревны.

– Войдите!

Милана закрыла за собой дверь и заговорщицким тоном произнесла:

– Она возвращается…

Маревна Андревна улыбнулась.

– Отличная новость!

Встала из-за стола, подошла к Милане и сказала:

– Надо идти к ней навстречу.

– Именно это я и хотела сделать. Только студентам не разрешают туда ходить без преподавателя. Поэтому я хотела попросить вас…

– Конечно, конечно! Только я думаю, что надо взять этюдники. Тогда это не вызовет подозрений. У меня есть запасной. Вот, держи.

– Я еще взяла Асин дневник. Будем смотреть, вдруг она что-то напишет? Будем с ней, так сказать, на связи.

– Правильно.

– И еще… Я написала Демке. Он тоже едет сюда…

– Это замечательно, – кивнула Маревна Андревна. – Мне кажется, он влюблен в Асю.

– Мне даже не кажется, а так и есть. Он мне говорил. Ася ему сразу понравилась. Он писал ей в телеге. Она вроде даже иногда отвечала… Потом, когда Ася пропала, Демьян прочел ее дневник. Это произвело на него очень сильное впечатление. Демыч сказал, что увидел внутренний мир милой, душевной девушки. Такой, о которой всегда мечтал.

– Демьян хороший парень. Добрый и искренний.

– Понимаю, что вы хотите сказать…

– Не будем об этом. – Маревна Андревна сделала останавливающий жест, подняв ладонь.

Милана и Маревна Андревна вышли из кабинета и быстро направились к лестнице. Спускаясь, Милана просмотрела дневник – новых записей не наблюдалось. Прижала тетрадь к груди и поправила этюдник. В холле около охранника стоял Демьян.

– Это ко мне! – крикнула Маревна Андревна и поспешила к стойке. – Мой друг. Приехал порисовать.

– До одиннадцати, пожалуйста.

– Сейчас только шесть. У нас еще пять часов!

– Мое дело предупредить, чтобы потом не было неприятных вопросов. – Охранник хлебнул чай из большой кружки и откусил пирожок с капустой.

– Добрый вечер, Мария Андреевна, – поздоровался Демьян.

– Привет. Рада тебя видеть. – Преподаватель передала ему этюдник, метнув многозначительный взгляд в сторону охранника. Повысив голос, она сказала: – Сегодня мы будем писать девушку с кувшином в нашем саду. Прошу за мной.

Маревна Андревна прошла мимо охранника, который внимательно проводил глазами поочередно: сначала ее, потом Милану и Демьяна.

– Сильно не задерживайтесь там! – крикнул он им вслед и засунул в рот оставшийся кусок пирожка.

– Надо же, сегодня новый какой-то охранник, – тихо сказал Демьян, шагая рядом с преподавательницей. – Я думал, что уже всех здесь знаю…

Нащупав дверь в шумящем мегаполисе, Маревна Андревна зашла внутрь и включила свет.

– Заходите.

Все трое направились по дорожке. Демьян озирался по сторонам и удивленно присвистывал.

– Как у вас тут круто. Прям настоящий волшебный лес!

– Да, это так, – улыбнулась Маревна Андревна.

Они прошли мимо девушки с кувшином и водопада.

– Та самая скульптура? О которой вы говорили, что будем ее рисовать? – весело спросил Демьян.

– Не рисовать, а писать, – поправила Милана.

– В среде художников-акварелистов допускаются оба выражения: и рисовать, и писать, – пояснила Маревна Андревна. – Думаю, нам стоит поторопиться.

Все трое прибавили шаг. Показалась скульптурная группа фонтана и колоннада.

– Ого, красота какая, – загляделся на сооружение Демьян.

– В этом саду сохранилось много интересного. Например, оживающие барельефы, – негромко произнесла преподаватель. – Не отставайте.

– А можно будет сюда еще прийти? – Демьян раздвинул свисающие вьющиеся растения и шагнул за Маревной Андревной в глубину сада.

– Конечно. Присоединишься как-нибудь к нашей группе художников и все внимательно посмотришь. Без спешки.

– Договорились.

Вместо дорожки на земле уже были только остатки разбитой плитки. Заросли закрывали почти все пространство. Стало