Сердце на холсте - Арина Малых

Мирон кивнул.

– Поэтому… – Милана остановилась на площадке пятого этажа, – она вполне может быть сейчас у своего папаши, и он ей рассказывает о том, как познакомился с матерью Аси. Я даже представляю эту сцену! Ася такая: «Почему же ты нас бросил? Ты знаешь, что мама так и не вышла замуж? Может быть, она в каждом мужчине ищет тебя? Как ты мог?» Тут она всплакнет. Она же такая чувствительная. А он ей говорит: «Я не знал, что у меня есть взрослая дочь. Если бы я только знал, если бы мне кто-то сказал, то я, конечно…» Или как они обычно говорят? «Я потерял твою мать из виду и даже не предполагал, что у меня где-то растет ребенок». Или так: «Я так счастлив, что у меня такая талантливая взрослая дочь» – и пустит слезу. И конечно, у него другая семья. Есть дети и красавица жена, стопроцентная стерва. И он будет говорить, что потратил эти девятнадцать лет зря. Что мог прожить совсем другую жизнь. Потом возьмет Асю за руку и будет просить прощения. И говорить, что они все наверстают. Что он научит ее ездить на велосипеде, которого у Аськи, кстати, никогда не было. Будет расспрашивать про мальчиков. Про ее увлечения и дальше по списку… Я почти уверена, что так оно и есть. Думаю, что Ася его искала. Нашла. Тут подвернулся случай, она расстроилась, позвонила ему, и они встретились, – заключила Милана.

– А зачем она взяла этюдник? – осторожно задал вопрос Мирон.

– Этюдник? Ну, наверное, по привычке, или чтобы не возвращаться, или… Не знаю.

– Что-то не сходится в твоей теории, – буркнул Мирон. – Почему она не рассказывала, что ищет его?

– Не знаю. По крайней мере, у меня есть логичное объяснение, – вспылила Милана. – Я сама позвоню тете Вере и с ней поговорю.

Воинственно прошагав к номеру, Милана распахнула дверь и зашла внутрь. В гостиной сидел Демьян, опершись локтями на стол и уронив голову на руки. Перед ним лежал закрытый дневник. Мирон присел рядом.

– Свинья ты, Мироха, – сказал Демьян. – Тебе попалась чистая, ранимая душа, а ты поиздевался и наплевал.

– Не плевал я никуда.

Демьян замахнулся на брата кулаком. Мирон отстранился.

– Я ей ничего не обещал. И вообще никому никогда ничего не обещал. Ну врал. Да. Для ее же блага…

– Не был бы братом, прибил бы, – со злостью проговорил Демьян.

– Так. Тихо! – Милана присела на кровать и набрала номер матери Аси. – Вера Олеговна? Тетя Вера, здрасте, – сказала она самым беззаботным тоном, который смогла из себя выдавить.

– Милана? Здравствуй, – ответила веселым голосом мать Аси. Были слышны громкие разговоры, музыка и звон бокалов.

– Я не вовремя? У вас гости?

– Да, гости. Ты что хотела-то?

– Мне нужно кое-что узнать про Асю.

– Что это сегодня все Аськой интересуются?

– А кто все?

– Одноклассник ваш заходил. Вроде Толик его зовут.

– Про Толика ничего не знаю, – быстро протараторила Милана. – Тетя Вера, пожалуйста, расскажите мне об отце Аси.

– О, ну ты нашла что спросить. А что, объявился?

– Н-н-нет. Не знаю. Расскажите, пожалуйста.

– Это было давно. Я особо ничего не помню. Да и связь у нас была… Непродолжительная. Щас приду! – крикнула она в сторону от трубки.

– Какой он был? Светлый, темненький? Высокий или не очень? Может, татуировка у него была? Или особенность какая-нибудь?

– Нет, татуировок не помню. А особенность была. Он, когда сильно волновался, начинал заикаться, западал на согласные. Вот как ты сказала: «Н-н-нет». Я еще дразнила его…

– А как его звали?

В трубке Веры Олеговны послышался нестройный хор мужских и женских голосов:

– Ве-ра! Ве-ра! Ве-ра!

– Да, щас! – крикнула она гостям и недовольно переспросила Милану: – Чего?

– Как его звали? Вы помните его имя?

– Фамилию не знаю… А имя странное такое. Арсений. Редкое было в то время. Я Аську назвала, чтобы было созвучно с его именем. Такая глупая была. Все ждала, что он найдет меня и мы поженимся…

Глава 32

Завершение восьмого дня в эгомире

Арсений испуганно кинулся к Асе и прочитал:

«Милая Ася. Моя любимая подруга. Где ты? Я так скучаю. Не могу простить себе, что не остановила тебя, не нашла нужных слов. Мне так плохо без тебя… Где тебя найти? Умоляю – прости меня. Я была в растерянности. Не знала, как тебе сказать, чтобы не обидеть, не ранить… Может, я вообще зря тебе рассказала… Я бестолковая эгоистка. Была так занята своим новым окружением, что не поняла, не заметила, не была с тобой рядом, когда ты в этом нуждалась. Мне так тебя не хватает. Я страдаю. Мучаюсь. Ты неизвестно где, совсем одна. Вернись. Дай хоть какой-то знак… Умоляю».

– Это почерк Миланы. Моей подруги, – проговорила Ася, перечитывая появившиеся сообщения.

– Значит, это возможно. – Арсений задумчиво опустил глаза.

– Наша призрачная надежда оправдалась.

Ася улыбнулась и написала: «Я нахожусь в эгомире. Своем собственном. Это прекрасное пространство, которое я устроила по своему вкусу. И я не одна. Со мной здесь замечательный человек. Талантливый художник. Учился в нашей академии. Его зовут Арсений. В нем все прекрасно, только он, когда волнуется, заикается, западает на согласные. Такая вот милая особенность». Она задумалась и продолжила: «Я не сержусь на тебя. И Мирона я простила. Все это не так важно, как мне казалось раньше. Сейчас у меня совсем другая жизнь. Мы с Арсением нарисовали чудесный мир. У нас хорошие дружеские отношения».

Положив ручку, Ася отодвинула тетрадь и весело сказала:

– У нас получилось. Мы наладили связь с реальным миром и подали сигнал.

– То, что ты написала в дневнике в ответ на послания подруги, не особо похоже на сигнал бедствия, – усмехнулся Арсений.

– Так нет никакого бедствия. Теперь, когда мы победили все опасности и больше нам ничто не угрожает, я бы задержалась здесь… С тобой, – Ася ласково улыбнулась Арсению.

– Ты уже не хочешь, чтобы нас спасали?

– Не особо, – Ася придвинулась к Арсению.

– Смотри, появилась новая запись! – воскликнул он, отодвинулся от Аси и показал на возникшие размашистые буквы.

«Любимая подруга! Я так счастлива получить твои слова! Я не понимаю, как это происходит, но хочу тебе сказать, что очень люблю тебя и очень, очень в тебе нуждаюсь. Жду, когда смогу тебя обнять и чмокнуть в щеку. Я рада, что ты нашла своего отца и у вас сложились хорошие отношения».

Ася отпрянула от тетради и выпучила глаза на Арсения.

– Какого еще отца?! – вскрикнула она.

Покачав головой,