Дурные - Ксения Михайловна Спынь

ними шатался и собирался падать, стряхивая искры с повреждённого провода. Вряд ли Лана видела: она скрылась по ту сторону машины и искала что-то на заднем сидении. Агнешка крикнула ей; не докрикнув, швырнула чем-то тяжёлым из своей сумки по крыше лягуха и отпрянула назад. Лана подняла голову. Она успела шагнуть от автомобиля, и столб рухнул на крышу, сверкнув проводами. Лягуха припечатало к земле и теперь окончательно — возможно, он был этому рад.

Агнешка неразборчиво пробормотала. С провисших кабелей, ещё цеплявшихся за соседний столб, сыпались искры и мешали видеть. Тот, соседний, тоже кренился, но, возможно, мог ещё продержаться какое-то время. Внутри машины вспыхнуло немного огня — наверно, нашёл что-то вкусное для себя в салоне. Агнешка медленно отступила ещё на несколько шагов. Огонь быстро лизал обивку и разрастался, и что-то чадило, чёрно пыхая в воздух, тёмный и густой и без того. С той стороны долетело с три или четыре лихорадочных выстрела.

— Ай, Лис! — Агнешка отдёрнулась, когда Алиса её перехватила. — Не эту руку.

— Там!.. — крикнула Алиса, кивая назад. Земля за ними уходила под взгорок, чтоб кто-нибудь упал, неосторожно здесь пятясь.

— Оки, — тяжело переведя дух, кивнула Агнешка. — Данке.

Они стояли у края, глядя обе против ветра, как внизу кто-то лежал, не добегая до белой Тойоты. Шквалы здесь тоже крали слова и дыхание, но хотя бы временами бывало слышно.

— Посмотрим? — сказала Агнешка, когда грохнуло, содрогнувшись, и стихло.

— А Лана?

— Туда нельзя, к машине. Нельзя близко к проводам. Ей будет проще, в обход, — Алиса непонимающе мигала, отказываясь кивнуть. — Пойдём. Она догонит.

Они осторожно спустились, скользя и осыпая камешки под ногами. Водитель Тойоты, видимо, узнал для себя что-то новое, и это внезапное знание так его подкосило, что он зарылся в землю носом и всем лицом, выставив развороченную лопатку к небу.

Алиса, тихо сглотнув, попыталась осесть.

— Не-не-не, давай без этого, — Агнешка, приобхватив, потянула её вверх под локоть. Небо дёрнулось в нескольких сполохах подряд. — Я не Лана, я тебя не дотащу. Давай так. Аккуратно.

Они негибкой дугой обогнули водителя. Ветер всё пытался в ярости оторвать чёрное крыло его жакета, но тот был плотно прижат. Агнешка остановилась — загораживая всё Алисе по большей части.

— Иди к машине, — кивнула она.

— А?

— К машине. К Тойоте. Хочешь, присядь там где-нибудь, только без обмороков. Оки?

— А Лана?

— Подождём её здесь. Сколько у тебя? — Агнешка подняла её запястье, чтоб посмотреть на часы. Ещё несколько всполохов сверкнуло на циферблате. — Ага. Иди. Мне тут кое-что…

Алиса медленно, чуть пошатываясь, двинулась к Тойоте. Агнешка опустилась на корточки рядом с водителем, держа голову прямо, будто ей заклинило шею. Запустив руки, вслепую обшарила карманы под ним.

— Ну? — прошептала она едва слышно сквозь зубы. — Где они у тебя? А?

Водитель не ответил. Только пустая ладонь чернела разводами. От него всё ещё пахло соляркой.

— Только поменяю коня. Тебе же всё равно уже не надо, — Агнешка чуть потянулась, чтоб достать до другого кармана. — Серьёзно. Не заставляй меня обыскивать трупешник.

Водитель чем-то скрипнул. Агнешка резко поднялась, сжимая ключи и брелок.

— В одной связке? — она выдохнула судорожный зажатый смешок и втянула воздух. — Ах ты умница!

Алиса не присаживалась: она остановилась, погрузившись куда-то очень глубоко в мысли или туда, где их уже не было, и смотрела в пустоту, подперев себя ладонями о багажник Тойоты, что всё стояла и белела, белела и стояла, не зная ничего или делая вид, что не знает. Агнешка несколько раз пикнула брелоком. Что-то громыхнуло сравнительно вдалеке, и автомобиль согласно звякнул в ответ, так неуместно и нелепо.

— Есть, — Агнешка распахнула водительскую дверь и пробралась за руль. Непривычно, всё осматривая и не попадая руками, попробовала зажигание. — Работает. Лис! Можешь открыть сзади?

Алиса поглядела с недоумением, дёрнула дверь. Та щёлкнула и отворилась.

— Ага. Посиди пока здесь, я посмотрю…

Агнешка отошла. Алиса мимолётно скользнула по ней взглядом, села внутрь. Она так и не сказала ничего. Только сидела на грязно-белом диване позади, скорчившись и втянув шею, ткнувшись в обхваченные руками колени, будто её мутило.

Агнешка прошла чуть наверх, где ветер гудел в ушах, рвал волосы и куртки, у кого они были. Теперь к нему добавился шум огня. На месте последней стоянки лягуха полыхал большой костёр в черноте — на фоне неба, дыма… что там ещё чернело. Даже всполохи не освещали больше ничего в той стороне. Только маленькие и юркие плясали, сметаясь на пламя, метаясь в пламени, взметаясь в искрах, в окончательном торжестве, пожирая огонь, огнём пожираемые.

Алиса не пошевелилась и почти не обратила внимания, когда Агнешка вернулась. Та закрыла дверь и, выкрутив руль, рванула с места.

— А Лана? — Алиса вскинула голову.

— На часы посмотри.

— Что часы? Лана? Мы её здесь бросим?

Перед ними упала ещё опора, и автомобиль резко вильнул, взвизгнув и накренясь. Целая линия электропередачи складывалась падающей цепочкой.

— Лана, — Агнешка дробно рассмеялась. — Лана выберется. Ты не знаешь, какой она бронетанк. Её даже если убьют, она выберется, куда ей надо.

— Ты двинулась? — Алиса попробовала перебраться с дивана вперёд, но её откинуло обратно на очередном вираже. — Ты двинулась, да, вы же обе двинутые. И я уже тоже, наверно. Я больше всего.

Она втянула комковатый воздух, зашипев им где-то в глотке, и зарылась в ладони лицом.

— Никуда не пойду дальше… Никуда ни с кем не пойду…

— Сядешь и будешь сидеть?

— Угу.

— Оки. Ты и так сидишь, — Агнешка лающе расхохоталась.

Позади кончался мир. Небо раскололось и рушилось тысячью осколков — тлеющих алых, зеленоватых, с отмирающим потемневшим золотом — и за ним проступал бездонный и пустой мрак, что всегда был там. Несколько звёзд — красноватых, чуть подпаленных — скатилось вниз у горизонта, и больше не стало и их. В зеркале догорали последние искры и ничего не осветившие в черноте клочки пламени. Кто-то сглотнул их раздвоенным клювом, размытым лицом, он врезался в лобовое стекло, пробился чуть-чуть там и соскользнул в сторону, когда Агнешка включила дворники.

Алиса выпрямилась, глядя вперёд:

— Ладно, — сказала она каким-то не своим, деревянным голосом. — Хватит. Стоп.

— Это типа как стоп-слово? Как в бдсм-е?

— Да. Наверно.

— Я тоже уже несколько лет, как хочу сказать стоп, — пробормотала Агнешка. — Почему-то это так не работает.

Алиса посмотрела на неё, потом отвернулась, уткнувшись в окно. За стеклом проносились мутные тени окрестностей. Тойота ехала теперь по прямой, довольно легко и быстро, будто стало не нужно уворачиваться и объезжать.

— Ты правда считаешь, что она выберется? Или