Дурные - Ксения Михайловна Спынь

Лана метнула взгляд в Агнешку:

— Она не кадавр.

— Конечно.

— Нелли не кадавр, — бетонно-ледяным тоном отрезала Лана.

— Да не кипешись ты. Может, мы и сами уже стали кадаврами, — Агнешка откинулась в кресло и чуть прибавила газу, будто ей от этого могло стать лучше. — Такими же точно кадаврами, как все вокруг, просто, пока таскались туда-сюда по трассам, сами не заметили, как так получилось.

— Я не кадавр, — тихо сказала позади Алиса.

— Да? — рассмеялась несмазанно Агнешка, переглянувшись с её отражением. — Это здорово. Это хорошо, что хоть кто-то может быть ещё уверен.

На обочине промелькнул маленький скелетик какого-то зверька — вроде ягнёнка или кого-то подобного. Колесо, стукнув рядом, оставило его лежать: какое-нибудь дорожное божество уже приняло жертву.

Заправка и впрямь показалась ещё некоторое время спустя: впереди за окном вспыхнули рыжеватые огоньки. Они быстро наплывали сквозь сумрак.

— Ну наконец-то, — приветствовала их Лана. — Я уже заволновалась. Мы ведь так и едем с пустой канистрой?

— А вот прикинь, там сейчас один дизель? — отозвалась Агнешка.

— Сплюнь.

— Да ладно. Мысли нематериальны же?

Мысли Агнешки и вправду оказались нематериальны. Дизеля на заправке не было. На ней вообще ничего не было.

— В смысле, ничего? — переспросила Лана.

Она несколько раз перевыбрала другое топливо и набрала новые цифры на экране, вытащила и вернула обратно карточку, снова, и снова, и снова. Даже достала вставленный уже пистолет и потрясла его — будто что-то могло застрять внутри, в шланге, и не выходить наружу, в первом или во втором, хоть в каком-нибудь…

Нет, там действительно ничего не было.

— Ну, справедливости ради, никто не обещал, что для нас всегда будет бензин, сколько бы мы ни проехали и куда бы нас не занесло, — Агнешка, полусогнув колено, прислонилась рядом к колонне.

— Это подлог, — Лана с непониманием смотрела на экран. — Оно же работает. Это не брошенная развалина, которая тут просто осталась стоять, тут всё работает. Это подлог.

— Может, скоро ещё будут… — осторожно предположила Алиса, но Лана не услышала.

Набрал силу ветер. Он зашумел металлом где-то в креплениях навеса. Один непрочно повешенный пистолет сорвался и испуганно бухнулся в пыль.

Агнешка посмотрела наверх, оторвалась от колонны.

— Поехали, Лан. У нас не прям совсем заканчивается пока. Проедем подальше.

— Это подлог, — пробормотала Лана. — Этого быть не может.

Чернота кутала уже дорогу у горизонта. Алиса показала на часы.

— Пойдём, — Агнешка попробовала оттянуть Лану от терминала. Та подняла голову, огляделась вокруг и всё же направилась к машине с какой-то тягостной думой.

Лягух вдруг не захотел заводиться. Алиса и Агнешка уставились на его панель, пока мотор лишь коротко дребезжаще порыкивал, но всё же со второго раза получилось. Он поехал — только вылезший из воды мокро-зелёный лягух — не очень ровно, но поехал, сопровождаемый глухим бормотанием Ланы:

— Это подлог. Этого быть не может…

Они продвинулись совсем немного, когда она вдруг дёрнулась и сбросила наваждение, завидев что-то впереди:

— Останови, там телефон.

— Ээ… Лан, сейчас не очень вовремя… — попыталась возразить Агнешка.

— Мне надо позвонить, — Лана отстегнула ремень и потянулась к ручке двери.

— Хорошо-хорошо! — Агнешка испуганно свернула на обочину. — Сейчас.

Лана вышла.

Агнешка проводила её взглядом. Яростно фыркнув, сложила руки на руле, не глуша мотор.

— Сколько сейчас вообще? — тихо спросила она в зеркало.

— Без пяти, — Алиса выглянула наружу. Ланы не было видно, она скрылась в громоздком строении с буквами «Телефон. Телеграф». В нём даже не горело огней.

— Ага…

Агнешка, полуприкрыв глаза, размотала красный платок на руке и принялась по новой оборачивать кисть. На «Телеграф» она больше не смотрела.

— А если… через пять… — Алиса беспокойно поискала её взгляд.

Агнешка не ответила, будто и не собиралась что-то ей говорить, но, отвлекшись от платка, вдруг вскинула голову:

— Слушай. Лис?

— А?

— Ты же писатель. Писатель-антиутопист. Так?

— Ну… не то чтобы прямо… писатель…

— Ты никогда не пробовала записывать то, что не хочешь, чтоб произошло в действительности? — Агнешка быстро облизнула растрескавшиеся губы. — Ну, как будто запечатывать в тексте? Вроде как оно случилось там, в книге, и в реальности этого уже не будет? — она проскользила взглядом по «Телефону. Телеграфу». — Я слышала, некоторые авторы это практикуют. Точно знаю, что Кинг так делал, и я почти уверена, что так же делал Оруэлл. Если верить Лане, они оба так себе писатели. А значит, это не какое-то большое колдунство, — глаза её в зеркале снова нашли Алису — широко открытые и замеревшие, они поблёскивали почти пугающе. — Так, простой заговор, ничего сверхъестественного. Ты же могла бы попробовать записать всё это — всё, что сейчас вокруг.

Алиса, медленно мигая, смотрела чуть вопросительно, чуть недоверчиво.

— Что? — Агнешка обернулась, дёрнула уголками рта. — Теперь уже я звучу как шиза, да?

— Да нет. Просто… — Алиса чуть потупилась, но всё же подняла взгляд. — Я просто думаю, это надо делать до, а не после.

— Ну, вообще да, — Агнешка сосредоточенно свела брови и отвернулась. — Логично.

Она докрутила и закрепила платок и снова сложила на руле руки, смотря перед собой в окно. От жары и красного света не осталось и следа. Окрестность погрузилась в синеватый полумрак, словно всё, что могло давать восходы или закаты, перестало заглядывать к ним, найдя дела и лица поинтересней. Лёгкие тени перебегали порою от кустов к кустам, некоторые осмеливались даже пересекать спешно дорогу. Иногда лягух раздражённо рычал на них, когда Агнешка чуть жала педаль. Алиса — она давно уже накинула джинсовую куртку обратно на плечи — со смутной тревогой посматривала назад. Там, в тени кустарника, громоздился кто-то неясный. Иногда он шевелился совсем слегка — просто потряхивался, чтоб лучше их видеть и слышать, похрипывал хребтом и дышал на ветки.

— Восемь ноль пять! — прервала его Алиса, почти случайно проверив часы.

— Угу, — Агнешка не шелохнулась, только продавила клаксон, и тот завизжал скандально и надтреснуто.

Здание телефона и телеграфа осталось таким же безмолвным, как и было, когда в него зашла Лана. Ничего не двигалось там.

— Не слышит, — пробормотала Агнешка.

— Может, мне сбегать, её позвать? — Алиса переползла к двери.

— Не. Не надо. Сейчас не успеешь уже, — Агнешка выжала клаксон ещё раз, как будто больше на удачу, чем на что-то рассчитывая. — Ещё пару минут у нас есть.

Ветер пригнул кусты к земле. По дороге протащилось что-то тяжёлое, с лязгом задев днище лягуха. Тихо сначала, едва различимо, потом всё отчётливее и несомненнее в ушах завибрировал знакомый гул.

— Это оно, — громко шепнула Алиса и развернулась назад. — Да. Это оно идёт.

— Угу. Сейчас, — Агнешка сидела с закрытыми глазами, напряжённо