Богач, бедняк... Том 2 - Ирвин Шоу

– Ну, что ты обо всем этом думаешь? – наконец спросил его Калдервуд.

– Прекрасная свадьба!

– Я не об этом.

Рудольф пожал плечами:

– Кто знает, как сложится их совместная жизнь?

– Он теперь рассчитывает занять твою должность.

– Вполне естественно, – ответил Рудольф.

– Клянусь Богом, мне так хотелось, чтобы сейчас ты с моей дочерью ехал в свадебное путешествие.

– Жизнь далеко не всегда такая, как нам хочется.

– Ты прав, конечно. – Калдервуд покачал головой. – Все равно я ему до конца не доверяю, – сказал он. – Мне, конечно, неприятно говорить так о человеке, который работает на меня и который женился на моей дочери, но правды от себя не скроешь.

– Но со времени своего приезда сюда он не сделал ни одного неверного шага, – сказал Рудольф. «Кроме одного, – мысленно добавил он. – Не поверил тому, что я рассказал ему о Вирджинии. Или же еще хуже – поверил, но это его не остановило и он все равно женился». Но он ничего этого не мог сказать Калдервуду.

– Он ведь твой друг, я знаю, – продолжал Калдервуд. – Он хитер как лиса. Ты знаешь его очень давно и веришь ему, и, уж если ты притащил его сюда и поручил большой ответственный пост, значит, ты в нем уверен. Но в нем есть что-то такое…– Калдервуд покачал своей большой головой с желтовато-болезненным лицом, на котором уже лежала печать приближающейся смерти. – Он пьет, он любитель баб. Не нужно мне возражать, Рудольф, я знаю, что говорю… любит азартные игры, и вообще он – из Оклахомы…

Рудольф фыркнул.

– Я все знаю, – продолжал Калдервуд. – Я – старик, и у меня есть свои предрассудки. Но против реальности не попрешь. По-моему, ты избаловал меня, Руди. За всю свою долгую жизнь я никогда не доверял ни одному человеку так, как тебе. Даже если тебе удавалось заставить меня поступать вопреки моему мнению, а такое случалось не раз, я был уверен, что ты никогда не пойдешь против моих интересов, никогда не ввяжешься в интригу, не станешь подрывать мою репутацию.

– Благодарю вас за добрые слова, мистер Калдервуд.

– «Мистер Калдервуд», все время «мистер Калдервуд», – недовольно заворчал старик. – Неужели и тогда, когда я буду лежать на смертном одре, ты будешь по-прежнему называть меня «мистер Калдервуд»?

– Благодарю вас, Дункан, – сказал Рудольф. Ему, правда, с трудом удалось назвать его по имени.

– Передать Брэду Найту все свое дело, черт бы его побрал. – В надтреснутом, старческом голосе Калдервуда послышалось сожаление. – Даже если это произойдет после моей смерти. У меня душа разрывается на части. Но если ты скажешь, то…– он замолчал.

Рудольф вздохнул. Всегда в жизни приходится кого-то предавать, подумал он.

– Я ничего не говорю, – тихо ответил Рудольф. – В нашем юридическом отделе есть один молодой юрист по имени Матерс.

– Я знаю его, – сказал Калдервуд. – Парень со светлым лицом, очкарик, у него двое детишек. Из Филадельфии.

– У него ученая степень Уортонской школы бизнеса. Потом он учился на юридическом факультете Гарвардского университета. Работает у нас уже четыре года. Знает дело. Он не раз приходил ко мне в офис. Он может зарабатывать гораздо больше, чем у нас, в любой юридической фирме в Нью-Йорке, но он не хочет, ему нравится жизнь здесь, в Уитби.

– О’кей, – сказал Калдервуд. – Скажи ему об этом завтра.

– Лучше вы, Дункан. – Второй раз в жизни Рудольф назвал его по имени.

– Ну, как всегда, – ответил старик. – Мне не нравится то, что ты советуешь мне сделать, но я чувствую, что ты прав. Ну а теперь пойдем выпьем еще шампанского. Видит Бог, я выложил за него кучу денег, имею право и сам выпить.

О новом назначении было объявлено в тот день, когда новобрачные вернулись из свадебного путешествия.

Брэд воспринял новость спокойно, как и подобает джентльмену, и никогда не спрашивал у Рудольфа, кто принял такое решение. Но через три месяца ушел из корпорации и уехал с Вирджинией в Тулсу, где отец взял его в партнеры в свой нефтяной бизнес. В первый день рождения Инид он прислал чек на пятьсот долларов на ее счет в банке.

Брэд регулярно писал им веселые, беззаботные, дружеские письма. Дела у него идут хорошо, сообщал он, и он зарабатывал гораздо больше, чем раньше. Ему нравилось жить в Тулсе, где ставки в игре в гольф были куда выше, щедрее, с типично западным размахом, и за три субботы подряд он выиграл на площадке тысячу долларов. Вирджинию все здесь любят, и у нее появилась масса друзей. Она тоже увлеклась гольфом. Брэд советовал Рудольфу вложить деньги в нефть. «Это все равно что снять деньги с ветки дерева», – писал он ему. По его словам, он хочет только воздать должное Рудольфу за то, что он сделал для него, и это – прекрасная возможность расплатиться с ним за все.

Из-за грызущего чувства вины – Рудольф не мог забыть того разговора с Дунканом Калдервудом на крыльце загородного клуба, – Рудольф стал вкладывать свои деньги в нефтяную компанию Брэда «Питер Найт и сын». Кроме того, по заключению Джонни Хита, принимая во внимание двадцатисемипроцентную скидку на налоги, которая предоставлялась нефтедобывающей промышленности Соединенных Штатов, игра стоила свеч. Джонни проверил кредитоспособность компании «Питер Найт и сын» и обнаружил, что она находится в категории «А», и такие кредиты соответствовали капиталовложениям Рудольфа до последнего доллара.