На краю света - Эбби Гривз

– Думаешь, мы сможем туда добраться? – Подвеска машины была невысокой, и с каждым новым скачком по неровной грязной дороге Элис ощущала, как ее завтрак перемещается в какую-то новую точку пищеварительного тракта.

– Absolutamente![9] – Кит пытался синхронизировать скачки по дороге с бодрой песенкой, раздающейся по радио, в своего рода подобие танца, больше напоминающего шараханье подвыпившего дядюшки на свадьбе, чем пляски на столе в Ибице.

Несмотря на камень в животе, Элис рассмеялась. Они, похоже, были единственными людьми на много километров вокруг – впереди скалы, ни души поблизости. Две недели назад, только повстречав Мэри и одновременно внезапно оказавшись перед лицом сомнительной перспективы своей карьеры, Элис в жизни бы не представила, что может оказаться в таком месте. Да еще в компании Кита. И до нее впервые дошло, как же ей повезло с этой компанией.

– Похоже, это оно, – указал Кит на сарай впереди.

Он остановил машину, и они выбрались наружу. Послышался лай, и Элис замерла в страхе. С тех пор как ее в детстве сбил с ног слишком бодрый доберман, она испытывала иррациональную боязнь собак.

– Привезли или забирать? – появился перед ними мужчина в ярко-красной шапке. Позади него Элис увидала еще трех молодых парней в стеганых жилетах, расставляющих наполненные миски с собачьей едой.

– Ээ… Ни то ни другое.

После уже четырех подобных объяснений, казалось бы, можно было ожидать от Кита более гладкого начала. Можно было бы списать все на усталость, но какая-то часть Элис начала умиляться происходящему.

– Мы ищем пропавшего человека, – сказал Кит. – И нам сообщили, что его видели здесь, полгода назад, вместе с пожилым человеком. Может быть, они приезжали сюда, чтобы поговорить с кем-то о собаке?

Человек, явно стараясь сдержать смех, высунул кончик языка изо рта и прикусил его.

– Что, серьезно?

Элис вытащила из сумки распечатанную фотографию Джима. За эту неделю она побывала в стольких руках, что его лицо было все в глубоких, бледных складках.

– Вот это, тот, кто моложе, – Джим или Джеймс. Мы не знаем, с кем он мог путешествовать.

– Погодите секунду, – он взял фотографию и пошел к сараю.

Элис посмотрела на Кита. Ей хотелось, чтобы он обхватил ее одной из своих здоровенных ручищ. Может, он и не был силен в танцах, но утешать у него получалось. После четырех провалов, двух ложных звонков и бесконечных тупиков Элис казалось, что у нее кружится голова. Ставки были так высоки, что если она и сейчас не справится – если подведет Мэри, – то она уже не была уверена, получится ли у нее в очередной раз собрать себя из кусочков, разметанных по всему пути их расследования.

– Да, ребята думают, что видели его. Но вы правы – они говорят, что это было уже давно. Если хотите, я могу взглянуть на наши записи.

Элис была слишком ошарашена, чтобы вымолвить хоть слово. Она точно все правильно расслышала?

– Да, пожалуйста. Спасибо вам всем. Спасибо. – Казалось, Кит готов вот-вот начать кланяться, и она толкнула его локтем в бок. Они не могут потерять эту удачу из-за его дурачеств.

Человек провел Кита и Элис в фургон на задах фермы. Там было жарко, как в печке.

– Мой офис, – пояснил он. А Элис еще думала, что у них в «Горне» вечный бардак. Вдоль стен тут стояли пустые клетки, ковер был засыпан катышками корма. Мусорный бак был переполнен тем, что оставляли посетители человеческого рода. Судя по его виду – почитатели печенья Wagon Wheels.

Кит предоставил ей стул, а сам встал позади, положив руки на его ободранную спинку.

– Между прочим, Алан. Владелец этой безумной псарни.

– Элис. И Кит. – Указала она на него большим пальцем.

– Так этот Джеймс – ваш друг? – Алан рылся в большой стопке тетрадей на столе, скидывая большую часть на пол перед собой.

– Друг нашей подруги, – улыбнулась Элис. – Это долгая история, но он исчез, а она… не смогла этого пережить. И этот случай недавно вызвал интерес, вот мы и решили, что стоит попробовать разыскать его. Ну, чтобы как-то ее успокоить.

Алан вздохнул.

– Между прочим, это наш Ник написал вам, – он мотнул головой туда, где парни пристегивали собак на поводки. – Это мой средний сын. Его лучший друг исчез, когда они поехали с ночевкой в Сандерленд. Ник был водителем и уехал, когда Джо не пришел к месту сбора. Подумал, что тот нашел себе другую машину. Но о нем больше никто не слышал. Полиция признала Джо погибшим. Может, упал в реку. Ник до сих пор не может себя простить.

– Ужасно, – ответила Элис.

– И не говорите. Ник – хороший парень. И он все думает, что как-то подвел Джо. И не может простить себя, что бы мы ему ни говорили. Он сказал мне, что потому и пытается помочь кому-то на этом форуме о пропавших.

– И мы очень ему благодарны. – Кит коснулся спины Элис кончиками пальцев.

– Я могу ничего не найти. Шесть месяцев назад, это был февраль, у нас тогда не было больших продаж… Нику казалось, что это была продажа. Да, точно, тогда я продал пятерых. – Он повернул тетрадку лицевой стороной к Элис и Киту. Питер Мертон, Пауль Пурди, Грант МакИнерни, Энтони Зиффорд, Скотт МакНотон. Ни Джеймса, ни Джима не было.

– Можно? – Кит указал на свой телефон. Элис удивилась, что здесь ловился почти полноценный сигнал.

– Да ради бога. Только не говорите, где вы взяли эти имена.

– Конечно, – ответил Кит. – После использования сжечь – так принято говорить?

Прочтения, подумала Элис, сжечь после прочтения. Но все равно, какой во всем этом смысл, когда она потратила две недели на поиски одного человека, а теперь вот еще пять, которых надо проверить, а у них осталось только три дня до того, как ей надо сдать Джеку статью. В ее груди вздымалась волна чего-то, она не могла понять, чего именно – желания заорать или заплакать. А может, и того и другого.

– Жаль, что это не то, что вы искали, – извинился перед ней Алан.

– Ничего страшного, – ответил Кит. – Мы больше не будем путаться у вас под ногами.

В машине Элис резко наклонилась вперед, прижавшись головой к крышке бардачка. Снова потерянное время. Все: они никак не успеют проверить пять новых направлений, ведь Кит должен вернуть машину до вечера воскресенья. И даже если бы это было реально, какой в этом смысл? Они и физически, и метафорически достигли конца