На краю света - Эбби Гривз

самого дня, как он исчез, Элис всегда было так легко представить его новую жизнь. Прежде чем она узнала, куда он исчез, она не могла избавиться от его образа – она прямо видела, как он спит прямо на улице или в подворотне. Но после того, как ей пришлось столкнуться с правдой, образы в ее воображении все равно оставались кошмарными, но несколько иначе; она представляла, как он аплодирует другим детям на школьном представлении, как строит знакомые гримасы другим детям, младше и милее ее.

А теперь вдруг – ничего? Как это может быть? Элис зажмурилась покрепче и попыталась вспомнить детали – полоска экземных пятен на запястье отца, изгиб его сжатой челюсти. Нет. Ничего. Значит ли это, что она наконец забыла его, так же, как он – ее? Прошло уже столько времени… А может, это первый признак того, что ее муки начали утихать? Замещаться чем-то другим? Может, и ей есть за что благодарить Мэри…

– Эй, Элли. – Кит осторожно, словно проверяя, насколько можно ее побеспокоить, положил руку ей на плечо.

– Где мы? – Элис понадобилось какое-то время, чтобы очнуться. Когда ей это удалось, перед ней оказалась бетонная стена, исписанная всевозможными граффити разного цвета и размера. Преобладало слово «член».

– Нам надо остановиться на ночь. Здесь жуткие пробки. Мы на пути к Ивернесс.

– О… – Элис, похоже, проспала весь день и большую часть вечера. Она поежилась. Куда подевалось лето? – Прости, что вся тяжелая работа досталась тебе.

Кит вылез из машины и уперся руками в ее крышу, чтобы размять ноги. Его рубашка задралась, приоткрыв полоску золотистых волос, сбегающую от пупка вниз. Элис отвела взгляд.

– Думаю, это лучшее, что мы можем придумать на сегодня. Тут неподалеку есть пансион, – сказал он, указывая на здание с другой стороны парковки. На нем, как на дешевой елочной гирлянде, мигали лампочки – больше погасших, чем горящих. Окна были занавешены, и трудно было сказать, что там внутри.

Парадная дверь была открыта, несмотря на объявление, что после десяти вечера надо звонить. Раздался резкий звук, как будто от стены отрывали клейкую ленту – девушка за стойкой, которой по виду было немного за двадцать, с убранными в пучок волосами, лопнула пузырь из жвачки и снова засунула ее в рот.

– У вас есть номера на сегодня? – спросила Элис. Она подождала, как ей казалось, достаточно приличное количество времени, чтобы Келли (судя по значку с именем) обратила на них внимание. Судя по всему, у Келли в телефоне было множество интересных сообщений. Но она все же сумела оторваться от них и взглянуть на экран компьютера.

– У нас есть номер на двоих. Без ванной, но она общая всего для двух…

– Нет, – хором сказали Элис и Кит.

– Нам нужно две кровати, – добавил Кит. – Мы, хм…

– Мы не вместе – в этом смысле, – пояснила Элис.

Девушка несколько раз пощелкала по экрану.

– Боюсь, у нас есть только этот номер.

– Правда? – Элис слишком устала, чтобы убедительно скрывать свой скептицизм.

– Мы популярны, – ответила та, указывая на лист бумаги в дешевой рамке, гласящий: «Лучшие места Южного Ивернесса, 2006». Это было напечатано одним из тех фонтов, которые делают все, кроме того, чтобы убедить читателя в своей правдивости.

– Могу понять, – встрял Кит, проводя рукой по волосам. Моргнув, он чуть шире открыл глаза – ради большей убедительности. И подмигнул. Элис видела, как суровость девушки тает на глазах. Когда Келли повернулась таким образом, чтобы исключить Элис из беседы, она с трудом удержалась, чтобы не заорать. – И что, у вас совсем-совсем ничего больше нет?

– Простите, – ответила Келли, излучая любезность. Поджав губы, она кокетливо прикусила нижнюю, как бы говоря, что это не в ее силах и не поддается контролю ее компьютерной мыши.

– Мы возьмем этот, – сказал Кит. – Спасибо за помощь. – Он протянул карточку через стойку. Элис даже не знала, что потрясло ее сильнее – тот скрытый шарм Кита, который внезапно проявился в подмигивании этой Келли, или то, что карточка оказалась золотой «Америкэн Экспресс».

Кит ввел код, и Келли протянула ему ключ, с которого свисал побитый деревянный кубик.

– Приятного вечера, сэр.

Элис так и застыла с приклеенной к лицу улыбкой, и Киту пришлось потянуть ее за рукав куртки, чтобы она пошла за ним. Он дотащил ее до конца вестибюля, туда, где был лифт, а рядом с ним лестница, которая казалась заметно надежнее.

– Я с радостью переночую в машине, – сказал Кит, протягивая ей ключ. Какая-то часть Элис готова была обиженно согласиться на это. Может, Келли захочет к нему присоединиться. Но она заткнула свою гордость; ее большая часть знала, что потом будет об этом жалеть.

– Да не надо, – она выместила свое раздражение на кнопке лифта, нажав на нее с такой силой, что у нее заболел кончик пальца. – Честно.

– Тогда я лягу на полу, – предложил Кит в качестве компромисса. В тусклом свете лобби черты его лица приобрели какое-то новое изящество. Элис сказала себе, что это усталость играет с ней свои шутки.

К чести Кита, он отозвал свое предложение не сразу, как только Элис открыла дверь их комнаты. Ковер был зеленым, но недостаточно темным, чтобы скрыть разбросанные по всей комнате выпуклости, которые выглядели – и наверняка ими и были – как грибы, растущие на подгнивших половых досках под ним.

– Не надо спать на этом полу, – сказала Элис, глядя на пятна. – Мы и так справимся.

Она пошла в ванную первой, и, к тому времени, как Кит, в свою очередь, оттуда вышел, вынула из шкафа лишние подушки и разложила их посередине матраса, построив нечто вроде стены.

– Отличная работа, – сказал Кит.

Повернувшись, она уловила взглядом мелькнувший у него между зубами кончик языка. Она скользнула глазами ниже. Кит был без майки. Упираясь одной рукой в дверной косяк, другой он подтягивал повыше резинку своих боксеров, так, что они закрыли бедренные кости. Элис никогда не видела таких накачанных мускулов в реальной жизни. Разве их не рисуют фотошопом? Соберись, Китон, веди себя прилично.

– Ээ – спасибо, – пробормотала она, начиная сожалеть о своих инженерных достижениях.

– Спокночи, Элис, – Кит хлопнулся на кровать со своей стороны барьера. Он выключил свет, но матрас был настолько мягким, что Элис могла ощущать все движения его тела. Он лег на бок, повернувшись к ней спиной.

Она не слишком прилежно задвинула шторы, и в комнату проникал свет от фонарей, висевших над продуктовым магазином с другой стороны парковки. Надо признать – у него красивая спина. Элис могла разглядеть