Путешествие на Запад. Том 2 - У. Чэнъэнь

– Дорогой мой, да мы все еще крутимся в комнате, – отвечал Сунь У-кун.

– Почтенный брат, – произнес с улыбкой Ша-сэн, – хватит пугать нас всякими громкими словами. Да разве бывают такие огромные комнаты? Для них и балок нигде не найдешь.

– Брат мой, – отвечал на это Сунь У-кун. – В здании, о котором я говорю, крышу заменяет небесный свод, окна – солнце и луна, балками служат горы, а наша земля образует огромный зал! – Ладно! Хватит тебе! – перебил его Чжу Ба-цзе. – Мы, видно, крутимся на одном месте. Пошли лучше обратно!

– Ну, будет вам зря болтать! – рассердился Сунь У-кун. – Следуйте за мной!

Взяв наперевес свой посох, Сунь У-кун двинулся вперед. Перед Трипитакой открылись горные пейзажи удивительной красоты:

До рукояти звездного Ковша

Обрывистые горы достигали;

У дровосеков падала душа,

Когда, шутя, их демоны пугали.

Возвысясь к совершенству, стаи лис

Охотникам грозили из тумана,

Деревьев кроны к тучам вознеслись,

В ущелье голосила обезьяна.

И жалобные крики журавлей

Все раздавались в зарослях сосновых,

Под крышею зеленою ветвей,

Средь горных пиков и хребтов суровых.

Звеня, бежал стремительный поток,

И до костей прохватывала стужа…

Когда же веял легкий ветерок,

Охватывал людей безумный ужас:

Пугалась задремавшая душа,

Казалось, угрожает ей вершина…

Взгляните, как привольно хороша

Хребтами окруженная долина!

Рычанье тигра, что идет на лов,

И горных птиц пленительное пенье…

Стада сайги на зелени лугов

И стадо легконогое оленей.

Но сколько б ни глядеть на этот край,

Вы б странников следов не увидали!

Одни следы шакальих, волчьих стай,

И Сакья-муни58 выбрал бы едва ли

Для подвигов спасительных своих

Страну зверей и царство птиц лесных.

Когда они были уже далеко в горах, Трипитака от страха занемог и, остановив коня, обратился к Сунь У-куну:

Чтобы высоты мудрости увидеть,

Я не жалел усилий и труда,

Столицу приказал мне князь покинуть,

И я ушел, быть может, навсегда…

Мой путь неровен – ямы и ухабы, —

Препятствия повсюду ждут меня,

Но не замолк веселый колокольчик —

И тороплю я верного коня…

Я огибаю скалы и ущелья —

В горах ищу целебных трав ростки,

Взбираюсь за фулинем на утесы:

Здесь горы велики и высоки,

Хойсян ищу, фанцзи хочу увидеть,

Добыть мечтаю сладкое чжули59,

И думаю: «Когда же вновь предстану

Перед двором, оставшимся вдали?..»60

– Вы бы лучше поменьше беспокоились, учитель, – сказал, ехидно улыбаясь, Сунь У-кун. – Нельзя так волноваться. Двигайтесь спокойно вперед – и все. А когда придет время и мне нужно будет проявить свою силу, можете быть уверены, что я сделаю это с успехом.

Любуясь горными пейзажами, наши странники не спеша продолжали свой путь и совсем не заметили, как солнце начало садиться.

От станции к станции

Десять ли,

Последний путник

Исчез вдали.

Семь тысяч уездов

И городов:

Ворота закрыты

Везде на засов.

И восемь есть рек —

Корабли везде

У пристаней спят

На тихой воде.

Есть пять управлений

И шесть палат;

Чиновники дружно

Домой спешат.

И на море всюду

Закончен лов,

На башнях – удары

Колоколов…

Зажженные звезды

На небе видны,

И светится диск

Взошедшей луны.

Трипитака посмотрел вдаль и вдруг заметил в одной из долин многоярусные пагоды и различные строения.

– Ученики мои! – молвил он. – Уже наступил вечер. Но, к счастью, недалеко отсюда я вижу строения. Это, конечно, какой- нибудь монастырь. Я думаю, что нам нужно попроситься туда на ночлег. А завтра снова двинемся в путь.

– Вы совершенно правы, учитель, – согласился с ним Сунь У-кун. – Однако погодите, сейчас я выясню, что это за строения.

С этими словами Великий Мудрец поднялся в воздух и стал внимательно всматриваться. Действительно, он увидел перед собой горный монастырь.

Конусообразны стены.

Гвозди вбиты у ворот,

Загибается кирпичный

Ярко выкрашенный свод.

Блещут гвозди золотые,

Сколь прекрасен этот храм!

Многоярусные башни

Устремились к небесам.

И дворцов великолепье

Затаилось между гор,

Чтоб не сразу их увидел

Любопытный вражий взор.

Семиярусная башня

Укрывалась в толще туч,

И сиял от статуй Будды

Золотой небесный луч.

Храм Манджутры бодисатвы

Против храма Будды встал,

Прямо к храму Милосердья

Храм Майтрейи примыкал.

Роща сосен и бамбука

Украшала те места,

И паломников пленяли

Тишина и чистота.

Заплетала все дорожки

Ручейков веселых сеть,

И приятно было людям

На изящный сад смотреть.

А в покое созерцанья

Созерцатель наставлял,

Для занятий музыкальных

Был открыт особый зал.

Перед кафедрой, с которой

Толковал Закон монах,

Пальма бэйе61 укрывала

Стан высокий в облаках.

Монастырь трех Будд великих

В небольшом стоял лесу,

Цепь фонариков сверкала

И качалась на весу.

Дивный запах благовоний

Наполнял и даль и ширь,

И казалось, что туманом

Был окутан монастырь.

Осмотрев все, Великий Мудрец спустился на облаке вниз.

– Учитель, – сказал он, – это действительно монастырь, и будет очень хорошо, если мы попросимся туда на ночлег.

Трипитака подстегнул коня, и вскоре наши путники очутились около ворот монастыря.

– Учитель, а что это за монастырь? – поинтересовался Сунь У-кун.

– Какой же ты странный, – сказал на это Трипитака. – Я ведь только что остановил коня и не успел даже вынуть ноги из стремян, а ты спрашиваешь, что это