Госпожа Жемчужина - Сяо Жусэ

быстро, но она помнила все до мелочей, как будто это было вчера. Той ночью он собрал в пучок ее волосы и крепко одну за другой завязал под подбородком все пятицветные ленты, после чего повесил ей на пояс меч и инкрустированный золотом пропускной жетон с изображением суань-ни. Она, словно хрупкая кукла, раскинула свои ручки, позволяя ему обматывать ее во множество слоев тонкой сетчатой ткани и парчовой нижней юбки. Он нежно коснулся пальцами ее щеки. Тогда его руки были такими сильными и теплыми.

– Достаточно, Цзяньмин. Посол из Нихуало вот-вот должен приехать. Иди и займи его, а мне еще нужен часик. Пояс можно не завязывать. – Император Сюй заметил, как костяшки пальцев Хайши мгновенно побелели, и в его глубоких черных глазах промелькнула усмешка. – Нет, пожалуй, понадобится часа два.

Руки Фан Чжу, протянувшие пояс от одеяния Хайши, на секунду застыли в воздухе, но он тотчас убрал их и, развернувшись, собрался уходить, как вдруг выражение его лица изменилось.

Хайши опустила голову и робко, но крепко удерживала его за переднюю полу его одеяния. Она с раннего детства вела себя как мальчишка и всегда была готова пускаться в любые авантюры, но за все одиннадцать лет он только во второй раз видел ее такой испуганной. Первый раз был, когда он впервые встретил ее.

Она подняла голову и умоляюще посмотрела на него. Иссиня-черные глаза Хайши напоминали две зияющие дыры, прожженные в атласной ткани.

В это мгновение тупая боль, словно стрела, пронзила его сердце. Фан Чжу будто снова увидел ту шестилетнюю девочку. Крошечная и невесомая, словно перышко, но в то же время сильная и хитрая, словно волчонок, она убежала от окруживших ее стражников, которые хотели убить Хайши, и бросилась прямо к нему в объятия. А все ее маленькое тельце было покрыто ранами и ссадинами.

На лице императора Сюя промелькнула едва заметная улыбка.

Старый шрам в уголке губ Фан Чжу внезапно распрямился, словно он принял для себя какое-то тяжелое решение. Его рука легла на ее ручку, удерживавшую полу его одеяния. Он медленно, но твердо принялся разжимать ее пальцы, решительно цунь за цунем вытаскивая подол из ладони. Затем Фан Чжу развернулся и ушел.

Душа Хайши, казалось, точно так же цунь за цунем покинула тело. На ее глазах была разрушена и развеяна по ветру вся вселенная. Резные балки и расписные стропила зала превратились в пепел, а жемчужные ванны в один миг пересохли. Этот мир бросил ее одну, оставив лишь безжизненную и бескрайнюю пустоту.

– Теперь ты поняла? – прозвучал холодный голос императора, а его теплые пальцы медленно скользнули по ее подбородку, остановившись на губах.

Хайши внезапно вздрогнула и, резко выдохнув, попятилась назад.

Император Сюй улыбнулся и сделал шаг вперед, сказав:

– Я хорошо знаю Цзяньмина. Он никогда не посмеет ослушаться меня.

Хайши продолжила отступать, и ее нога уже коснулась ступенек, ведущих в воду.

Император Сюй поднял свою руку и прикусил тыльную сторону ладони, а затем с жестокой и коварной усмешкой протянул эту руку к лицу Хайши. Его кожа, как и до этого, была гладкой, и на ней не осталось никакого следа от зубов.

– Эта рана сейчас проявилась не на моем теле, и из нее вытекает не моя кровь.

Хайши сделала еще несколько шагов назад и, случайно наступив на подол своего одеяния, чуть не упала с головой в воду. Однако император Сюй успел подойти и крепкими руками ухватить ее за талию. Его дьявольские глаза смотрели на Хайши в упор.

– И знаешь почему?

В его взгляде промелькнула холодная усмешка.

– Как ты считаешь, за какие такие заслуги с момента основания царства Чжун Фан Цзинфэн стал первым князем правящей династии, хоть и не имел принадлежности к императорскому роду? А что ты думаешь по поводу того, что в каждом поколении Фанов князь Цинхай зачем-то отправлял своего наследника во дворец, чтобы тот воспитывался вместе с сыновьями императора? Начиная с Фан Цзинфэна вплоть до нынешнего момента, титул «князь Цинхай» передавался в их семье ровно в пятидесяти трех поколениях. А в нашем роду Чу было ни больше ни меньше как пятьдесят три императора. Почему? – Его темные холодные глаза неотрывно смотрели на Хайши. – За последние шестьсот семьдесят лет почти никто из Фанов, получивших титул князь Цинхай, не умер своей смертью. Они погибали на поле боя, умирали от болезней или отравлений, тонули, были убиты молнией или просто внезапно умирали при каких-то странных обстоятельствах или вообще без какой-либо причины. А в их роду оставались только сироты и вдовы. Почему? Да потому, что род Фанов был никаким не воинствующим родом. Они владели тайными знаниями секретных обрядов и были байси для моего рода Чу.

Хайши пристально посмотрела своим пустым взглядом на красивое лицо императора Сюя, но ничего не сказала ему.

– Ты все правильно поняла. Именно те самые куклы байси, которых люди вырезают из кипариса, чтобы они защищали своих владельцев от несчастий и лечили от болезней. Разница лишь в том, что обычные байси – неодушевленные куклы, которые не имеют особой ценности. Однако живой байси может истечь кровью или умереть, поэтому с ним стоит обращаться очень бережно.

На какое-то время Хайши закрыла глаза и нахмурилась. Когда она открыла их вновь, в ее зрачках пылали крошечные язычки пламени.

Император Сюй продолжил свою неторопливую речь:

– Род Фанов и князья Цинхай имеют неизвестное происхождение, но только наследник из семьи Фанов может стать байси для императора, и так они из поколения в поколение защищали императоров рода Чу. Между императором и князем Цинхаем была очень тесная связь, зачастую более крепкая, чем родственная. А наследник князя Цинхая всегда рос и воспитывался вместе с наследником императора. После того как новый император вступал на престол, князь Цинхай проводил секретный обряд продления жизни и с тех пор становился байси, защищая императора от болезней, проклятий и прочих опасностей. Император получал долголетие, славу и огромную страну, протянувшуюся на десятки тысяч ли, а князь Цинхай получал богатство, высокое положение в обществе и свое имя, а вместе с этим беды и страдания, умноженные в два раза. Пока был жив князь Цинхай, император не мог умереть. Когда же князь Цинхай все-таки умирал, император больше не мог найти себе нового байси, поэтому с того момента ему приходилось уже самостоятельно претерпевать свои несчастья.

– Но предыдущий князь Цинхай пережил императора Сю на целых шесть лет, – сказала Хайши.

На лице императора Сюя появилась безжалостная улыбка.

– Все верно, иногда так бывает.