Путешествие на Запад. Том 1 - У. Чэнъэнь

Уже ни слава, ни корысть

Не докучают мне.

И гулом боя не смутит

Жестокая война;

Как только захочу – налью

Душистого вина.

Три раза в день вкушаю я

Полей простую снедь.

Две связки хвороста нужны,

Чтоб мне не умереть.

Удилище и леска – снасть,

Что кормит с давних пор;

Порою детям я велю

Мне наточить топор.

Порою сыну прикажу,

Чтоб починил он сеть…

А как мне нравится весной

На тополя смотреть!

Мне летом радует глаза

Цветенье камыша:

На выращенный мной бамбук

Любуется душа.

Ешь летом водяной каштан

И вкусен этот плод,

А осень куропаток нам

С собою принесет.

В девятом месяце, глядишь,

И раки подрастут;

Потом зима придет – и с ней

К нам холода придут.

Бывает, солнышко взойдет,

А я все сплю да сплю,

Оно уже не хочет греть,

Вот я и не встаю.

В любое время года мне

В горах легко везде,

И никогда не тягощусь

Я жизнью на воде.

Вязанку хвороста связав,

Повеселюсь я всласть;

До мира мне и дела нет,

Когда заброшу снасть.

Как небожитель счастлив я,

Прекрасна жизнь моя,

Когда тихонько по воде

Скользит моя ладья.

С тремя сановниками90 я

Меняться б не хотел.

Сильнее крепости мой дух,

Надежен мой удел.

А крепость ждать врагов должна,

И высшие чины

Другим чинам, иным князьям

Еще подчинены.

Поклонник я и вод и гор —

Ценнейших этих благ.

Хвала и небу и земле

За каждый день и шаг!

Так, напевая песенки и складывая новые стихи, они дошли до того места, где пути их расходились, и стали церемонно раскланиваться, прощаясь друг с другом.

– Береги себя, дорогой брат, – промолвил на прощанье Чжан Шао. – Особенно остерегайся в горах тигров. Случись какая беда, и, как говорится, «назавтра у меня будет одним другом меньше».

– Ах ты негодяй этакий! – рассердился Ли Дин. – Хороший человек сам готов жизнь отдать за друга, а ты что говоришь? Если я погибну от тигра, – то ты-то непременно перевернешься с своей лодкой и утонешь в волнах.

– Ну, уж этому не бывать, – отвечал Чжан Шао.

– Пословица говорит: «Счастье изменчиво, как погода». Как же ты можешь утверждать, что с тобой ничего не случится? – удивился Ли Дин.

– Дорогой Ли, говорить-то ты говоришь, а сам ничего не понимаешь. Что же касается моего дела, так я твердо уверен в том, что ни в какую беду никогда не попаду.

– Да ведь рыбацкий промысел – занятие очень опасное и рискованное, – сказал Ли Дин. – Ни в чем нельзя быть уверенным. Почему же ты так уверен в себе?

– Ты, видно, не знаешь, – отвечал на это Чжан Шао, – что у Западных ворот города живет один прорицатель. Я каждый день преподношу ему золотого карпа, а он из своих волшебных рукавов каждый раз преподносит мне определенное предсказание. Он еще ни разу не ошибся. Сегодня я тоже ходил к нему. Он велел мне забросить сети к востоку от залива на реке Цзинхэ, а на западном берегу расставить переметы и предсказал богатый улов. И вот завтра, когда я продам рыбу в городе, мы с тобой, брат, снова выпьем и потолкуем.

На этом они и расстались. Однако не зря говорит пословица: «Что говорят на дороге, то слышит человек в траве». Случилось так, что в тот момент, когда друзья разговаривали, поблизости находился дозорный Якша. Услышав о том, что гадальщик никогда не ошибается в своих предсказаниях, он тотчас же ринулся в Хрустальный дворец и поспешил с докладом к Царю драконов.

– Беда! Беда! – закричал он.

– Что случилось? – спросил Царь драконов.

– Когда я обходил с дозором, – отвечал Якша, – то очутился около берега и услышал, как разговаривали рыбак с дровосеком. И вот, когда они расставались, я услышал нечто ужасное. Рыбак говорил о том, что в Чанъане, у Западных ворот есть гадальщик, который очень верно предсказывает. Этот рыбак каждый день дарит ему карпа, а гадальщик гадает ему и всегда правильно. Если так будет продолжаться, наше водное царство скоро погибнет. Как же мы можем теперь спокойно жить? Как можем будоражить волны и поддерживать могущество великого царя?

Услышав это, Царь драконов рассвирепел, схватил меч и хотел уж было броситься в Чанъань, чтобы разом покончить с дерзким гадальщиком, но тут к нему подоспели его сыновья и внуки, креветки-сановники, крабы-воины, рыбы-военачальники и еще многие чины водного царства.

– Не гневайтесь, великий царь, – успокаивали они его. – Ведь в пословице говорится: «Нельзя верить всем слухам». Если вы отправитесь в город, за вами понесутся облака, пойдет дождь, вы только перепугаете народ, и люди будут жаловаться на это небу. Уж лучше пустите в ход волшебство, ведь вы обладаете способностью превращения и можете явиться в Чанъань под видом ученого. Там вы разузнаете все подробно и, если то, что вам рассказали, – правда, вы немедленно уничтожите гадальщика. А вдруг все это ложь, тогда было бы несправедливо причинять вред невиновным.

Царь драконов послушался и отбросил меч. Не собирая туч, не вызывая дождя, он вышел на берег, сделал магическое заклинание и, встряхнувшись, превратился в молодого ученого, одетого в белую одежду.

И поистине:

Он, поднимаясь в поднебесье,

Величественный вид хранил.

Мэнцзы, Конфуцию подобно,

О нравственности говорил.

На нем халат был цвета яшмы,

Отличный шелковый халат;

И вдруг толпа пред ним предстала

У Западных Чанъаньских врат.

Прибыв к Западным воротам города Чанъань, он увидел толпу, которая шумела и толкалась. Посредине толпы кто-то важно разглагольствовал:

– Тому, кто родился под знаком дракона, будет сопутствовать благополучие. Того, кто родился под знаком тигра, постигнет несчастье. Созвездия Близнецов, Льва, Девы и Рыбы, хоть и собраны вместе, однако для них есть один страшный властелин – это дух Юпитера.

Царь драконов понял, что это