Одиссея - Гомер

Был я в деле военном не робок… но все миновалось;

Я лишь солома теперь, по соломе, однако, и прежний

Колос легко распознаешь ты; ныне ж я бедный бродяга. 215

С мужеством бодрым Арей и богиня Афина вселили

Мне боелюбие в сердце; не раз выходил я, созвавши

Самых отважнейших, против врагов злонамеренных в битву;

Мыслью о смерти мое никогда не тревожилось сердце;

Первый, напротив, всегда выбегал я с копьем, чтоб настигнуть 220

В поле противника, мне уступавшего ног быстротою;

Смелый в бою, полевого труда не любил я, ни тихой

Жизни домашней, где милым мы детям даем воспитанье;

Островесельные мне корабли привлекательней были;

Бой, и крылатые стрелы, и медноблестящие копья, 225

Грозные, в трепет великий и в страх приводящие многих,

Были по сердцу мне – боги любовь к ним вложили мне в сердце:

Люди не сходны, те любят одно, а другие другое.

Прежде, чем в Трою пошло броненосное племя ахеян,

Девять я раз в корабле быстроходном, с отважной дружиной 230

Против людей иноземных ходил – и была нам удача;

Лучшее брал я себе из добыч, и по жеребью также

Много на часть мне досталось; свое увеличив богатство,

Стал я могуч и почтен меж народами Крита; когда же

Грозно гремящий Зевес учредил роковой для ахеян 235

Путь, сокрушивший колена столь многих мужей знаменитых,

С Идоменеем, царем многославным, от критян был избран

Я с кораблями идти к Илиону; и было отречься

Нам невозможно: мы властью народа окованы были.

Девять там лет воевали упорно мы, чада ахеян; 240

Но на десятый, когда, ниспровергнув Приамов великий

Град, мы к своим кораблям возвратилися, бог разлучил нас.

Мне, злополучному, бедствия многие Зевс приготовил.

Целый месяц провел я с детьми и с женою в семейном

Доме, великим богатством моим веселясь; напоследок 245

Сильно в Египет меня устремило желание; выбрав

Смелых товарищей, я корабли изготовил; их девять

Там мы оснастили новых; когда ж в корабли собралися

Бодрые спутники, целых шесть дней до отплытия все мы

Там пировали; я много зарезал быков и баранов 250

В жертву богам, на роскошное людям моим угощенье;

Но на седьмой день, покинувши Крит, мы в открытое море

Вышли и с быстропопутным, пронзительнохладным Бореем

Плыли, как будто по стремю, легко; и ничем ни один наш

Не был корабль поврежден; нас, здоровых, веселых и бодрых, 255

По морю мчали они, повинуясь кормилу и ветру.

Дней через пять мы к водам светлоструйным потока Египта

Прибыли: в лоне потока легкоповоротные наши

Все корабли утвердив, я велел, чтоб отборные люди

Там на морском берегу сторожить их остались; другим же 260

Дал приказание с ближних высот обозреть всю окрестность.

Вдруг загорелось в них дикое буйство; они, обезумев,

Грабить поля плодоносные жителей мирных Египта[90]

Бросились, начали жен похищать и детей малолетних,

Зверски мужей убивая, – тревога до жителей града 265

Скоро достигла, и сильная ранней зарей собралася

Рать; колесницами, пешими, яркою медью оружий

Поле кругом закипело; Зевес, веселящийся громом,

В жалкое бегство моих обратил, отразить ни единый

Силы врага не поспел, и отвсюду нас смерть окружила; 270

Многих тогда из товарищей медь умертвила, и многих

Пленных насильственно в град увлекли на печальное рабство.

Я благовременно был вразумлен всемогущим Зевесом.

(О, для чего избежал я судьбины и верной не встретил

Смерти в Египте! Мне злее беды приготовил Кронион.) 275

Сняв с головы драгоценно-украшенный кожаный шлем мой,

Щит мой сложивши с плеча и копье медноострое бросив,

Я подбежал к колеснице царя и с молитвой колена

Обнял его; он меня не отвергнул; но, сжалясь, с ним рядом

Сесть в колесницу велел мне, лиющему слезы, и в дом свой 280

Царский со мной удалился – а с копьями следом за нами

Много бежало их, смертию мне угрожавших; избавлен

Был я от смерти царем – он во гнев привести гостелюбца

Зевса, карателя строгого дел злочестивых, страшился.

Целых семь лет я провел в стороне той и много богатства 285

Всякого собрал: египтяне щедро меня одарили;

Год напоследок осьмой приведен был времен обращеньем;

Прибыл в Египет тогда финикиец, обманщик коварный,

Злой кознодей, от которого много людей пострадало;

Он, увлекательной речью меня обольстив, Финикию, 290

Где и поместье и дом он имел, убедил посетить с ним:

Там я гостил у него до скончания года. Когда же

Дни протекли, миновалися месяцы, полного года

Круг совершился и Оры весну привели молодую,

В Ливию с ним в корабле, облетателе моря, меня он 295

Плыть пригласил, говоря, что товар свой там выгодно сбудем;

Сам же, напротив, меня, не товар наш, продать там замыслил;

С ним и поехал я, против желанья, добра не предвидя.

Мы с благосклонно-попутным, пронзительнохладным Бореем

Плыли; уж Крит был за нами… Но Дий нам готовил погибель; 300

Остров из наших очей в отдаленье пропал, и исчезла

Всюду земля, и лишь небо, с водами слиянное, зрелось;

Бог громовержец Кронион тяжелую темную тучу

Прямо над нашим сгустил кораблем, и под ним потемнело

Море; и вдруг, заблистав, он с небес на корабль громовую 305

Бросил стрелу; закружилось пронзенное судно, и дымом

Серным его обхватило; все разом товарищи были

Сброшены в воду, и все, как вороны морские, рассеясь,

В шумной исчезли пучине – возврата лишил их Кронион

Всех; лишь объятого горем великим меня надоумил 310