Когда нам будет 40 лет - Елена Игоревна Ротман

– Не поверишь, – Куроки почему-то сделал паузу. – Я уже ужасно соскучился по тебе.

– Это просто приближающаяся октябрьская хандра, – Анна вздохнула и уселась в свое любимое глубокое кресло, подаренное Виктором. – Я тоже по тебе скучаю.

Они никогда не были близки и за все эти годы общались лишь односложными фразами. Саша даже не знал, кем именно работает ее муж и сколько ей лет. Но лишь Хезер могла ему помочь. Черт, она до сих пор немного пугала, а ведь ему уже двадцать пять и он даже сам жил в Роскране!

– Ваша Светлость, – Хезер, как всегда идеально одетая в темно – синее закрытое платье, вошла в домашний кабинет Александра и озадаченно посмотрела на него, видимо все еще не догадываясь о чем пойдет речь.

– Хезер, точно! – он хлопнул в ладоши и, встав из – за стола, подошел к женщине, чьи светлые волосы, как и всегда, были собраны в идеальный пучок.-только ты можешь мне помочь.

– В чем же? – заинтересованно спросила Хезер, рассматривая взволнованное лицо еще одного наследника престола.

– Я хочу, чтобы ты лично позанималась с Жанной перед свадьбой. И после, и до. Контролировала ее.

– Дала пару советов? – подытожила его словесный поток женщина, уже прикидывая как подойти к этой огненной девушке, дабы та не вспылила. Жанна Ганрип во все, кроме характера, была идеальной кандидатурой: гражданка Грепиль, образованная, из чудесной семьи, с изюминкой. Но в ней была какая-то необъяснимая злость, что не вязалась с ее идеальной жизнью княжества, его Святейшество князь – консорт, предположил что у нее просто проблемы с психикой. Нет. Это была княгиня Анна. И та сказала « А у нее с кукушкой все в порядке?» Хезер тогда не поняла шутку и спустя время переспросила про нее.

– Да, пару советов, – согласился Александр. Это звучало лучше и менее обидно, особенно для той, что так гордилась своим гражданством. С Жанной все было как на вулкане: она была беспричинно требовательна, то холодна, то сходила без ума от ревности или любви. И это его подкупило, ведь он, как и сестра, имел проблемы с выражением реальных чувств. А тут – полное компенсирование. А еще Жанна была верной. Надежной. Трудолюбивой. Любознательной. Он помнит, как на первом курсе она оставалась вечерами в посольстве, чтобы проверить его задание по роскранскому языку, или ходила в аптеку, когда он отравился какой-то китайской лапшой. Усмехаясь, замачивала в пятновыводителе его одежду после ремонта. Сакура бы наверное не знала, что делать.

– Ваша Светлость, – вы должны узнать какой у мадмуазель Жанны любимый цвет, – Хезер сложила руки в замок на уровне талии, еще больше став напоминать надзирательницу.

– Это зачем? – удивился Саша, стараясь самостоятельно вспомнить цвет.

– Для создания основы гардероба, – чуть покачав головой, ответила женщина. – У вашей сестры это серый и синий. Цвет должен быть любимым, дабы не вызывать дискомфорт.

– Я и не знал насколько все сложно, – искренне удивился Саша, предполагавший, что все эти платья совершенно различных оттенков синего просто идут его сестре, а оказалось их специально подбирали именно по цвету, а не фасону. Чего ему еще ждать?

– И прошу прощения, ваша Светлость, – Хезер стало немного неловко, но ей показалось, что он совершенно не смыслить во всей этой «кухне». – Вам стоит обсудить с ее Святейшеством тщательную проверку прошлого вашей невесты.

– Что бы быть предупрежденными, – она поймала изумленный взгляд. – Вы же знаете СМИ.

– Да, – согласился Александр и потер переносицу. Как его сестра со всем этим справилась и не рехнулась? Столько дел, проволочек и преград, все ради того, что бы быть с любимым человеком. А ведь он даже не претендует на трон. Что же ждет Киарда в будущем?

Люди это невероятные существа: они способны меняться, порой противореча самим себе, лгать ради глупости, и конечно же в определенных моментах своей жизни играть чужую роль, полностью противоположную своему естеству. А еще они умеют жить лишь для себя, забыв про всех.

И ведь он забыл, оставив в терпком тумане нежные воспоминания, связывающие его с Анной и делающие невыносимой эту жизнь. Те, что делали его в начале пути импульсивным и глупым. Ради новой жизни Куроки пытался погрузить свое вновь взволнованное сердце в состояние покоя. Покоя, который оберегала Сора, поклявшись быть с ним. И он, будучи простым и слабым человеком, ни за что ей не признался бы, что отсчитывает дни до следующей его годовщины с Анной. И тогда… Тогда они снова окунуться с головой в своей прошлое, не думая о том, как же трудно будет потом всплывать. Не думая об окружающих. Это их маленькая игра, что длиться изо дня в день в течение стольких лет.

– Тебе никогда не казалось, что наши поступки какие-то глупые? Неразумные? – лишь его сестра имела совесть так бесцеремонно прерывать уединение императора. Даже в свои двадцать семь Сакура и не думала быть более… сдержанной, взрослой, а это беременность и гормональный всплеск делали ее просто невыносимой.

– Если бы мы совершали НЕ глупые поступки, то умерли бы со скуки, – Куроки, сидящий за письменным столом, отложил свое очередное письмо Анне, приближался ее день рождения и в скором времени между их домами вновь начнется ежегодная канитель с поздравлениями.

– Знаешь, – Сакура внимательно посмотрела на брата и уселась напротив, дабы не разрывать зрительного контакта. – Я не буду спрашивать, какие именно события из детства ты считаешь ошибкой.

– А я не буду отвечать, ведь они не из детства, – усмехнулся Куроки и, подперев рукой, подбородок стал разглядывать свою собеседницу. Как же они были не похожи друг на друга: бунтарка и избалованным родительским вниманием ребенок.

– Мне кажется, этот год никогда не закончиться, – вздохнула Сакура и поджала под себя ноги. Ее брат ничего не ответил, вновь погрузившись в хоровод своих мыслей.

25.10.2011

Куроки!

Поздравляю тебя с рождением маленького солнышка! Она совершенно великолепна!

A.P.

31.10.2011

Милая моя!

Поздравляю тебя с тридцати двухлетием!

Оставайся такой же светлой и продолжай дарить нам радость!

С любовью К.

6.11.2011

Тридцать пять! Это уже точно солидная дата!

С любовью, A.P.

Анна осторожно забралась под одеяло и уткнулась носом в горящую щеку сына, что спал в их постели между ней и Виктором. Ее четырехлетний ангелочек заболел,