Когда нам будет 40 лет - Елена Игоревна Ротман

– На праве долгосрочного знакомства, так уж и быть разрешаю, – юноша подошел ближе и чуть развернув ее, сфотографировал на свой телефон.

– Это зачем? – спросила та, недоверчиво посматривая на бывшего однокурсника. Единственное, что она понимала, так это то, что они играют друг с другом, идя по тонкой грани.

– Я же типа принц и мне свойственны странные поступки, – отшутился тот, для надежности спрятав мобильный.

Жанна вздохнула и, приподняв брови, скрестила руки на груди.

– Милый мой, – она всегда так обращалась ко всем юношам с курса. – Я в свое время вдоволь насмотрелась фильмов по типу «Принц и я» и сумела вынести пару уроков.

– И каких же? – удивленно спросил Александр, отступив на шаг назад. Он прокручивал в голове все похожие фильмы, что обожала пересказывать его сестра, но никак не мог найти нужную зацепку.

– Во – первых, родители принца всегда против его выбора, – она произносила это, словно сама не одобряла происходящего между ними. На самом деле все это ее просто пугало своей темной бездной нерешенного будущего.

– В моей семье главой считается сестра и что-то я не заметил ее козней против тебя, – Саша стоял напротив девушки, облокотившись спиной о стену и почти беззастенчиво разглядывал ее. В них пробудился азарт игры. Кто кого ущипнет сильнее. Они были знакомы так давно, видели друг друга во стольких ипостасях, что оставалось только удивляться тому, что они открывали друг в друге новые стороны.

– Просто твоя сестра надеться спихнуть тебя поскорее, чтобы ты не мозолил глаза, – отмахнулась Жанна и подошла к нему.

– И что же, во – вторых? – он легко щелкнул ее по носу, повторяя привычку своей сестры, хотя на самом деле хотел поцеловать.

– Обязательно найдется соперница, – понизив тон, ответила Жанна, перехватив его руку. – Так что ты вытворяешь?

–то есть?

– Я столько раз прокручивала в голове похожие ситуации и нашла лишь один единственный правильный выход. Спрашивать напрямик. Не держать кота за хвост. Так что ты хочешь? О чем ты сейчас думаешь? – она чуть – чуть нахмурилась, пытаясь прочитать его лицо.

– О том, – наконец-то нашелся ответ. Забавно, но за секунду до этого он не знал что сказать. А тут раз и поняла и слова полились сами по себе. – Как бы перетащить тебя из Роскраны.

Что-то внутри него щелкнуло, словно какой-то переключатель сменил режим работы, и вот его сердце наконец-то обрело связь с мозгом. И почему-то тут же подключились глаза,: какой же он глупец, раз не замечал все эти годы ее. Он вспомнил, как они сидели на полу вечером под кафедрой в ожидании преподавателя, как на третьем курсе она кормила всех собственноручно приготовленным борщом и удивляла своим не всегда понятным юмором. Она была разной и почти несгибаемой, в чем-то похожей на его сестру. Он усмехнулся. Точно. В семье будет теперь две шизофренички.

– А знаешь, – засмеялась Жанна, скорее от нервов, чем от веселья. – У тебя всегда было огромное самомнение. Ты, конечно, мне нравишься, но кто тебе сказал, что я настолько одинока и что я так просто…

Саша не выдержал и поцеловал ее, вот только этот волшебный момент прервала сама Ганрип, что не собиралась так просто сдаваться.

– Я, конечно, люблю сказки, как и все на нашем курсе я была немного влюблена в твой образ, но милый… Губу закатай. Так просто со мной не получиться, – когда она нервничала, то всегда говорила очень быстро, немного повысив тональности, совершенно не замечая реакцию остальных.

– Хорошо. Будем играть в любимую сказку моего племянника, – Саша притянул ее к себе. – Я буду Чудовище, а ты Красавица.

– Что я делаю? – закатила глаза девушка и наконец-то ответила на поцелуй. Где-то в глубине души она рассчитывала на такое завершение своих каникул в Грепиль. Она, как и любой другой человек умела мечтать и что греха таить Саша был довольно симпатичным юношей, что умел вести себя с девушками. Жанна оторвалась от его губ, посмотрела ему прямо в глаза, глубоко вздохнула и снова окунулась в этот омут с головой. Наверное, все же стоит рискнуть и перестать быть хорошей умной девочкой.

Она хотела, что бы эти длинные свечи наконец-то догорели, погрузив зал в полумрак, потому что это празднование двадцатипятилетия Александра порядком ее уморило. Видно она настолько отвыкла от столь масштабного веселья, что несколько часов простого наблюдения за весельем отдавались в ее теле и разуме усталость и появляющимся раздражением.

– Если они догорят, то Хезер обязательно распорядиться включить электрические лампы, – Виктор наконец-то заметил, что его жена как-то неодобрительно следит за стекающим в специальную вазу парафином. Мужчина обнял Анну за талию и поцеловал в щеку, она же слишком устала, чтобы вести дискуссию. Но это только сегодня – а так… Анна словно вернулась на десять лет назад, почти исчезло уныние и всплывающая вечерами меланхолия. И это заметили все окружение и даже Кэм, преходящая в восторг от новых работ ее подопечной.

Почему-то мужчина вспомнил тот вечер, когда решил самостоятельно встретить ее в маленьком скромном частном аэропорте Грепиль.

В тот день внезапно выпал снег, тонким слоем белоснежный снег, в октябрьских сумерках, словно святящийся шелк, укрыв коротко стриженные газоны.

Анна, подхватив сумку, почти бегом направилась к нему, по пути снимая с головы серую шаль и неожиданно радостно улыбаясь. Он ожидал совершенно иного: вернувшуюся с поджатым хвостом блудную жену, что не особо хотела возвращаться в родное гнездо. При виде нее, такой счастливой и радостной, его сердце начало бешено колотиться, почти пугая хозяина. Сегодня утром он был просто счастлив, что она возвращается к нему. А теперь… Теперь он словно поверил, что первый и единственный в ее сердце. А может так оно и было всегда? За все эти годы брака он так и не сумел разгадать ее полностью. Правду говорят, что сердце женщины океан полный тайн.

– Спасибо тебе, – прошептала Анна, скинув сумку на пол и что есть силы обняв его. Через секунду неожиданно страстно поцеловав мужа в губы. – Спасибо.

Как легко растопить лед неловкости если любишь. Виктор ответил на поцелуй, чуть приподняв жену над полом.

– Я скучал, – он задыхался от переполнявших его чувств, а она лишь широко улыбалась, разглядывая его, словно не видела его последние десять лет.

Анна легко кашлянула, привлекая внимание своего мужа. Тот немного смущенно посмотрел по сторонам – в свои сорок