Спонтанная покупка - Вероника Генри

– Черри! – Аманда приближалась к ней с подносом, на котором стояли бокалы и бутылка шампанского. – Я подумала: время для тоста. Ты его заслужила. Да и все вы.

Рядом шел Тео, который выглядел виноватым.

– Извините. Ее невозможно было остановить. Никаких отговорок.

Он улыбнулся и посмотрел на жену с любовью. Аманда же была далека от раскаяния.

– Не каждый день кумир твоего детства переделывает местный паб.

Черри улыбнулась. Они забавные. И добрые. И было бы невежливо не принять щедрое предложение Аманды. Она позвонит Майку утром. Составит план, как исправить положение. Сегодня у нее просто нет сил разговаривать с ним. День был длинным и изнурительным, и, судя по настроению Аманды, он еще не закончился.

Рассел возвращался к себе на ферму по улочкам Рашбрука. Ночное небо было светлым – во время летнего солнцестояния оно никогда не бывает черным, как зимой. В воздухе стоял острый аромат бузины и сладкий запах лесной земляники. Когда Рассел свернул на подъездную дорожку, повеяло запахом его подопечных.

Он был в хорошем настроении. Две пинты в самый раз. Если бы выпил больше, проснулся бы с тяжелой головой. Ему было приятно наблюдать, как люди набрасывались на булочки со свининой. Отрадно, когда любовь и забота о подопечных оправдываются. Он считал себя хорошим свиноводом, но нечасто хвалил себя за это.

На кухне он поставил чайник, чтобы выпить чая перед сном. Взглянул на телефон и подумал, не позвонить ли Джен. Возможно, она еще не ушла на работу.

– Привет, папа! – Вот она, улыбается. Рада его видеть. Она сделала большие глаза. – О боже! Только посмотри на себя.

– Ну да. – Он вытянул руки, чтобы показаться во всей красе.

Джен еще не видела его стрижки, поскольку в последние несколько раз, когда они разговаривали, на нем была шапка.

– Что за повод?

– Церемония открытия паба.

– Ух ты! Выглядишь на миллион долларов. Было весело?

– Было. – Он отчего-то улыбался.

– Кого-то встретил?

– Что?

– Ты все время улыбаешься. Ты кого-то встретил.

– Я действительно кого-то встретил. Да.

– Кого? Как ее зовут? Чем она занимается?

– Мэгги. Она хозяйка паба. Вместе со своей матерью и дочкой.

– Ого! Ну, это объясняет, отчего ты выглядишь таким щеголем.

Он провел рукой по волосам:

– Мы просто поболтали. Только и всего.

Джен молча смотрела на него, а потом спросила:

– Какая она из себя?

Рассел пытался найти нужное слово. Пытался ее представить. Ее улыбку. Ее глаза. То платье.

– Зажигательная, – наконец сказал он. – Она зажигательная.

Джен одобрительно кивнула:

– Зажигательная – это хорошо.

В полночь за стенами лодочного сарая на берегах реки в опаловом лунном свете бурлила дикая жизнь. Блестели крошечные глазки, ночной ветерок трепал усы и перья. Кто-то копал и скребся, кто-то сновал туда-сюда и пикировал на добычу, кто-то что-то грыз или клевал. Река безмятежно и, как всегда, без устали несла свои воды по извивам русла – некая постоянная величина в сердце Рашбрука, – пока жители деревни спали крепким сном.

Герти снился ослик в шляпе, который бежал к ней через поле, и она засмеялась во сне, когда он закричал: «Иа-а-а».

Роза видела во сне маленький домик, увитый дикими розами, правда она его не узнавала. Просто знала, что она дома.

Мэгги снились теплая улыбка и рука на ее плече. И ее шелковое платье с цветами на полу перед пылающим камином.

А Черри снились встающая на дыбы лошадь и парень с непослушными кудрями. Она тянется к нему и никак не может дотянуться.

Глава 44

Неделю спустя, в день викторины, к пабу подъехал фургон с надписью «Живи, как в Риме». С водительского сиденья лихо соскочил Марио, в черной рубашке поло с логотипом компании, выцветших джинсовых шортах и эспадрильях. Кудри были подхвачены банданой. Он обнял Мэгги, потом отстранил ее от себя и стал рассматривать с озадаченным видом:

– Мы ведь в порядке, да? Ты и я?

– Конечно, мы в порядке. – Она похлопала его по руке, поняв, что он переживает, что зашел слишком далеко тогда, после обеда в ресторане.

– Знаешь, это амароне во всем виновато. После него у меня всегда проблемы. – Он улыбнулся. – Но ты сделала правильный выбор. Я намного лучше в качестве друга, чем любовника. Я верный друг до смерти.

Мэгги засмеялась, обрадовавшись, что он не стал ее упрекать за то, что она сбежала. Он был очень самокритичен, а не заносчив, что мог бы запросто себе позволить. Быть может, тяжело быть таким невероятно привлекательным? Быть может, это проклятие?

– А у тебя все в порядке? – Он смотрел ей прямо в глаза. – Знаю, как это должно быть тяжело. Все еще.

– Это правда, – ответила она со вздохом.

– Надеюсь, однажды я найду кого-нибудь… кого-нибудь вроде тебя.

У него был грустный вид. Мэгги поняла, что Марио искренен и не пытается снова ее соблазнить. И она даже немного пожалела, что у нее не хватило смелости довести свою ночь страсти до финала – секс с Марио, видимо, мог бы быть горячим. Ее тело было к нему готово, как, впрочем, и разум. Это сердце сопротивлялось. Но возможно, Марио прав: в качестве друга он лучше. Без привилегий. Как ни говори, а привилегии всегда меняют дело.

Тем не менее, даже прояснив ситуацию, Мэгги было трудно смотреть ему в глаза. Все утро она планировала, как разместить столы для викторины и рассадить команды. И хотя посадить себя и Рассела за один стол было непросто с точки зрения логистики, Мэгги сделала все, чтобы они оказались за одним столом. Было что-то в его сухом юморе, его теплоте и основательности, что заставляло ее думать о нем. Рассел был практически полной противоположностью переменчивого, магнетического Марио, но она чувствовала за собой вину и поэтому сменила тему:

– Что привез?

Он распахнул заднюю дверцу фургона с торжествующим видом:

– Брезаола. Салями с ароматом фенхеля. Таледжо. Горгонзола. Маринованные артишоки. Красные перцы. Оливковое масло первого отжима. Моцарелла. Вяленые на солнце помидоры с чудесными травами. – Он сложил вместе большой и указательный пальцы и поцеловал их. – Пекорино. Спелый свежий инжир. Базилик. – Он взял пучок и помахал им у нее перед носом.

– Бог мой! Винни с ума сойдет. Эй, Винни!

На пороге паба показалась Винни. На ней был фартук. Она медленно направилась в их сторону, и Мэгги заметила, как Марио смотрит на нее, оценивая ее хрупкую фигуру, стильную стрижку и тату.

– Это Марио, – сказала Мэгги. – Он поставляет нам оливковое