Та, которой нет - Маша Ловыгина

Глеб не отходил от Влады ни на секунду. Кажется, что даже в машину садился с сожалением, когда пришлось обходить ее. И ей было так сладко и тепло рядом с ним, что как только он оказался в салоне, она не удержалась и приникла к нему плечом. Так они сидели некоторое время, дыша в унисон и прислушиваясь к биению собственных сердец. Затем Глеб завел мотор, и они поехали к дому Влады.

Когда автомобиль остановился у ее подъезда, она, немного нервничая, предложила:

— Зайдешь? Попьем чаю или кофе…

— Да, я хотел бы… — начал Глеб, но тут у него зазвонил телефон. С сожалением вытащив трубку, он, взглянув на высветившийся номер, сразу же подобрался. — Да! Еду!

— Что случилось? — вскинулась Влада, почувствовав сильное волнение.

— Это с пункта охраны.

— Дом Бархатова? — поняла она.

— Да.

— Они выехали?

— Нет, я поеду сам и в случае чего, вызову бригаду. Ничего страшного не произошло, поверь. Возможно, где-то осталось открытым окно, или птица залетела в каминную трубу…

— Значит, это займет совсем немного времени? — Влада опять пристегнула ремень безопасности, всем своим видом показывая решимость и желание остаться в машине.

— Ты устала. Лучше будет, если ты подождешь меня в квартире.

— Не собираюсь с тобой спорить. Я уже все решила! — Влада сложила руки на груди и приподняла бровь.

— А у тебя, оказывается, характер? — Глеб разыграл удивление.

Влада не смогла сдержать улыбку:

— Плохо ты меня знаешь!

— Горю желанием узнать лучше, — ответил он.

Им пришлось потратить чуть больше времени — при въезде на мост организовалась небольшая пробка. Влада вытянула шею, разглядывая ограждение и работавшую там бригаду в ярких оранжевых жилетах.

— Наши ремонт делают, — тихо заметил Глеб.

Влада прочитала название фирмы Бархатова на спине одного из рабочих. Наверное, они с Глебом испытывали сейчас одинаковые чувства по отношению к происходящему. Место, где погибла возлюбленная Кирилла Андреевича, он сам, лежащий сейчас без сознания в больнице — а жизнь продолжается, и совсем скоро мост будет выглядеть по-прежнему. И фирма, скорее всего, будет и дальше функционировать и приносить доход…

— А кто, кроме Бархатова, может руководить процессами в его бизнесе? — спросила Влада.

Глеб потер лоб и тоже посмотрел в сторону суетящихся рабочих.

— Думаю, что это как-то определено в Уставе. Я лично слышал, что существует совет директоров. Олег Иванович, пожалуй, знает об этом все. Еще главный юрист и главный экономист…

— Они все очень близки с Бархатовым, не так ли?

Глеб медленно кивнул:

— Я же говорил, что Кирилл Андреевич думал только о работе. Если ты считаешь, что эти люди его друзья…

— Нет, Глеб, я так не считаю, — спокойно ответила Влада. — Не могу сформулировать пока свои мысли. Что-то крутится в воздухе — поймать не могу! Знаешь, очень хорошо, что нам пришлось поехать в дом Бархатова. Я расскажу тебе о записках, которые мне оставила Стася…

Глеб удивленно посмотрел на нее.

— Не мне, конечно, — поправилась Влада. — Думаю, Бархатову… Но все так закрутилось, что я совсем забыла о них. А ведь эти записки могли бы открыть нам глаза на многие вещи…

На протяжении оставшегося пути Влада рассказывала Глебу о том, как нашла записи Стаси, как разбила рамку с фотографией, и что последнее послание до сих пор находится в доме. Выходило немного сумбурно, но ей никак не удавалось говорить спокойно — она постоянно перескакивала с одного на другое, жалела о том, что отдала первые две записки Бархатову. Где они сейчас могут быть? Порвал ли он их, или, может, спрятал? Были ли они действительно чем-то важным, или являлись лишь результатом тяжелого внутреннего состояния Иволгиной, — Влада не знала.

Двигаясь в направлении дома Бархатова по заснеженной дороге через весь поселок, автомобиль покачивался, когда колеса попадали в замерзшую колею. Вот уже остались позади высокие заборы, скрывающие соседские дома-имения, по правую руку вдали показалось русло реки.

Как только они въехали на небольшой пригорок, на котором стоял дом Бархатова, то увидели у ворот две иномарки. Их двери синхронно распахнулись, выпуская наружу человек пять мужчин. Влада мельком посмотрела на Глеба. Взгляд его был напряженным, но не испуганным. Влада тут же успокоилась, хотя ее и кольнуло в районе солнечного сплетения.

Глеб остановил автомобиль в нескольких метрах от гостей. Теперь Влада смогла их разглядеть и узнать среди них Олега Ивановича. Тот отделился от группы и сейчас приближался, засунув руки в карманы. Лицо его, сердитое и покрасневшее то ли от морозца, то ли от гнева, не предвещало ничего хорошего.

— А вот и наш Глебушка появился… — с присвистом начал он. — Ждем, ждем…

— Звонили с пункта охраны, — кивнул вместо приветствия Глеб.

— А ты у нас, как я посмотрю, уже вовсю здесь хороводишь? — резко рассмеялся Матушкин. — И бабенку хозяйскую имеешь, пока его нет?

Влада ахнула, и Глеб, прихватив ее за локоть, попытался завести за собственную спину.

— Олег Иванович, что вы такое говорите?! — воскликнула она, вспыхнув до самых корней волос. — Не смейте так отзываться о Глебе!

— А то что? — Матушкин склонил голову и посмотрел на нее как на неразумного ребенка. — Кто ты есть-то? Думаешь, удастся местечко потеплее найти? Думаешь, что всех перехитришь?

— Я не понимаю… И ничего такого не думаю…

— А зачем тебе думать, кукла ты безмозглая?! Все вы тупые как пробки, да еще и на одно лицо, — прошипел он. — А вот ты, — он приблизился к Глебу и посмотрел на него снизу вверх. — Думаешь, что всех обошел?! Что смог прибрать денежки Бархатова?! Не-ет… Я тебе этого не позволю… Мы тебе этого не позволим!

56