Притворись бабочкой - Тория Дрим

Я утыкаюсь в майку Кеннета и забываюсь. Забываюсь в боли, которая поражает все внутренности. Неужели это все происходит, потому что я набрела на верный путь осознания действительности? Неужели Дарен в моем сознании старается закрыть истину от посторонних и от меня?

Только Лэйн и Ванесса, стоящие совсем рядом, дают мне силы дышать в данную секунду. Они как будто и мысленно помогают мне.

– Джи! – Лэйн ласково касается своими пальцами моего подбородка и поднимает его немножечко вверх, чтобы увидеть глаза. – Дыши спокойно.

Ванесса же приобнимает меня сзади, и я по обе стороны своего тела чувствую невероятное тепло.

– Я видела его отражение в зеркале, – не спеша выговариваю я каждое слово. – Еще никогда мне не было так страшно.

– Твое сознание не хочет его отпускать.

Лэйн понимает все без объяснений. И что поражает меня сильнее всего – так это то, что Кеннет говорит о моем сознании, а не о сердце.

И он прав. Мой мозг не хочет отпускать Дарена. А сердце… сердце готово.

Глава 37

Братец и сестричка

– Отпусти его, Джитта. Тебе станет легче, поверь. – Лэйн по-прежнему крепко прижимает меня к себе и нежно водит рукой вдоль позвоночника.

Несс удалилась в комнату, а мы с Кеннетом остались в гостиной. Я пришла в себя благодаря их поддержке. Не знаю, что бы я делала, если бы оказалась в одиночестве в тот момент. Мне было настолько страшно, что даже ребра, казалось, судорожно тряслись.

– Я не устану благодарить тебя за эту помощь, – поднимаю я глаза на Лэйна и осторожно кладу руки на его крепкие плечи.

Ему приходится опустить голову, чтобы наши лица оказались на одном уровне. Спустя мгновение мы соприкасаемся кончиками носов. Во мне все замирает. Я вижу только зелень его глаз, не сравнимых ни с чем. Если бы на свете существовал такой красивый зеленый цвет, я бы уже давно перешла с цитрусовых на яблоки.

– Мы помогаем друг другу, – исправляет он меня.

– Я ничего для тебя не сделала, – виновато прикусываю губу, ожидая реакции Кеннета, – но обещаю исправиться.

Руки Лэйна оказываются на моих волосах, и он собирает их и откидывает мне за спину, открывая шею. Я покрываюсь мурашками.

– Джи, – тихо обращается ко мне Лэйн, – у тебя есть две прекрасные родинки около уха. Ты когда-нибудь думала, на что они похожи?

Его дыхание опаляет кожу. Кровь вскипает в жилах, пока он проводит по тому месту большим пальцем. Я опасаюсь нарушить магию безмолвного момента своей болтовней, поэтому молчу. Наслаждение накрывает меня с головой, глаза Кеннета светятся в полумраке. Лампа, висящая в углу комнаты, освещает его лицо, но мне этого мало, хочу увидеть его полностью.

– На что?

– На звезды.

Смеюсь. Ничего себе, как он заговорил!

– В нашу первую встречу ты не был так романтично настроен, – припоминаю ему момент, когда, увидев созвездие, я запрыгала на месте, а он не выдал вообще никаких эмоций.

Лэйн отводит взгляд и притягивает меня к себе для объятий. Ему не хочется отпускать меня, а мне – лишаться необъятного тепла, исходящего от его тела. Честное слово, я бы простояла так целую вечность!

– Я должен был произвести на тебя впечатление. – Признание Лэйна ошарашивает. Хорошо, что он сейчас не может разглядеть моего удивления. Прикрываю рот ладонью, чтобы не засмеяться. А Кеннет, оказывается, все продумывает, хотя как по-другому, если он собирается в авиаинженерию? Там все не так просто.

– У тебя получилось сделать это и без звезд.

Можно ли назвать это признанием в чувствах?

За нами раздается кашель Ванессы – она появляется в дверном проеме и зовет нас к себе. Аддерли переоделась в черную пижаму с названием любимой рок-группы, распустила волосы и смыла весь макияж.

Лэйн выпускает меня из своей цепкой хватки и пропускает вперед, к Ванессе, которая стоит, скрестив руки на груди, изучая нас своим фирменным шпионским взглядом. Когда я прохожу мимо и Лэйн остается позади, она останавливает его и шепчет, но так, что речь доходит и до меня:

– Согрел все-таки. Дай пять!

Я смущенно качаю головой и прохожу к своей застеленной пледом постели. Как кстати я с утра заправила ее, будто знала, что у нас будут нежданные гости.

– Джи, почему бы тебе не переодеться и не снять линзы? – Аддерли застает меня врасплох. Пока Кеннет здесь, я думала остаться в уличной одежде. Все-таки неловко перевоплощаться в домашнюю Джит: с пучком на голове, в очках и широкой фиолетовой футболке.

– Моего братца не надо стесняться. Все равно когда-то придется показать себя настоящей, – смеется Ванесса, присаживаясь на свою кровать. – Вам еще детей делать. Давай иди, а потом втроем поиграем в кое-что!

– В бутылочку? – спрашивает ее Лэйн, и я морщусь, но все же беру вещи.

– Дурак! – ругается на Кеннета Несс. – Тогда мне придется уйти, а я хочу побыть с вами.

– Ладно, – сдаюсь я и делаю шаг вперед. Неудачно спотыкаюсь о ковер и стремительно лечу к полу, но падаю прямо в руки Лэйна. Он реагирует быстро, ловко удерживая меня на весу.

– Я знаю, что нужен тебе, но неужели настолько? – Его шепот вгоняет меня в краску. – И почему ты не рассказывала, что носишь линзы?

Громко цокаю и, разворачиваясь, ухожу с улыбкой на лице. Лэйн Кеннет – это горячая смесь из уверенности, нежности, смышлености, харизмы и многого другого. Не хватит и жизни, чтобы описать все ингредиенты, из которых он состоит.

На ум приходит Брук со всеми ее особенностями. Иногда она ведет себя как настоящий ребенок. Я никогда этого не признавала, но сейчас отчетливо понимаю – Брук выросла моей тенью. Пока родители всячески помогали мне справиться с психологическими проблемами после ухода Дарена, она переживала трудный период в одиночку. И, возможно, поэтому так отчаянно нуждалась в первой любви. К огромному несчастью, ей попался Питер Грин. Совпадение? Не думаю. Поэтому и планирую выяснить все.

Есть моя вина в том, что Брук резко повзрослела. Когда отец вновь отправился на работу, мама не могла разорваться между мной и сестрой. Ее можно понять: муж улетел в горячую точку, я убивалась и причиняла себе и окружающим вред, а Брук не хватало внимания. Невозможно было разом уделить внимание всем нам.

Когда вернусь