Дорогой враг - Кристен Каллихан

Она явно видит мое замешательство.

— Не в изысканное место, а в совершенно обычное. Мы даже можем поесть в машине, если хочешь, — добавляет она, шевеля бровью, словно соблазняет меня совершить грех.

— Теперь я заинтригован.

— Тебе понравится, — говорит она, когда мы идем переодеваться. — Кроме того, я хочу тебе кое-что показать.

Меня поражает, насколько опасно жить с Делайлой, потому что обычная подготовка к ужину, кажется, набирает иные обороты. И я никогда не был так счастлив. Только в самом темном уголке своего разума я позволял себе мечтать о такой реальности. Все это время я боялся, как бы не навредить Делайле, что теперь задаюсь вопросом, а не останусь ли я сам опустошенным и безжизненным. Я отбрасываю в сторону эти мысли. Мы сказали, что попробуем. И это все, что мы можем сделать.

Делайла ведет меня к маленькой закусочной с тако на побережье, зажатой между шоссе и морем. На скалистом заливе много парковочных мест для автомобилей, и даже еще одного ресторана размером с коттедж, который временно закрыт.

У прилавка с тако длинная толпа людей. Никто не смотрит на нас, пока мы ждем своей очереди, кутаясь в толстовки от ветра, гуляющего по пляжу. От насыщенного аромата жаренного мяса и овощей у меня урчит живот.

— Слышишь? — говорю я, глядя на живот. — Он такой же шумный.

— Дурак, — бормочет она.

— Мистер Придурок, — напоминаю я ей, подталкивая локтем.

Делайла ухмыляется, а затем опирается своим плечом о мое. Я невероятно счастлив.

За стойкой я позволяю ей сделать заказ, аргументируя тем, что она знает меню и может выбрать самое вкусное. Взяв наше пиво, я занимаю место за одним из столов для пикника, освещенного разноцветными гирляндами.

Делайла возвращается с двумя коробками и садится рядом со мной. Выбор прост: свинина, рыба и говядина для каждого из нас. От их вкуса я стону.

— Черт, — говорю я, кусая. — Как же вкусно.

— Очень вкусно. — Она слизывает каплю айоли с уголка губы, когда сок стекает по ее пальцам и капает в коробку.

Мы едим в относительной тишине, наслаждаясь тако и пивом. Вокруг нас семьи, пары и группы одиночек болтают и смеются. Меня наполняет радость. У меня не много было в жизни этого чувства. И я стараюсь сохранить его.

— Видишь вон то место, — говорит Делайла, нарушая наше непринужденное молчание.

— Голубая хижина ресторана? — я прищуриваюсь, глядя на выцветшую вывеску. — Старый краб-хаус?

— Да, — она вытирает пальцы салфеткой. — Судя по всему, дела у них шли не очень хорошо. Не стоит ожидать, что вы продержитесь долго, если подаете полуфабрикаты. Особенно рядом с этим местом.

Делайла смотрит на старую забегаловку, ее лицо приобретает задумчивый вид. Похоже, она видит в нем нечто другое, нежели я. Ее плечи заметно напрягаются, когда она поворачивается ко мне.

— Я думала открыть там ресторан.

Я осторожно ставлю пиво. Мы находимся в десяти минутах езды от моего дома. Она будет рядом со мной. Я хочу этого. Яростно. Хочу сделать ее счастливой.

— Думаешь, хорошая идея, открыться рядом с таким популярным местом?

— Я бы не стала подавать тако, так что это не прямая конкуренция. Мне кажется, это пойдет на пользу обоим заведениям, потому что сюда будут приходить люди, любящие хорошую еду. — Она начинает жестикулировать, пока говорит, становясь все более взбудораженной. — Я бы сняла эту ужасную синюю краску, вернув ему вид старого пляжного коттеджа. Я не уверена насчет меню, но оно уже начинает складываться в моей голове. Вкусная еда, при этом не тяжелая. Качественные ингредиенты, сочетание простого и сложного… — Она замолкает, кривя губы. — Я утомила тебя.

— Совсем нет. Мне нравится слушать тебя. — Я беру ее за руку и переплетаю наши пальцы. Потому что могу. Наконец-то. — Все получится, Картофелька.

Она пожимает плечами, но не в силах скрыть улыбку.

— Но между мечтой и реальностью много помех. У меня нет ни денег, ни спонсора…

— Я сделаю это. Я помогу тебе. Черт возьми, я даже куплю это место, если ты хочешь.

— Нет, Мейкон, нет. — Она сглаживает свой отказ, прижимаясь ко мне. — Это щедрое, прекрасное предложение, но я не хочу, чтобы работа встала между нами. Бизнес должен оставаться бизнесом.

— Больше никаких сделок. — Мы начали с этого. До сих пор я не осознавал по-настоящему, как сильно мне хотелось, чтобы эта договоренность осталась позади. Меня удивляет то, что она здесь, потому что хочет быть со мной, а не из-за того, что я мог бы для нее сделать, и не из-за той чертовой сделки.

— Верно, — радостно отвечает она. — Никаких сделок между нами.

— Хорошо. — Я бросаю еще один взгляд на ресторан. — Но я все еще могу помочь. Я знаю парня…

Делайла разражается смехом.

— Боже мой. Прошу тебя, только не говори, что он из мафии.

Я щиплю ее за мочку уха.

— Нет, всезнайка. Он ресторатор, который, как оказалось, ищет новое место для расширения.

Это привлекает ее внимание.

— Кто?

— Ронан Келли.

— Ты знаешь Келли? — она издает смешок. — Хотя, о чем я? Конечно же знаешь. Горячие успешные мужчины собираются в стаи.

Я упираюсь подбородком о ее макушку.

— Погоди-ка. Что ты там сказала насчет горячего?

— Ронан Келли горяч. Безумно. Это невозможно не заметить.

Я ворчу.

— Не уверен, что мне нравится, что ты это замечаешь.

— У меня есть глаза. — Она проводит пальцем по верхней части моего бедра. В ответ мои мышцы напрягаются. Она довольно хмыкает. — Мейкон Сэйнт ревнует. Кто бы мог подумать?

— И не в первый раз, — признаюсь я шепотом.

Но она слышит. И ухмыляется. Потому что Делайла коварна.

— К Норту? — она издает смешок. — Между нами не было никакой химии. Если бы ты мыслил ясно, то увидел бы…

— Не к Норту, — вмешиваюсь я. — Хотя признаюсь, что это немножко меня раздражало.

Делайла фыркает, но затем замолкает и смотрит на меня.

— Тогда к кому же?

Теперь моя очередь ухмыляться.

— Мэтти Хейз.

— Мэтти Хейз? Из старшей школы? Серьезно?

— Ты смотрела на него, как на бога. — Я закатываю глаза, борясь со смехом. — Что бесило меня до чертиков.

Ее губы изгибаются.

— Как иронично, учитывая, что когда я вспоминаю то время, то понимаю, что я тоже, вероятно, ревновала.

Наверное, с моей стороны неприлично быть настолько довольным.

— Поведайте мне, мисс Бейкер.

Ветер приклеивает прядь ее волос ко рту, и она убирает ее, прежде чем заговорить.

— Вы с Сэм всегда были парой. У меня никого не было. Я