Круг в огне: Рассказы - Фланнери О'Коннор

Шепард наклонился вперед и тихо, яростно потребовал:

– Положи Библию, Руфус, и ешь, что на тарелке.

Джонсон продолжал искать страницу.

– Положи Библию! – рявкнул Шепард.

Подросток перестал листать и поднял голову. Лицо изумленное, но и довольное.

– За этой книгой прячутся, – сказал Шепард. – Она для трусов, для тех, кто боится стоять на собственных ногах и мыслить самостоятельно.

Джонсон метнул на него взгляд. Он чуть-чуть подал свой стул назад от стола.

– Вас сатана схватил и держит, – сказал он. – Не только меня. И вас тоже.

Шепард протянул поверх стола руку, чтобы забрать у него книгу, но Джонсон вцепился в нее и переложил себе на колени. Шепард усмехнулся.

– Ты же в эту книгу не веришь, сам знаешь, что не веришь!

– Еще как верю! – возразил Джонсон. – Откуда вам знать, во что я верю, а во что нет?

Шепард покачал головой.

– Нет, не веришь. Ты слишком умный для этого.

– Никакой я не умный, – проворчал подросток. – Ничегошеньки вы про меня не знаете совсем. А даже и не верил бы, там все равно истина.

– Не веришь! – настаивал Шепард. В его лице была насмешка.

– Еще как верю! – чуть дыша, повторил Джонсон. – Я вам покажу, как я верю!

Он открыл лежавшую на коленях книгу, вырвал страницу и запихнул себе в рот, глядя на Шепарда неотпускающим взглядом. Челюсти заработали исступленно, бумага так и хрустела во рту.

– Прекрати, – сказал Шепард сухим, выгоревшим голосом. – Прекрати.

Подросток поднял Библию, выдрал зубами еще одну страницу и с горящими глазами принялся перемалывать ее тоже.

Шепард потянулся через стол и выбил книгу у него из руки.

– Выйди из-за стола, – холодно приказал он.

Джонсон проглотил то, что было во рту. Его глаза расширились, как будто ему открывалось чудное видение.

– Съел! – выдохнул он. – Съел, как Иезекииль, и было в устах моих сладко, как мед!

– Выйди из-за стола, – повторил Шепард. Его руки, лежавшие подле тарелки, были стиснуты в кулаки.

– Съел! – крикнул подросток. Изумленное благоговение преобразило его лицо. – Съел, как Иезекииль, и вашей мне еды не надо теперь во веки веков.

– Иди тогда, – тихо сказал Шепард. – Иди. Ступай.

Подросток встал, взял Библию и пошел с ней к выходу из кухни. В дверях приостановился – небольшая черная фигура на пороге какого-то мрачного апокалипсиса.

– Дьявол схватил вас и держит, – сказал он ликующим тоном и исчез за дверью.

•••

После ужина Шепард сидел в гостиной один. Джонсон ушел из дома, но ему не верилось, что парень просто ушел, и все. Первое чувство освобождения уже миновало. Он ощущал отупение и озноб, как в начале болезни, и в нем, словно туман, сгущался страх. Уйти, и только – это был бы, на вкус Джонсона, слишком скучный финал; в его характере было бы вернуться и попытаться что-то доказать. Может прийти через неделю и поджечь дом. Ничто сейчас не выглядело невероятным.

Он взял газету и попробовал читать. Минуты не прошло, как отбросил ее, встал, вышел в коридор и прислушался. Он может прятаться на чердаке. Шепард подошел к двери на чердачную лестницу и открыл ее.

Лампа наверху горела, тускло освещая ступеньки. Не слышно было ни звука.

– Нортон, – позвал он, – ты здесь?

Нет ответа. Он начал подниматься по узкой лестнице.

Среди странных вьющихся теней, создаваемых лампой, Нортон сидел, приставив глаз к телескопу.

– Нортон, – спросил Шепард, – ты не знаешь, куда пошел Руфус?

Мальчик сидел спиной к нему – сгорбленный, сосредоточенный; его большие уши едва не касались плеч. Вдруг он помахал рукой и совсем приник к телескопу, как будто хотел быть как можно ближе к тому, что видел.

– Нортон! – громко сказал Шепард.

Мальчик не пошевелился.

– Нортон! – гаркнул Шепард.

Нортон вздрогнул и обернулся. Его глаза неестественно сияли. Чуть погодя до него дошло, что перед ним Шепард.

– Я ее нашел! – сказал он, едва дыша.

– Кого нашел? – спросил Шепард.

– Мамочку!

Шепард потянулся рукой к дверному косяку. Джунгли теней вокруг мальчика сделались гуще.

– Иди сюда, посмотри! – крикнул Нортон. Он вытер полой клетчатой рубашки потное лицо и опять припал к телескопу. Его спина застыла в жесткой сосредоточенности. Он еще раз помахал.

– Нортон, – сказал Шепард, – ты видишь в телескоп только скопления звезд. И хватит уже на сегодня. Иди спать. Ты не знаешь, где Руфус?

– Она там! – крикнул мальчик, не отрываясь от телескопа. – Она мне помахала!

– Через пятнадцать минут ты должен быть в постели, – сказал Шепард. Немного подождав, спросил: – Ты слышишь меня, Нортон?

Мальчик исступленно замахал.

– Я не шучу, – сказал Шепард. – Зайду через пятнадцать минут, и чтоб ты лежал в кровати.

Он спустился по лестнице и вернулся в гостиную. Потом подошел ко входной двери и выглянул наружу. В небе теснились звезды, до которых он по глупости считал Джонсона способным дотянуться. Где-то в лесочке за домом квакала лягушка-бык – низкий, пустой, металлический звук. Он возвратился в дом, сел в свое кресло и сидел несколько минут. Решил лечь спать. Взялся за подлокотники кресла, наклонился вперед, и тут первой нотой тревоги резко зазвучала полицейская сирена; она медленно перемещалась невдалеке, приблизилась и со стоном умолкла у самого дома.

Ему придавило плечи чем-то холодным, как будто набросили ледяной плащ. Он пошел к двери, открыл.

Двое полицейских, подходя по дорожке, вели посередине, прицепив к себе двумя парами наручников, темного и злобно ворчащего Джонсона. Рядом трусил репортер, а третий полицейский ждал в патрульной машине.

– Вот он, ваш красавчик, – сказал самый неприветливый из полицейских. – Говорил ведь, что возьмем мы его за шкирку.

Джонсон яростно дернул рукой.

– Я вас ждал! – крикнул он. – Не взяли бы вы меня, если б я сам не хотел. Моя идея была!

Он обращался к полицейским, но косил глаза на Шепарда.

Шепард смотрел на него холодным взглядом.

– Почему ты хотел, чтобы тебя взяли? – спросил репортер, обежав полицейского и встав около Джонсона. – Почему ты нарочно сдался полиции?

От этого вопроса и от вида Шепарда подросток пришел в полное неистовство.

– Чтоб этого большого фальшивого Иисуса на чистую воду вывести! – прошипел он и брыкнул ногой в сторону Шепарда. – Думает, он Бог. Да я лучше в заведении буду жить, чем в этом доме. В тюряге и то лучше! Его дьявол схватил и держит. Ему что левая рука, что правая, он еще глупей, чем его чокнутый сынок! – Он умолк на несколько секунд, а затем ударно, фантастически закончил: – Он ко мне подкатывался!

Шепард помертвел лицом. Схватился за косяк двери.

– Подкатывался? – рьяно переспросил