Моя жизнь с мальчиками Уолтер - Али Новак

Коул ответил не сразу.

— Подруга.

Он закрыл за собой дверь, и я задержала дыхание, слушая его удаляющиеся шаги.

— Привет, Эрин.

Я настолько не ожидала снова услышать голос Коула, что чуть не сверзилась с кровати.

— Коул, — ответила девушка с хрипотцой в голосе, — ты обещал позвонить.

Откуда доносятся голоса? Я осмотрела комнату. Все три окна выходили на разные стороны. Понятно, почему Кэтрин выбрала эту комнату студией. Окно в передней стене было распахнуто.

— Да, — голос Коула, — кое-что помешало. Прости.

Я отодвинула штору, посмотрела вниз и увидела стоящего на крыльце Коула. Свет, лившийся из открытой входной двери в ночь, окутывал его фигуру золотистым свечением.

— Планы на сегодняшний вечер в силе? — спросила Эрин. Она стояла на несколько ступенек ниже, и я видела лишь ее длинные ноги и высокий хвост.

— Уже поздно, — помедлив, ответил Коул.

Эрин скрестила руки.

— Ладно. Но завтра никаких отговорок. Переставай меня динамить. Я скучаю.

— Хорошо.

— Обещаешь?

Коул кивнул.

— Тогда увидимся завтра.

Коул не уходил, провожая взглядом идущую к машине девушку. Когда свет фар потонул в темноте, он, к моему удивлению, не вернулся в дом, а спустился с крыльца, пересек дорожку и направился к строению, похожему на сарай.

Он отпер замок и раздвинул двойные двери. Помещение оказалось вторым гаражом. Коул включил свет и закрыл двери. Я подождала несколько минут, но он не вышел. Сдавшись, я забралась в постель, продолжая задаваться вопросом: чем там, интересно, занят Коул?

Глава 3

Я была в машине с родными. Родители сидели спереди, Люси — сзади, рядом со мной. Разделив с ней пару наушников на двоих, мы зажигали под одну из наших любимых песен. Когда та закончилась, я с улыбкой посмотрела в окно. День стоял свежий и солнечный — из тех, что говорят о приближении весны. Зелень набухших почек обволакивала ветви деревьев еле заметной дымкой.

С меня соскользнул ремень безопасности, и я удивленно опустила взгляд.

— Что за… — пробормотала я, застегнув его заново.

Ремень опять разомкнулся, и грудь сдавило дурное предчувствие. Прежде чем я успела еще раз разобраться с ним, меня вышвырнула из машины невидимая сила.

Теперь я стояла на асфальте. Деревья по обе стороны дороги съежились, небо зловеще потемнело. Наш автомобиль промчался мимо, и я мельком увидела Люси, глядящую на меня в заднее окно.

— Подождите! Стойте! — закричала я и побежала по дороге.

Но автомобиль не остановился. Я в ужасе наблюдала за тем, как в миле от меня по дорожному покрытию пошла трещина. Она ширилась, разделяя дорогу надвое. Наша машина сорвалась с ее края, и мою семью поглотила земля.

Задыхаясь, вся в поту, я резко села на постели. Когда глаза привыкли к темноте и я разглядела незнакомую обстановку, меня охватил страх. Я скинула покрывала и ступила на холодный деревянный пол. На мгновение растерялась, ведь в моей спальне лежал ковер. Куда он делся?

Я поискала впотьмах выключатель и щелкнула по нему. Вокруг заиграла красками роспись на стенах. Обрушившаяся на меня реальность была так тяжела, что мои колени подогнулись и я кулем свалилась на пол. Я не в Нью-Йорке и не у себя дома. Я в Колорадо.

Это был сон. Авария мне только снится.

Во время автокатастрофы я была не с родными, а валялась на диване, болея гриппом. Помню, как пыталась заснуть, дрожа от холода в коконе из одеял. Все утро я то и дело выскальзывала из дремы и снова в нее погружалась. И тем же самым утром моя семья перестала существовать.

В какой-то момент зазвонил телефон, но я была не в состоянии ответить. Звонки следовали один за другим, пока не раздался стук в дверь и мне не пришлось подняться. Когда полицейский сообщил о случившемся, мой желудок среагировал прежде, чем я осознала услышанное. Я согнулась пополам, прижав ладони к коленям, и меня вырвало тем небольшим количеством горячего шоколада, что я сумела запихнуть в себя утром.

Я не понимала, как Люси могла умереть. Как старшей сестре ей не было равных. Накануне вечером, пока меня выворачивало в туалете, она придерживала мои волосы и успокаивающе поглаживала меня по спине. А мама… она была самой сильной женщиной из всех, кого я знала. В моей голове никак не могло уложиться, что она мертва.

Но они погибли. Все.

С той поры — а прошло девяносто четыре дня — мне снились кошмары. Папа был генеральным директором знаменитой инвестиционной корпорации Ховардов, поэтому видео об аварии крутили во всех новостях, постоянно напоминая мне о том, что моих родных больше нет. До сих пор у меня перед глазами стояла фотография нашей машины, смятой, будто комок фольги. В мозгу запечатлелась каждая деталь — так, если смотришь на солнце очень долго, а потом отводишь от него взгляд, оно начинает множиться на небе, сияя яркими красками.

Моя грудь тяжело вздымалась и опадала, пока мне наконец не удалось успокоить дыхание. Подняв себя с пола, я бросила взгляд на часы. Полшестого утра.

Заснуть снова не вышло бы, поэтому я нашла в комоде одежду для тренировок, натянула спортивные шорты, схватила кроссовки и сняла мобильный с подзарядки. Пусть сейчас рано и я вымотана ночным кошмаром, мне нужно отвлечься.

Обычно я тренировалась на беговых дорожках в семейном спортзале, но у Уолтеров не было ни того, ни другого. Можно побегать и на улице. На небо медленно восходило солнце, и, когда я вышла на шаткое деревянное крыльцо, в шею дохнул холодный ветерок. На зелени газона блестела утренняя роса. Я села, завязала шнурки и начала растяжку.

Разогреваясь, я чувствовала в животе нервное напряжение. Сложно сказать, было ли это следствием ночного кошмара или волнением перед наступающим днем. Мне становилось нехорошо при мысли об учебе в новой школе. Я всего день провела в доме Уолтеров, и пока дела шли ужаснее некуда. Я не представляла, как учиться в