Война и мир. Том 1-2 - Лев Толстой

Пьер был неуклюж. Толстый, выше обыкновенногороста, широкий, с огромными красными руками, он, как говорится, не умел войти всалон и еще менее умел из него выйти, то есть перед выходом сказать что-нибудьособенно приятное. Кроме того, он был рассеян. Вставая, он вместо своей шляпызахватил трехугольную шляпу с генеральским плюмажем и держал ее, дергая султан,до тех пор, пока генерал не попросил возвратить ее. Но вся его рассеянность инеуменье войти в салон и говорить в нем выкупались выражением добродушия,простоты и скромности. Анна Павловна повернулась к нему и, с христианскоюкротостью выражая прощение за его выходку, кивнула ему и сказала:

— Надеюсь увидать вас еще, но надеюсь тоже,что вы перемените свои мнения, мой милый мсье Пьер, — сказала она.

Когда она сказала ему это, он ничего неответил, только наклонился и показал всем еще раз свою улыбку, которая ничегоне говорила, разве только вот что: «Мнения мнениями, а вы видите, какой ядобрый и славный малый». И все, и Анна Павловна невольно почувствовали это.

Князь Андрей вышел в переднюю и, подставивплечи лакею, накидывавшему ему плащ, равнодушно прислушивался к болтовне своейжены с князем Ипполитом, вышедшим тоже в переднюю. Князь Ипполит стоял возлехорошенькой беременной княгини и упорно смотрел прямо на нее в лорнет.

— Идите, Annette, вы простудитесь, — говориламаленькая княгиня, прощаясь с Анной Павловной. — C`est arrete, [Решено, ] —прибавила она тихо.

Анна Павловна уже успела переговорить с Лизойо сватовстве, которое она затевала между Анатолем и золовкой маленькой княгини.

— Я надеюсь на вас, милый друг, — сказала АннаПавловна тоже тихо, — вы напишете к ней и скажете мне, comment le pereenvisagera la chose. Au revoir, [Как отец посмотрит на дело. До свидания, ] — иона ушла из передней.

Князь Ипполит подошел к маленькой княгине и,близко наклоняя к ней свое лицо, стал полушопотом что-то говорить ей.

Два лакея, один княгинин, другой его,дожидаясь, когда они кончат говорить, стояли с шалью и рединготом и слушали их,непонятный им, французский говор с такими лицами, как будто они понимали, чтоговорится, но не хотели показывать этого. Княгиня, как всегда, говорилаулыбаясь и слушала смеясь.

— Я очень рад, что не поехал к посланнику, —говорил князь Ипполит: — скука… Прекрасный вечер, не правда ли, прекрасный?

— Говорят, что бал будет очень хорош, —отвечала княгиня, вздергивая с усиками губку. — Все красивые женщины обществабудут там.

— Не все, потому что вас там не будет; не все,— сказал князь Ипполит, радостно смеясь, и, схватив шаль у лакея, даже толкнулего и стал надевать ее на княгиню.

От неловкости или умышленно (никто бы не могразобрать этого) он долго не опускал рук, когда шаль уже была надета, и какбудто обнимал молодую женщину.

Она грациозно, но всё улыбаясь, отстранилась,повернулась и взглянула на мужа. У князя Андрея глаза были закрыты: так онказался усталым и сонным.

— Вы готовы? — спросил он жену, обходя еевзглядом.

Князь Ипполит торопливо надел свой редингот,который у него, по-новому, был длиннее пяток, и, путаясь в нем, побежал накрыльцо за княгиней, которую лакей подсаживал в карету.

— Рrincesse, au revoir, [Княгиня, до свиданья,] — кричал он, путаясь языком так же, как и ногами.

Княгиня, подбирая платье, садилась в темнотекареты; муж ее оправлял саблю; князь Ипполит, под предлогом прислуживания,мешал всем.

— Па-звольте, сударь, — сухо-неприятнообратился князь Андрей по-русски к князю Ипполиту, мешавшему ему пройти.

— Я тебя жду, Пьер, — ласково и нежнопроговорил тот же голос князя Андрея.

Форейтор тронулся, и карета загремелаколесами. Князь Ипполит смеялся отрывисто, стоя на крыльце и дожидаясь виконта,которого он обещал довезти до дому.

— Eh bien, mon cher, votre petite princesseest tres bien, tres bien, — сказал виконт, усевшись в карету с Ипполитом. —Mais tres bien. — Он поцеловал кончики своих пальцев. — Et tout-a-faitfrancaise. [Ну, мой дорогой, ваша маленькая княгиня очень мила! Очень мила исовершенная француженка. ]

Ипполит, фыркнув, засмеялся.

— Et savez-vous que vous etes terrible avecvotre petit air innocent, — продолжал виконт. — Je plains le pauvre Mariei, cepetit officier, qui se donne des airs de prince regnant.. [А знаете ли, выужасный человек, несмотря на ваш невинный вид. Мне жаль бедного мужа, этогоофицерика, который корчит из себя владетельную особу. ]

Ипполит фыркнул еще и сквозь смех проговорил:

— Et vous disiez, que les dames russes nevalaient pas les dames francaises. Il faut savoir s`y prendre. [А вы говорили,что русские дамы хуже французских. Надо уметь взяться. ]

Пьер, приехав вперед, как домашний человек,прошел в кабинет князя Андрея и тотчас же, по привычке, лег на диван, взялпервую попавшуюся с полки книгу (это были Записки Цезаря) и принялся,облокотившись, читать ее из середины.

— Что ты сделал с m-lle Шерер? Она теперьсовсем заболеет, — сказал, входя в кабинет, князь Андрей и потирая маленькие,белые ручки.

Пьер поворотился всем телом, так что диванзаскрипел, обернул оживленное лицо к князю Андрею, улыбнулся и махнул рукой.

— Нет, этот аббат очень интересен, но тольконе так понимает дело… По-моему, вечный мир возможен, но я не умею, как этосказать… Но только не политическим равновесием…

Князь Андрей не интересовался, видимо, этимиотвлеченными разговорами.

— Нельзя, mon cher, [мой милый, ] везде всёговорить, что только думаешь. Ну, что ж, ты решился, наконец, на что-нибудь?Кавалергард ты будешь или дипломат? — спросил князь Андрей после минутногомолчания.

Пьер сел на диван, поджав под себя ноги.

— Можете себе представить, я всё еще не знаю.Ни то, ни другое мне не нравится.

— Но ведь надо на что-нибудь решиться? Отецтвой ждет.