Лимонный хлеб с маком - Кристина Кампос

Малышка бегала, скакала и бросалась в объятия матери.

Матиас наблюдал за ними через кухонное окно. Вот кто встретился на его жизненном пути… Через две недели он уезжает, чтобы присоединиться к руководству медицинской бригады в Центрально-Африканской Республике для борьбы с очередной вспышкой лихорадки Эбола. Но в первых числах декабря снова будет здесь, с ними. Матиас открыл окно и посмотрел на маленькую чернокожую девочку, резвившуюся среди алых цветов, рядом с его женой, и, против желания, уже начал скучать по обеим.

Две недели промчались незаметно. Наоми не желала спать в своей комнате. Пару ночей они пытались ее приучить, но она закатывала истерики, и они смирились. Так что малышка каждую ночь почивала между родителями.

В день отъезда Матиаса они втроем прогуливались по узким улочкам Вальдемосы. Он держал Наоми на руках, оперев ее о свое бедро и обнимая жену за плечи. Счастливая Марина оглядывала принадлежащий ей крохотный кусочек Средиземного моря.

8

Хлеб и моя пишущая машинка

Вот что все искали, но никак не могли найти для того, чтобы заставить Урсулу снова засесть за создание книг.

Она подтащила столик из соснового дерева к окну гостиной, что потребовало усилий ее старых немощных рук, но они справились.

Погладила мужнин проигрыватель, дремавший рядом с ее раздолбанной пишущей машинкой. С натугой подняла ее и поставила на столик. Пододвинула офисный эргономичный стул, купленный при помощи Габриэля в магазине в Пальме, и устроилась поудобнее. Глубоко вздохнула… Ах, какое же это прекрасное место, чтобы провести здесь и следующий год своей жизни. Присмотревшись, за пшеничными полями, оливковыми и миндальными рощами можно вдалеке увидеть кусочек моря.

Всю прошлую неделю она почти не выходила из дома: слишком холодно для страдающей артритом старухи. Дабы развлечься, стала искать убежище в читаных-перечитаных романах, заполняющих книжные полки. В поисках подходящей компании она скользила пальцами по корешкам сотен фолиантов, пока не добралась до романов своей юности. Среди них – старые издания любимых латиноамериканских авторов, которыми она зачитывалась в изгнании.

Даже в ее возрасте оставалась и нерешенная проблема. За всю свою литературную карьеру Урсула так и не отважилась поиграть в магический реализм, у которого многому научилась. Пытаться-то она пыталась, но ее немецкие гены, побуждающие к перфекционизму, препятствовали этому. А теперь, в ее годы, опасаться уже нечего, если смиренно опереться на мэтров…

Медленно перечитывая тексты, она подчеркивала яркие места и заносила свои комментарии в блокнот, одновременно ваяя собственный роман. Сюжет будет развиваться в четырех стенах пекарни на неизвестном островке в Средиземном море. В пекарне готовят сладкий хлеб с чудесным ингредиентом, которым лакомятся жители острова. Первые же строки произведения посвящены главной героине – молодой смуглокожей женщине, крепко сбитой, но красивой, с пышным бюстом и прямыми черными волосами, заплетенными в косу. Каждое утро пекарша тщательно смешивает муку, сахар, молоко, лимон и мак. Ну а потом… случилось то самое. Пока она, закрыв глаза, погружается в воспоминания о прошлом, перед ней возникают мимолетные сцены, как она баюкает своего новорожденного ребенка, зная, что через несколько часов бросит его, хотя этот проступок будет тяготить ее до конца жизни. В то время как подобные мысли лезут ей в голову, из-под прикрытых век сочатся слезы и падают в тесто. Она знает, что упругая масса вберет их в себя и щедро разделит между обитателями островка, снабжая их не только лакомством, но и ее любовью.

Урсуле предстоял долгий год, когда нужно придумать действующие лица, истории обреченной любви и неожиданные повороты сюжета, не упуская из виду финал, который ей уже был вполне ясен. Роман завершится тем, что пекарня останется у красивой девушки с кожей шоколадного цвета и курчавыми волосами.

Урсула вздохнула и опасливо взглянула на пишущую машинку, которая была наказана на долгие пятнадцать лет. Вполне вероятно, что теперь данный механизм просто не пожелает сотрудничать. Старушка старалась избегать своей неуверенности и тех сомнений, которые терзали ее в начале работы над текстом. Но не смогла.

Удастся ли ей заполнить аж триста страниц? И заинтересуют ли кого-то эти самые страницы – всего-навсего чернила на бумаге?

Она взглянула на руки. Каждое утро приходилось делать чертову зарядку, чтобы привести их в норму.

На первом месте, как всегда, название сочинения. Ей придется повоевать со своими издателями, чтобы обязательно сохранить его. Урсула осторожно положила пальцы на клавиатуру и, наконец-то, в восемьдесят пять лет, приступила к своему последнему роману: «Лимонный хлеб с маком».

Благодарности

Этот роман не появился бы без поддержки многих друзей, с которыми я иду по жизни и которые нередко вдохновляют мое литературное творчество. Поэтому я хочу выразить в письменной форме глубочайшую благодарность Мариан Коромине, Кьяре Арройо, Ане Манресе, Марии Алехандре, Ане Леон, Монике Пуга и Тере Энрих. Новым подругам Мар Саэс и Мануэле Морено… а особенно Кларе Тарреро, поскольку без тебя, Клара, персонаж Марины не существовал бы.

Я также благодарю замечательную команду женщин из издательства «Планета», которые постоянно меня поддерживали и консультировали. Спасибо, Нурия Вальс, за то, что ты познакомила меня с ними. Спасибо, Ракель М. Баррио, за твой мудрый вклад. Я хотела бы поблагодарить всех, кто сразу же изъявил желание мне помочь и общение с кем, хотя мы беседовали недолго, всегда очень помогало в развитии сюжета. Первый среди них – Мигель Анхель, владелец «Кан-Молинас», пекарни в Вальдемосе, был движущей силой всей истории. Спасибо Лизи Льюч за кусочек Леона и за подругу, с которой ты меня познакомила и которая, надеюсь, скоро родит сына. Спасибо Росе Эстеве за корректуру майорканского языка; Пере Пуигу за лорда Блэка и Ави Льоренсу за то, что он поделился своими познаниями в сфере гинекологии.

Моим друзьям детства, которые остаются таковыми до сих пор, Марку Морменео и Давиду Басану, я благодарна за то, что они поддерживали меня, как и Хави Олиден. А Пали Амилибии – за то, что он всеобщий друг, и Кике Камину за его неисчерпаемую щедрость. Роман Ловердос, я потеряла тебя из виду, а пятнадцать лет назад ты проявил себя другом, и я этого не забыла. Спасибо, Томас Шнайдер, я бы не смогла писать о Германии, не познакомившись с тобой.

И моя самая большая благодарность – маме и папе за то, что вы так хорошо заботитесь о моих детях, когда я в этом нуждаюсь.

А напоследок