Совок-8 - Вадим Агарев

— Я дважды отказывался согласовывать Капитонову на должность замполита и вы это помните, Михаил Наумович! Официально и с наложением визы отказывался! Или вы уже забыли? — не замечая заинтересованного генеральского взгляда, Дергачев то ли насмешливо, то ли презрительно рассматривал вальяжного начальника политотдела.

— Вы же, Михаил Наумович, сами меня убеждали, что Капитонова ненадолго зайдёт в райотдел! На год, не больше. Улучшит свои жилищные условия и вы её назад к себе заберёте! Или я это, по-вашему, придумал? — лицо подполковника побелело, а нос и скулы его нервно заострились.

— Василий Петрович, а почему вы дважды не согласовывали Капитонову и были против замещения ею должности вашего зама? — снова перешел на «вы» генерал Данков, обратившись к Дергачеву.

— Потому что она подлая баба, товарищ генерал! Подлая и, извините, дура! — отвечал подполковник Данкову, но продолжая, тем не менее, глядеть в глаза комиссара УВД, — Имел, знаете ли, честь служить вместе с ней еще в Ленинском РОВД. Лет восемь назад или даже больше. Я тогда начальником розыска был, а она там в паспортном отделении сидела. Аттестованным инспектором. Так она уже тогда умудрялась мухлевать со всем, до чего её руки дотягивались. Потому и не хотел я Капитонову в свой райотдел пускать! Знал, что ничем хорошим это не закончится!

— Ты чего на человека наговариваешь, Дергачев⁈ — заколыхался пышнотелый Михаил Наумович, Евдокия Леонтьевна только при мне уже шесть лет в штате политуправления служит и ничего, кроме поощрений в личном деле у неё нет!

Балмасов уверенно светанул победным взглядом в сторону молчавшего Данкова.

— Товарищ полковник, может, потому и нет у неё взысканий, что она частью добытого с вами делилась⁈ Капитонова, товарищ генерал, решив, видимо, произвести на меня впечатление, призналась, что из семидесяти пар колготок, которые она от личного состава РОВД утаила, десять презентовала Михаилу Наумовичу. И продуктовых наборов в том же количестве, — подполковник тоже обратился суровым взглядом к Данкову.

Поняв по поведению Балмасова, что тот вознамерился убрать с плахи свою и Дунькину головы, поместив под топор его шею, Дергачев осознал, что терять ему уже нечего и пошел напролом. Зная областные расклады, он без особого труда просчитал, что с учетом недавних передряг, ресурсы политотдельца наверняка истощились. Вероятность того, что он переживет новый скандал и сохранит за собой должность, совсем невелика. Можно даже сказать, мизерна эта вероятность. Да и Данкову этот партийный бурдюк с протухшим салом, не брат и не сват. К бабке не ходи, а генералу на этом месте нужен свой человек. И никак не этот, весь в дерьме, товарищ Балмасов. Значит, этот афронт против полит-чиновника ему, Дергачеву, обязательно пойдет в зачет. Как оказанная услуга. Генералу, черт возьми, оказанная!

— Ты что такое говоришь⁈ — лязгая зубами, заблажил во весь голос начальник политотдела, — Да я тебя мерзавца в порошок сотру! Да я…

— Спокойно, полковник! — у генерала Данкова и голос тоже оказался генеральским, — Василий Петрович, вы отдаёте себе отчет, что сказанное вами сейчас может иметь самые серьёзные последствия? В том числе и для вас?

Строгий взгляд начальника областного УВД холодным шилом проник через зрачки в мозг Дергачева. Подполковник понял, что шутки, так и не начавшись, закончились. И, что, если он ошибся в своих считалках относительно взаимоотношений этих двух больших начальников, то на этом его служба в МВД тоже закончилась.

— Так точно, товарищ генерал, я полностью отдаю отчет и осознаю всю серьёзность мною сказанного! Я со всей ответственностью заявляю вам, что мой заместитель по политчасти Капитонова, злоупотребив должностью, незаконно распорядилась в свою пользу продуктовыми наборами в количестве около сорока штук. И в полном объёме утаила от коллектива семьдесят пар импортных женских колготок! Десять пар из которых, она, с её же слов, в качестве подарка передала присутствующему здесь полковнику Балмасову! И десять продуктовых наборов.

— Вы готовы изложить это письменно в виде рапорта на моё имя? — не обращая внимания на ужас в выпученных глазах, сидящего по правую руку полковника, твёрдо и, чеканя каждое слово, задал вопрос генерал Данков.

Подполковник неторопливо поднялся из-за стола и, одёрнув мундир, так же предельно внятно ответил.

— Товарищ генерал, я готов в течение десяти минут подтвердить письменно всё сказанное мной! Более того, если вы доверите мне опросить Капитонову, я уверен, что ничего, из ранее мне сказанного, она отрицать не посмеет. Если нужно, я прямо сейчас вернусь в РОВД и лично доставлю её к вам!

— Это лишнее, подполковник! Каждый должен заниматься своим делом. Я вас больше не задерживаю!

Поняв, что банк сорван, Дергачев поднялся и, не задвигая стул на прежнее место, четким шагом покинул кабинет. Попрощавшись с придворными в приёмной и забрав с вешалки фуражку, он с лёгким сердцем двинулся по широкой лестнице в сторону постового старшины.

Глава 6

Прервавшись с допросом Юдиной, я попросил у неё доступ к городскому телефону. Что ни говори, а генеральский звонок какие-то тектонические подвижки в Октябрьском РОВД наверняка уже спровоцировал. Не мог он их не спровоцировать. А поскольку я и есть изначальный катализатор в данном активном мероприятии, то сечь эту поляну просто обязан. Иначе запросто и непозволительно могу проморгать какой-нибудь из резских поворотов и оказаться на острых вилах.

Лидия Андреевна подняла трубку почти сразу, среагировав уже на втором звонке.

— Где тебя черти носят⁈ — взревела Зуева в трубку, как только поняла, что это

звоню я, — Почему ты не на рабочем месте⁈

Посредственную аналоговую телефонную связь данного времени победила молодость и темперамент моей начальницы. Все её слова, переданные мне через древний эбонит, услышала и Алла Юрьевна. И, покачав головой, недовольно поморщилась. Буд-то бы она сама недавно не ревела громче парохода на своего подчинённого Алёшу Вязовскина.

— Лидия Андреевна, когда я покидал кабинет начальника РОВД, то всех известил громко и внятно, что отбываю работать по делу! И вы этого не могли не слышать! В данный момент я нахожусь на ликёро-водочном заводе и допрашиваю ключевого свидетеля! — произнося последние слова, я со значением посмотрел на гражданку Юдину, давая тем самым ей понять, насколько серьёзно к ней отношусь.

— Прерывай допрос и срочно возвращайся в райотдел! — немного сбавила обороты начальница, — Тебя тут Дергачев обыскался! Он от генерала вернулся и очень хочет тебя видеть! Быстро в РОВД!

Аккуратно вернув трубку на место, я поднял глаза на завскладом. Юдина, не скрывая злорадства и маленькими глотками отпивая из кружки чай, ехидно посматривала на меня.

— Начальница твоя? — кивнула она на свой допотопный телефон с тряпочной обмоткой шнура.

— Начальница, — не стал отрицать я очевидности столь громогласного факта.

— Строгая? — всё никак не хотела униматься Алла Юрьевна.

— Как собака! Сама же слышала, как орёт, — опять попытался я потрафить своей свидетельнице, чтобы она отстала и дала мне спокойно допить вкусный чай.

— И правильно делает, между прочим! — похвалила спиртовая барышня мою начальницу, — С вами, разгильдяями, по-другому нельзя! Молодая?

— Если бы! — невесело изобразил я досаду, — За тридцатник ей уже! — делая вид, что не замечаю, как сползает ухмылка с лица Юдиной, вздохнул я. — Старушка!

— Ты давай, не рассиживайся, выполняй указание своего руководства, тебя там ждут! — моментально нахмурившись и, напрочь утратив интерес к чаепитию, начала выпроваживать меня спиртовая леди.

— Допью и поеду! — не приподнимая задницы, я с удовольствием потянул хорошо заваренного «индюка» из кружки, — Хороший чаёк у тебя, Алла Юрьевна! И сама ты вполне себе ничего! — перегнувшись через стол, я успел подхватить с тарелки треугольную печенюшку, прежде чем раздраженная хозяйка кабинета убрала её в сторону.

— Тебе, Корнеев, не говорили, что ты хам? — устремив на меня ледяной взгляд, поинтересовалась Юдина.

— Постоянно говорят! — легкомысленно отмахнулся я надкусанной выпечкой, — Если б ты только знала, душа моя, сколько вокруг злых и ничтожных личностей! Хорошо, что хоть с тобой мне повезло! Умная, красивая, да еще и чаем угощаешь! Может мне жениться на тебе? — я демонстративно, словно цыган на лошадиной ярмарке, начал осматривать женщину, — Хотя бы гражданским браком, а? Дня на три? Или даже дольше?

Мадам Юдина снова начала нехорошо краснеть и набирать в себя критический объём воздуха.

— И не вздумай грубить