Маяк надежды - Маркус Кас

Рыжий сделал вид, что не понял о чем речь, но я заметил хитрый блеск в его глазах. Вот уж два теневика, два сапога пара. Было бы неплохо, если бы Казаринов поделился с ним не только правилами поведения в суде, но и навыками теневого аспекта дара.

Но я пока не мог придумать, как это организовать, не подвергнув рыжего риску оказаться в руках тайной канцелярии. Что они непременно захотят заполучить себе такой талант, я не сомневался.

— Господа! — провозгласил я. — Этот чудесный повод нужно непременно отпраздновать. Прошу, — я сделал приглашающий жест.

Казаринов чуть замялся, но всё же согласился.

Праздник мы готовили весь день. Тимофей должен был хорошо прочувствовать вкус первой победы. И не тощей уткой. Парень не побоялся выступить против сильного противника, не отступил и наверняка нажил себе новых врагов. Пусть не каждая победа ведет к награде, но не в этот раз.

Рыжий искренне удивился накрытому в его честь столу. Растрогался, тщетно стараясь это скрыть. Умением не заливаться краской он пока не овладел.

Да и хорошо, при своих не надо скрывать истинных чувств. Кто их ещё сможет по-настоящему разделить?

На празднике собрались все домашние.

Вот уж от кого, а от служащего тайной канцелярии скрывать призраков не было смысла. Я был уверен, что там знают всё как про них, так и про каменных и волшебных питомцев. Я не верил, что мое знакомство с османским послом прошло мимо их бдительности.

Поэтому и позвал Михаила. Тому не помешало бы отдохнуть от дел хоть несколько часов.

Мы от души чествовали Тимофея и наслаждались вечером.

— Удивительная у вас семья, — сказал мне Казаринов, когда никто не слышал. — Настолько разные люди и так естественно им вместе. Я бы подумал, что это действие какого-то артефакта, зная ваши исключительные таланты, не умей я отличить так ли это на самом деле.

Ненарочно или наоборот, но теневик мне выдал ещё одну свою способность. Мне стало интересно, что же за артефакт у него. Но Михаил по-прежнему был окутан защитой столь сильной, что без грубого вмешательства через неё было не пробиться.

К тому же сообщил он о и том, что за моей деятельностью присматривают. Это меня не удивляло, чтобы государственная служба и не приглядывалась к артефактору? Вот уж что было бы странно.

— Кстати, об артефактах, — вспомнил я. — Позволите вас на минуту?

Юрист кивнул и мы вышли из столовой, а затем и из дома.

Сад встретил прохладой и легким ветерком, снова изменившим направление. Теперь он приносил с севера зябкую свежесть.

Подарок для Казаринова был в лаборатории, куда мы и пошли, дружно выдыхая облачка пара. От довольно резко опустившейся температуры как-то особенно ярко слышался запах яблок.

Я невольно взглянул в сторону сказочного павильона, его крыша блестела среди деревьев. Ребятни в такой час уже не было.

— Что-то новенькое? — заинтересовался парень, проследив за моим взглядом.

— Местные дети облюбовали наш яблоневый сад. Её светлость взяла на себя заботу о них и вечерами рассказывает им истории. Насколько понимаю, в основном страшные, — улыбнулся я. — Но они в восторге.

— Охотно верю, — тоже улыбнулся теневик с ностальгией. — Помню, когда я был маленьким, только такие и любил. Тогда всё страшное казалось самым интересным…

Парень слегка помрачнел, но тут же встряхнул головой, отчего его прическа растрепалась, придавая ему мальчишеский вид. Я понял о чём он. В тенях перестаешь интересоваться страшным, и довольно быстро.

Я открыл лабораторию и взял с полки последний артефакт чистого света. Мраморный кругляш с дыркой произвел на Казаринова странное впечатление.

Михаил принял подарок очень нерешительно, словно боясь обжечься. Покрутил камень в руках и расслабленно опустил плечи.

— Это…

— Это поможет вам в тенях, — коротко объяснил я.

— Знаете, Александр Лукич, — сказал он после непродолжительного молчания. — В тенях стало спокойнее. Я не знаю как вы это сделали, но знаю точно, что вы.

От его ровного и серьезного тона стало не по себе. Я никак не мог разгадать загадку этого несуразного с вида парня. Особенно когда он так молниеносно менял свой образ.

— Но я вам очень благодарен за это, — продолжил Михаил, неотрывно глядя на артефакт. — И за это тоже. Что-то я продрог, — улыбнулся он, вновь превратившись в обаятельного юриста. — Угостите на прощание чашечкой горячего кофе?

— Непременно. Без этого я вас не отпущу.

Что же, произошедшее в императорской лечебнице тоже не могло укрыться от внимания конторы. Я был к этому готов и не сомневался, что рано или поздно ко мне придут. Именно тогда, когда к этому буду готов я. Иначе наш разговор проходил бы совсем иначе.

Разумный человек, а в уме начальника тайной канцелярии я тоже не сомневался, никогда не станет давить или шантажировать возможного союзника.

Пока же я угощал теневика кофе со сладостями и наблюдал. Перспективный парень. Я понимал, что Баталов его прочит на свое место. Когда-нибудь, ещё нескоро, но Михаил взвалит на свои плечи эту ответственность.

До тех пор у него есть время наслаждаться такими вечерами и простыми удовольствиями.

Ужин перешел в традиционное чаепитие. Прохор едва вынес к столу огромный торт. Невозможно кремовый и усыпанный разноцветными цукатами.

Только княжна слегка возмущенно фыркнула, зато все мальчишки, от Гордея до Луки Ивановича, накинулись на угощение с горящими глазами. Один маленький кусочек можно. Ну ладно, может не один и не маленький…

Завтра нас ждало прибытие гостей, поэтому сегодня отважные воины имели право подкрепиться.

Глава 5

К прибытию родни я едва не опоздал.

Увлекся беседой с адмиралом на маяке и потерял счет времени. Всё же отставник прожил такую богатую на впечатления жизнь, что слушать его можно было бесконечно. Да и что-то было такое в этом месте, похожем на край земли. Вроде присел выпить чашечку кофе, а целый час прошел за приятным разговором, да и просто любованием искристым заливом.

Но я хотя бы предусмотрительно взял с собой подобающую одежду. Соответствующий случаю костюм и выглаженная рубашка находились в чехле в автомобиле.

Мой настрой был самый благоприятный. Пожалуй, даже чересчур.

На маяке я отлично спал, да и завтраки граф Волков готовил пусть и простые, но отменные. К тому же свежий воздух и возможность неторопливо потренироваться с водной стихией совершенно расслабляли. Не работа, а чистый