13 демон Асмодея. Том 5 - Илья Ангел

Раздался хлопок, и прямо возле его ног появился непрезентабельного вида мужчина, возраст которого Падший вот так сразу назвать бы и не смог. Он пристально посмотрел на Велиала блуждающим стеклянным взглядом и, громко икнув, завалился на землю.

— Мурмур, — властным голосом произнёс Велиал, наклоняясь к мужчине, сразу почувствовал сильный запах алкоголя и уже сформировавшегося перегара. — Ты что, пьян⁈ — удивлённо воскликнул он, переворачивая на спину захрапевшее тело.

— Я… нет… немного, — еле ворочая языком простонало тело и открыло мутные глаза. — Они такие милые все. Мы это… просвещались, вот! — он вытянул перед собой руку, рассматривая на ней пальцы.

— Да быть того не может, — выдохнул Падший и приложил руку ко лбу герцога Ада, очищая тело его вместилища от губительного действия спиртного. Из Юрчика сразу же начал выходить дурно пахнущий туман, поглотивший закашлявшегося Велиала, не спеша рассеиваться.

— Как голова болит, — простонал Юрчик и сфокусировал взгляд на Падшем, когда облако этого странного пара наконец-то смогло рассеяться. — А ты кто такой? — внятно произнёс он, схватившись за голову.

— Мурмур! — Велиал не сразу понял, что происходит, но, когда до него дошло, он вновь приложил ладонь ко лбу старающегося отстраниться от него Юрчика. Прошло несколько секунд, и герцог наконец смог взять контроль над телом смертного.

— Велиал, это не я! То есть я, но не совсем, — затараторил он, вскакивая на ноги. — Он смог подавить меня и вышвырнуть на задворки сознания, когда те мужики предложили ему вместе с ним выпить и подлечиться. Это такой позор, только никому об этом не говори, хорошо?

— Где они? — раздражённо повёл плечами Падший.

— Мужики? Так там они, в Петровке…

— Братья где⁈ — не выдержал и рявкнул Велиал, сжимая кулаки.

— В деревне. Я видел, как их в дом к какой-то бабульке завели, чуть ли не под конвоем, — протянул Мурмур.

— Идём, покажешь, где видел их в последний раз. И расскажешь, что с тобой произошло. Может, зря я всадников выгнал с этой земли, и лучше стереть её с лица Вселенной? Ну а что: нет земли, нет проблем, — бормотал Падший, шагая за постоянно оглядывающимся Мурмуром по землям Мёртвой пустоши.

Глава 4

Я подошёл к постели того бойца, который чуть не придушил Мазгамона в день нашего приезда на заставу.

— Ну что, рядовой Сомов, будешь ещё на кого-то нападать? — спросил я, подтягивая стул к кровати и снимая с шеи фонендоскоп.

— Если только на врагов, — ответил сидящий в кровати парень. Он уже третий день не проявлял агрессии, отвечал на вопросы, в общем, вёл себя довольно хорошо, и я принял решение снять с него путы.

— Это хорошо, — я начал слушать его лёгкие, потом пальпировать живот. — Как самочувствие?

— Тошнит немного, но в общем терпимо, — Сомов слабо улыбнулся. — А правда, что мы все заболели из-за хлеба?

— Да, правда, в муку попала спорынья, а это очень неполезная для организма штука, — я поднялся на ноги, чтобы перейти к следующему пациенту, но тут из-за перегородки раздался вопль.

— Ай, зараза! Как ты вырваться сумел! Не трогай меня! — вопил Мазгамон.

— Твою мать, ну как он умудряется приключения на ровном месте найти на свою задницу? — ругнулся я и бросился к этому недоумку на помощь.

Отдёрнув занавеску, я ворвался в этот отгороженный закуток, где Мазгамон должен был, по идее, осматривать пациента. Вот только бойцу удалось высвободить руки из удерживающих его мягких пут, он схватил демона за руку и… укусил его?

— Вот, смотри, что он наделал! — ко мне подскочил Мазгамон, суя под нос руку. На предплечье виднелись глубокие раны — следы зубов. — Он мне чуть руку не отгрыз!

Извивающегося бойца в это время завалили на кровать два дюжих санитара и снова привязали к ней.

— Почему он такой возбуждённый? — нахмурившись, спросил я, осматривая рвущегося и рычащего больного. — Мы им конские дозы нейролептиков колем, он вялым должен быть, полусонным.

— Денис, ты собираешься меня перевязывать? — Мазгамон снова сунул мне под нос руку. Перевязка нужна ему была, чтобы никто не видел, как он под бинтами залечит рану. Уж что-что, а терпеть боль и какие-то неудобства демон точно не станет.

— Да погоди, — я отмахнулся от него. — Ларина сюда, быстро! — отдал я распоряжение санитару, и тот побежал за фельдшером, старшим сержантом Лариным, встретившим нас в этом подобии полевого госпиталя.

— Слушаюсь, — и санитар побежал за фельдшером, а я потянулся за листом назначений, находящимся в специальной ячейке на спинке кровати.

Всё правильно, конкретно этому бойцу я нейролептики не отменял. Он был очень плох, симптоматика никак не хотела уходить, и я всё больше склонялся к мысли, что парень не выживет. Но пытался вытащить, или хотя бы облегчить его уход. Так почему прекратили действовать лекарства?

— Денис Викторович, — ко мне подскочил бледный Ларин. — Что случилось?

— Почему рядовой Рябинин укусил курсанта Довлатова? — прямо спросил я фельдшера, глядя ему прямо в глаза.

— Я не…

— Кто позволил себе отменить мои назначения? — мой голос приобрёл вкрадчивость демона перекрёстка. — Почему ты не ввёл Рябинину нейролептики?

— Он был сильно загружен, — пробормотал фельдшер. — К тому же уже сутки не проявлял агрессии, и я решил…

— Кто тебе позволил решать, не посоветовавшись со мной? — зло процедил я, чувствуя, что начинаю звереть. — Ты понимаешь, идиот, что не просто усугубил его состояние, но мы ещё и синдром отмены вдобавок ко всему получили!

— Я не…

— Ларин, запомни, если он уйдёт, я тебя прикрывать не буду, — сказал я, непроизвольно переводя взгляд на змею. Как бы это ни выглядело странным, но змея молчала, не проявляя активности и не сигнализируя, что здесь кто-то умирает. Может быть, пронесло?

И тут Рябинин выгнулся на кровати так, что фиксирующие путы натянулись и начали рваться. Он застонал, словно испытывал сильную боль.

— Что это с ним? — Мазгамон забыл об укушенной руке и подошёл поближе, выглядывая из-за моего плеча. — Что это его гнёт, как будто…

— Как будто у него опистотонус при столбняке, — простонал