Бессмертные - Джеймс Ганн

– Но, выходит, вас всего двое? – спросил я.

Она кивнула.

– Да уж, соотношение сил так себе…

– И Уриэль слабеет, – добавила Ариэль. – Он не верит в «обедню святого Секария». Говорит, мол, суеверие, хотя знает, что при желании смог бы сотворить нечто подобное. Пока что он оградил себя всяческими контрзаклинаниями, но чтобы их поддерживать, нужно сосредоточение, а ведь спать-то ему тоже надо.

– Ничего, теперь нас трое, – сказал я.

Наградой мне был взгляд, исполненный искренней благодарности.

– Спасибо тебе… Габриэль. А ты… У тебя получилось узнать имя Соломона?

– Увы, нет. Вот, нашел только… – Я вынул из кармана корешок билета. – И то не знаю, принадлежит он Соломону или кому-то еще.

Ариэль внимательно рассмотрела его и, пожав плечами, вернула.

– Сам по себе он бесполезен, но ты его не выбрасывай – вдруг пригодится.

Она отчего-то напряглась. Я проследил за ее взглядом. Он был прикован к черному стеклу, стоящему у стены.

– Я наступил на него, когда вошел в номер. Испытал весьма необычные ощущения, – сказал я, подходя к зеркалу, чтобы показать его поближе.

– Нет, не надо, – остановила меня Ариэль. – Я слышала про черные зеркала, но вживую не видела. Кто-то решил от тебя избавиться.

– Да ладно, – отмахнулся я. – Просто еще одно предупреждение. Я включил свет, и все закончилось.

– Не обольщайся! – сказала она с жаром. – У тебя либо сильная воля, либо тебе повезло. Внутри черного зеркала время теряет смысл. Несколько секунд могут показаться вечностью. Ты запросто мог сойти с ума. А еще поговаривают, что если разбить зеркало, в которое попал человек, то он умрет.

Я поежился. К таким угрозам я не привык. Угрожай мне полдюжины головорезов со стволами, было бы, пожалуй, и вполовину не так страшно.

– Но как они это провернули? – задумчиво продолжала девушка. – Ты сказал им свое настоящее имя?

Я мотнул головой, и Ариэль вдруг щелкнула пальцами.

– Точно, ведьма! Когда вы целовались, она, случайно, не гладила тебя по волосам?

– Нет, ну… То есть, наверное, да. А что?

– Эх, мужчины, вас так легко одурачить. – Она печально вздохнула. – Ты правда поверил, будто ее заворожила твоя мужественность?

– Ну вообще-то… – начал я и осекся.

Ариэль встала и подошла ко мне. Я насторожился.

– Вот что она сделала.

Ариэль посмотрела мне в глаза и притянула меня к себе. Наши губы соприкоснулись. Ничего не искрило, но ощущение было куда более сладким и приятным. Мое сердце забилось часто-часто. Ариэль нежно провела рукой мне по шее и запустила пальцы в волосы.

– А-а, – выдохнула она сквозь полуприкрытые губы.

Наконец она отстранилась. Взгляд у нее был задумчиво-туманный.

– Ох, ничего себе, – проговорила она, встряхнув головой, потом протянула мне ладонь. – Смотри!

Между пальцами у нее были зажаты несколько светлых волосков. Я поморщился. Значит, у рыжеволосой ведьмы есть частичка меня! Одному богу известно, как она может ею воспользоваться – если уже не воспользовалась.

– Что ж, в этом смысле мы с ней квиты. У меня тоже остался ее волос.

Ариэль нахмурилась.

– Дай сюда!

Я достал из пиджака конверт и передал ей. Она шагнула обратно в круг, подобрала кусок мела, замкнула окружность и, не успел я как-то отреагировать, помахав мне, исчезла.

– Эй, погоди! – крикнул я в пустоту. – Я ведь даже не знаю, где тебя найти…

Ну вот, опоздал. Как всегда.

Из глубин сна меня вырвал настойчивый телефонный звонок. Не в силах разлепить глаза, я зашарил в поисках аппарата, свалил трубку, поднял, приложил динамиком ко рту, перевернул и с трудом пробормотал:

– Алло… Алло?

В ответ послышался еле слышный шепот:

– Опасность. В ячейке тебя ожидает послание. Прочти его и действуй.

– Алло?.. – повторил я.

В трубке было тихо, но мне почему-то показалось, будто кто-то дышит.

– Кто это?

Нет ответа.

Я уронил трубку на место, перевернулся на другой бок и снова заснул, на сей раз со сновидениями. Из темноты проступали колдуны в безупречно белых мантиях, с посохами-громоотводами (из ветви орешника, срезанной одним взмахом нового клинка) в руках. Ведьмы с мерзким хихиканьем летели по небу на шабаш, еще более ужасный, чем Вальпургиева ночь, описанная Гете. Ковены проводили полуночную оргию во главе с гигантским козлом, который затем превратился в черного человека, поразительно похожего на Соломона.

И кульминация кошмара: кто-то подошел ко мне со спины и накинул на шею удавку, сплетенную из моих же волос. Повернуть голову я не мог, поэтому видел только гладкие женские пальцы. У меня на глазах они стали скрючиваться, покрылись морщинами, пятнами, на них отросли когти.

Судорожно хватая ртом воздух, я проснулся.

«Опасность? – подумал я, массируя шею. – Опасность?»

Я взглянул на телефон. Может, и звонок мне приснился?.. Я снял трубку.

– С кем вас соединить?

– Подскажите, пожалуйста, кто звонил мне утром? – спросил я.

– Номер семьсот семь? Минуточку, сейчас проверим… – Тишина. – Прошу прощения, в ваш номер звонков не было.

– А во сколько началась ваша смена?

– В два часа ночи.

– Ладно, спасибо.

Я положил трубку и взглянул на часы. Еще не было и восьми, но спать совершенно не хотелось. Я снова потер шею. Нет, спать точно не буду.

Я вспомнил про Ариэль и улыбнулся. При мысли о ней внутри становилось тепло. Милая девочка (точнее, учитывая, что я видел, далеко не девочка), которой куда хуже, чем мне. В отличие от меня, ей из этой ситуации никуда не деться. Бедная, испуганная девочка, но – бог свидетель! – я спасу ее, и тогда…

Бедная? Испуганная? Не обманывай себя, Кейси. Она – ведьма, причем самая натуральная, и способна на многое. На помощь, Кейси Кингман, на помощь!.. Ох, берегись, парень…

Ну да, ведьма, зато какая!..

Приди в себя! Ты что, влюбился? В девушку, чьего имени даже не знаешь? Неужели Кейси, который ни одной юбки не пропустит, решил остепениться?

Вот те на!.. Я аж вскочил. Влюбился? Серьезно? По всему выходит, что да.

Ну ничего, это не самое страшное, что может случиться с мужчиной. Куда страшнее, когда тебя душат удавкой из твоих же волос.

«В ячейке тебя ожидает послание», – всплыло в памяти. Я снял трубку и попросил соединить со стойкой портье.

– Ты?! – возмущенно воскликнул Чарли. – Как тебя вообще зарегистрировали?