Архитектор Душ VI - Александр Вольт

Экран мигнул и открыл рабочий стол. Строгий, лаконичный, ничего лишнего. Я нашел иконку корпоративного мессенджера и программу для видеоконференций.

Время. 14:58.

Я поправил воротник рубашки, пригладил волосы. Взгляд упал на зеркало в углу кабинета. Из него на меня смотрел не Виктор Громов, провинциальный алкаш, а Виктор Громов — наследник, готовый грызть глотки за свое. Жесткий взгляд, сжатые губы, холодная решимость. Тот самый «характер», который отец искал в своих потомках.

Ровно в 15:00 экран моргнул, и на нем появилась сетка из нескольких окон.

Совет директоров.

Пятеро мужчин и одна женщина. Дорогие костюмы, серьезные лица, на которых читалось недоумение и тревога. Они сидели в разных местах — кто в офисе, кто в машине, кто в домашнем кабинете. Все они ждали Андрея Ивановича.

Но вместо него в центральном окне появился я.

Повисла пауза. Я видел, как они переглядываются, как шевелятся их губы в беззвучных вопросах.

— Добрый день, господа, — произнес я спокойным, уверенным голосом. — Меня зовут Виктор Андреевич Громов.

В этот момент одно из окон расширилось, и на экране появился отец. Он лежал на больничной койке, за его спиной пищали приборы, но взгляд его был ясным и твердым.

— Коллеги, — прохрипел он. — Прошу прощения за экстренный сбор. Мое состояние, как видите, не позволяет мне проводить совещание в центральном кабинете. Но ситуация требует немедленных решений. Я официально представляю вам своего сына Виктора. С этой минуты и до моего полного выздоровления он является моим полномочным представителем. Его слово — это мое слово. Его решения — это мои решения. Прошу любить и жаловать.

Он замолчал, тяжело дыша. Эффект был достигнут. Лица директоров вытянулись. Андрей Громов, который годами не упоминал имя среднего сына, вдруг передает ему бразды правления. Это был шок.

— Андрей Иванович, но… — начала было женщина со строгой прической, видимо, главбух или юрист. — У нас есть устав, процедуры… Мы не можем просто так… И где Олег Петрович?

— Олег Петрович Волков, — вступил я в разговор, перехватывая инициативу, — в данный момент недоступен. И, боюсь, в ближайшее время доступен не будет.

Я сделал паузу, давая им осмыслить сказанное.

— У нас есть основания полагать, что господин Волков замешан в действиях, наносящих прямой ущерб ВСЕЙ компании и семье Громовых. Более того, существует высокий риск несанкционированного вывода активов.

В эфире поднялся шум. Все заговорили одновременно.

— Это возмутительно!

— На каком основании⁈

— Это рейдерский захват?

— Тишина! — поднял я голос. — Это не захват, а спасательная операция. Если мы сейчас же не примем меры, завтра вы все проснетесь банкротами. Вы хотите объяснять акционерам и прокуратуре, куда делись деньги? Или хотите сохранить свои кресла и бонусы?

Вопрос повис в воздухе. Упоминание прокуратуры и личных денег подействовало отрезвляюще.

— Что вы предлагаете, Виктор Андреевич? — спросил седовласый мужчина в очках, видимо, председатель совета.

— Я не предлагаю. Я требую, — сказал я, глядя в камеру. — Первое. Немедленно ввести полную блокировку всех счетов компании. Никаких транзакций, ни входящих, ни исходящих, без моей личной визы.

— Но это парализует работу! — воскликнула женщина. — Поставщики, зарплаты…

— Лучше паралич на пару дней, чем смерть, — отрезал я. — Второе. Отзыв всех электронных подписей. Моей, отца, Волкова, всех топов. До особого распоряжения все документы подписываются только физически, в моем присутствии.

— Это каменный век… — пробормотал кто-то.

Я успел засечь краем глаза движение губ одного молодого мужчины с вытянутым лицом и тонкими бровями.

— Завтра у вас ни рубля в кармане не будет, а вас беспокоит вопрос цифровизации процессов? Или вы в доле с Волковым?

— Нет! Нет, что вы, я не…

— Третье, — перебил я его. — Я требую предоставить мне полный лог всех финансовых операций за последние сорок восемь часов прямо сейчас.

Я откинулся в кресле, сверля их взглядом.

— У вас пять минут на исполнение. Время пошло.

Отец в своем окошке едва заметно кивнул, и на его бледных губах промелькнула тень гордой улыбки.

Началась суета. Звонки, команды помощникам, стук клавиш. Я сидел и наблюдал, как люди в экстренном режиме принялись работать.

Через четыре минуты женщина-главбух подняла голову.

— Работа приостановлена, а счета заморожены, Виктор Андреевич. Ключи отозваны. Логи отправлены вам на почту.

Я открыл почту. Файл пришел.

— Отлично, — сказал я. — Теперь слушайте меня внимательно. Никто не делает лишних звонков и никуда не выезжает. Мы ждем развития ситуации. Любая попытка саботажа будет расцениваться как соучастие в хищении. Вопросы есть?

Вопросов не было. Были только испуганные напряженные лица.

— Совещание окончено. Ждите дальнейших указаний.

Я отключил связь. Экран погас.

В кабинете снова повисла тишина. Я выдохнул, чувствуя, как напряжение отпускает мышцы. Спина взмокла.

— Вот тебе и столичная жизнь, — сказал я в пустоту. — А я всего лишь хотел пообщаться с эльфами и решить вопрос неудачного ритуала…

Что ж, дело было сделано. Финансовый краник перекрыт. Даже если Волков сейчас сидит в обнимку с ноутбуком где-то в частном джете, он не сможет вывести ни копейки.

Я открыл присланный лог. Бесконечные столбцы цифр. Я не был бухгалтером, но кое-что понимал. Искать нужно было крупные суммы, уходящие в офшоры или на счета фирм-однодневок.

Глаза бегали по строчкам. Аренда, зарплаты, закупки сырья… Стоп.

Вчерашний вечер, солидная транзакция. Назначение платежа: «Консультационные услуги». Получатель: «Орион Консалтинг Лтд», Кипр.

Я хмыкнул. Консультации за такую сумму? Неплохо. Я тоже так хочу.

Еще одна. Сегодня утром, за час до нашего собрания и примерно такая же по объему. «Аванс за поставку оборудования». Фирма в Гонконге.

Волков готовился. Он начал выводить деньги заранее, но основные активы продолжали лежать на счетах, до которых он, судя по всему, добраться не успел. Я облегченно вздохнул. Значит, я успел вовремя.

Телефон снова завибрировал. Я взял его, уже понимания, от кого это сообщение. Зашифрованный чат, ни предисловий, ни объяснений. Просто геометка.

И как мне это расценивать? Собираться в дорогу или изучить карту местности? Словно в объяснение моим словам, еще одно сообщение следом: «жду здесь».

Вот теперь ясно.

Вставать не хотелось. Тело ныло, плечо напоминало о себе тупой болью, но раз меня ждут…

Я схватил пиджак и, морщась от боли, накинул его на плечи.

— Григорий Палыч! — крикнул я, выходя в коридор. — Машину!

Глава 5

Стрелка спидометра замерла на отметке сто восемьдесят. Черный «Майбах» Олега Петровича Волкова летел по ночному Новорижскому шоссе, разрывая темноту ксеноновыми фарами. Двигатель работал на пределе, но в салоне царила зловещая тишина, нарушаемая