Космодесы 5 - Влад Лей

Чуха лишь кивнул. В тот раз его достали-таки, и оживление в новом клон-теле вылилось Чухе в потерю кучи денег — импланты, восстановление баз данных… Умирать оказалось слишком дорого…

* * *

«Оплот» действительно оказался во фронтире, так сказать, на самых задворках Галактики. И это было сразу заметно, стоило только внимательнее поглядеть на летающие вокруг корабли.

Я стоял на мостике «Энея», внимательно просматривая сообщения о появляющихся в системе кораблях.

Эта система была довольно «популярной», но оно и не удивительно — здесь проходила «галактическая» трасса, по которой товары доставлялись из сектора в сектор и во внутренние миры, ну а в обратную сторону шли товары для колонистов, аграрное оборудование и техника, развлечения, строительные модули и дроиды.

Несмотря на большое движение, летали тут в основном корабли старые, подержанные. Во фронтире редко можно было встретить новенький корабль — во-первых, у местных на подобные покупки нет денег, а во-вторых, это даже считалось дурным тоном — с торгашом на новеньком корабле не захотели бы иметь дел, ну, или попытались бы облапошить. Никто и ни за что не потащит во фронтир новый корабль — это равноценно тому, что повесить себе на грудь табличку: «Я богач, ограбьте меня». К тому же новые корабли не пользовались тут спросом и чисто по практическим причинам — запчасти на них стоили слишком дорого, да и достать их во фронтире было проблемой. Следовательно, чтобы починить новенький корабль при самой простой поломке, требовалось лететь во внутренние миры, а это влетело бы владельцу в копейку, не говоря уж о времени, которое понадобится на перелет.

Во фронтире летали на старых консервных банках, в которых все системы работали на последнем издыхании. Многие корабли, которые сейчас были неподалеку от «Энея», должны были давным-давно закончить свой путь на одной из свалок, но их оттуда выкупили, худо-бедно починили, и вот, эти «живые трупы» вновь летают.

Фронтир — место суровое и опасное, здесь живут люди, привыкшие к трудностям и умеющие считать свои деньги. Здесь не внутренняя сфера, и далеко не Золотой мир. Здесь не любят богачей, чиновников, да и ВКС тоже. Последних даже опасаются.

Фронтир — это анархия, на каждой планете и в каждой системе свои законы, множество пиратских шаек рыскают в поисках добычи, старатели-одиночки ищут артефакты предтечей или дорогие руды, всякого рода бандиты прячутся от правосудия. И здесь же строятся новые миры, которым, вполне возможно, в будущем предстоит стать новыми секторами Ассамблеи, превратиться в процветающие метрополии или даже Золотые миры. Но пока что это фронтир…

— Г-дин! «Оплот» дал «добро» на посадку, — сообщил Пучок, он же капитан «Энея» и мой заместитель, — как только будем на месте, вам незамедлительно приказано явиться в зал для брифингов.

— Ну вот, не успели прилететь… — вздохнул Куча.

— А ты что, еще поспать хотел? — усмехнулась Выдра. — Хватит уже. Два месяца дрыхли, пока сюда летели.

— Я бы на койке нормально подрыхнуть хотел, — буркнул Куча, — а не в гребаной капсуле…

Я задумался. Сколько нам всем вообще уже лет? Как много времени мы провели в капсулах? Десантники ведь во время долгого перелета не нужны и отправляются «спать», даже экипаж корабля делится на несколько смен, и пока одна бодрствует, остальные спят в капсулах.

Так сколько мы спим?

Случайно бросив взгляд на Пучка, я заметил, что он возмужал, окреп. А ведь я помню его еще совершенным пацаном, сорвиголовой. Теперь это степенный офицер флота ВКС…

Я вспомнил разговор с Кучей. Для меня он был недавним, но сколько времени прошло реально с того момента? На этот вопрос я ответить затруднялся. В целом можно было поставить задачу своей нейросети и вычислить, сколько мне лет. Даже проще — узнать текущий год и дату я смогу, а также какой у меня возраст. Но…я этого боялся. Даже когда случайно видел дату, специально приказывал нейросети в моей голове ее замылить. Мне совершенно не хотелось считать разницу, и тем более получить точную цифру. Мне столько, на сколько я себя ощущаю, а по ощущениям мне около двадцати пяти. Максимум тридцать…

Спустя два часа «Эней» опустился на посадочную площадку, открыл аппарель, выпуская нас.

Пользуясь случаем, Пучок сейчас начнет загружать в корабль припасы, проведет ремонт и проверку корабельных систем, пополнит расходники и боеприпасы. Короче говоря, он возьмет на себя всю рутину, касающуюся обслуживания корабля.

Ну и славно, я этого делать совершенно не хотел. Да и вообще, мне было как-то не по себе, что на «Энее» именно я был старшим. Какого хрена вообще? Я ведь космодес. Так чего меня заставляют командовать целым кораблем? Пусть бы какой-нибудь флотский этим занялся…

Впрочем, и занялся. Я настоял на том, чтобы в команде моего корабля был Пучок, и мне пошли навстречу. Пучок уже получил капитанский чин и мог как минимум дважды подать прошение на перевод, получить под свое командование крейсер. Но он этого не делал. Похоже, ему нравилось на «Энее», и ему нравилось быть с нами, в нашей команде. Как он сам заявил: «Это куда лучше, чем скучное патрулирование, пусть и на собственном крейсере».

Что ж, тут я с ним в корне не согласен. Лично я бы с удовольствием взял какое-нибудь «скучное» задание, а то «интересные» доставляют слишком много хлопот…

Едва только я и моя МТГ спустились с трапа, как увидели стоящий и загружающийся рядом корабль: рейдер типа «Вожак». Интересная штуковина. По сути дела — универсальный кораблик. Задумывался он как «дроновозка», то есть носитель с беспилотными машинами класса «Москит», но на деле его переиначивали под любые задачи — в качестве десантного бота, тяжеловооруженного и бронированного «недокрейсера», или вот так — рейдера с высокой автономностью.

Эти корабли появились еще во времена корпоративных войн, были довольно специфичными и, как мне казалось, давным-давно ушли в утиль. Ну, или в крайнем случае летают как раз где-то во фронтире, приобретенные старателями, пиратами или «лопатами».

Но нет. Выходит, я ошибался. Этот «Вожак» — все еще действующий корабль ВКС.

Надо же, какой раритет…

Пока я рассматривал корабль, к нему подошли несколько космодесов, и к своему удивлению, я их узнал.

— Мажор! — завопил я.

— Кураж! — Рокоссовский меня тоже узнал и бросился навстречу.

Мы крепко обнялись.

— Черт подери! Ты где пропадал? — спросил я.

— О…сначала на Хрусте, —